Евгений Лобачев – Ведьмоспас (страница 34)
– Во дела! - выдохнул милиционер.
Внезапно Олло побагровел. Его лицо исказилось и стало похожим на маску, которую рисовал сам Сатана. Никто не видел его таким с тех пор, как в трехлетнем возрасте он повздорил с домашним котом, из-за того, что тот отказывался нюхать отцовский табак. Олло выскочил из-за стола и принялся прыгать посреди поляны как одолеваемая демонами рессорная пружина.
– Заззу, ты паскуда! - орал он. - Бородатый козломордый шутник! Мешок с пиявками! Облезлый хвост шелудивой коровы! Сын плешивой макаки!
– Чего он? - удивился Миша.
– Не обращай внимания… - пробормотал Геремор, стараясь не смотреть милиционеру в глаза. - Он не очень любит дни рожденья. Знаешь, стареешь на один год, и все такое…
– И подарку не рад? - спросил Миша. - Гляди, какой справный меч. Рукоять в ладонь ложится как родная, честное слово.
– Это твой меч, - сказал Геремор.
– Как так?
– Вот так. Старинный закон. Кто прочел заклинанье, того и подарок, и отдавать его никому нельзя. Так что владей.
Миша вытянул меч из ножен и восхищенно уставился на сверкающий, украшенный рунами клинок.
– Первый раз в жизни настоящий меч держу. Классная штука. Олло и впрямь лопухнулся.
Олло дал маху, от того и бесился. Старик Заззу провел его и на этот раз. Не то, чтобы в поступке волшебника было что-то личное. Нет! Как раз наоборот, рыжий эльф и полковой колдун прекрасно ладили друг с другом.
И все было бы ничего, если бы не древняя традиция, согласно которой колдуны дарили сослуживцам на день рожденья, скажем так, не совсем обычные подарки. Это могло быть все что угодно - от туалетной воды с запахом тухлых яиц до весьма полезного в хозяйстве Бездонного кошелька, набитого мелкими монетами. Фокус состоял в том, что чародей вручал имениннику заклинанье, и тот активировал его на свой риск - в самом полном смысле этого слова.
За все годы своей службы Олло лишь единожды получил в подарок от Заззу что-то, что не взорвалось, не укусило и не сбежало из дому, прихватив все деньги и ценные вещи. Этим счастливым подарком была медная ложка для обуви, полученная давным-давно. И вот теперь, когда выпал второй шанс, рыжий эльф собственными руками отдал его приятелю.
Когда эмоции немного улеглись, Олло, горестно вздохнув, плюхнулся на траву. Рядом уселась сердобольная Велосипед и, преданно глядя в глаза, несколько раз лизнула его в нос. Сочтя на этом свой долг выполненным, она вернулась за стол.
– А этот ваш Заззу сильный колдун? - спросил милиционер, любуясь нечаянным подарком.
– Гений! - кивнул белокурый эльф, и серебряные ленточки звякнули в его волосах. - Лучший колдун за последние пятьсот лет. Гиллигилл не даст соврать.
Орк мрачно кивнул.
– Угу. Если б не треклятый Заззу, последняя война закончилась бы совсем по-другому.
– Раз он такой гений, почему вас не вытащит отсюда?
Геремор пожал плечами.
– Как же он нас найдет? Даже богам не дано знать, что творится в других мирах. Но если бы только Заззу узнал о том, что мы здесь, он непременно явился бы нас спасать.
– С целой толпой учеников и подмастерьев, - мрачно подхватил Олло, подсаживаясь к столу. Чтобы легче было смириться с утратой меча, рыжий эльф решил пропустить еще стаканчик-другой вина. - Заззу медом не корми, дай поучить уму-разуму подрастающее поколение.
– Особенно женскую его часть, - угрюмо поддакнул Геремор. - Проклятый бабник.
– Бабник-то бабник, но я бы ему обрадовался, хоть он и сволочь, - сказал Олло, глядя на солнце, почти скрывшееся за деревьями.
Глава 21
Окружающий мир исчез в ночи, как будто его стерли тряпкой с черной доски.
Вернулся с охоты Йорик. В его зубах колыхался клочок длинной шерсти, подозрительно похожей на собачью. Однако череп клялся, что едва не изловил огромного зайца "…ростом как два теленка!"
Допили вино.
– Пора, - сказал Миша.
– Пора, - согласился Олло.
– Мы им рыла-то начистим! - прорычал Геремор.
– Морды расцарапаем! - взвизгнул Йорик.
– Где больница?! - рявкнул орк. - Подать сюда!
Гиллигилл грохнул бокалом о стол, поднялся и сделал несколько шагов во тьму.
"БУМММ!" - раздалось в ночи. А потом: "Ай!". И после: "Тра-та-та. Шлеп. У! У!".
– Что это?! - вскрикнули все разом.
– Гиллигилл налетел на сосну, - сказал Йорик. В темноте он видел лучше любой кошки.
– А что за "Тра-та-та, ай, ай"?
– Посыпались шишки, две звезданули его по башке, - сообщил череп.
– Так чего он молчит? Сознанье потерял?
– Прилип губами к смоле. Мужики, может вам фонариком обзавестись, раз в темноте ничего не видите?
Из тьмы донесся звонкий шлепок: это Миша хлопнул ладонью по лбу.
– Черт! Фонаря-то у нас и нет.
– Вато есть мпара мникчемных эльвов! - Гиллигилл наконец оторвался от смолистого ствола. Губы были клейкими, как "язычок" конверта, и орку стоило немалых трудов разлепить их. Вдобавок ко всем бедам, в голове грохотали тысячи колоколов, и бедняге приходилось перекрикивать этот адский шум. - Сделайте что-мнибудь, мпоганцы! Хоть хакел мнаколдуйте, что ли!
Олло щелкнул крышкой Боекомплекта.
– На, - сказал он, протягивая орку свеженаколдованный фонарь со свечой внутри.
– О мбоги! - простонал Гиллигилл. - Ты мбы еще лучинку мнаколдовал. От тмвоего фонаря света как от чахоточного светляка. Ничего ж не мвидно.
– А ты глаза пошире раскрой, - огрызнулся Олло. - Или ты с факелом собрался идти, чтоб тебя за милю засекли? Дурень, с фонарем нас никто не увидит, пока мы сами им не явимся. Смотри, какая конструкция.
Олло поднес фонарь к самому носу орка, чтобы тот получше разглядел чудо эльфийской техники. Из черного жестяного цилиндра пробивался лишь узкий желтый луч, который действительно трудно было заметить. Причем, не только стороннему наблюдателю, но и самому хозяину фонаря.
– Бред эльфячий, - буркнул Гиллигилл. - Бери-ка ты свою жестянку и топай впереди.
– А ты?
– За тобой мпойду. Ты будешь мпадать через каждые пять шагов, так что я смогу ориентироваться по звуку.
Орк довольно хрюкнул.
Олло раздал фонари Мише и Геремору.
– А мне?! - возмутился Йорик. - А ей? - он ткнул лапой в Велосипед.
– Вам двоим фонарь без надобности, - отрезал Олло. - У тебя глазищи и так светятся, а она по запаху дорогу найдет.
– Дискриминатор хренов, - проворчал Йорик и юркнул во тьму.
Стояла образцово непроглядная ночь. Луна занималась своими делами где-то на другой стороне Земного шара, и только звезды уныло поблескивали в разрывах между затянувшими небо облаками.
Невидимый врагу лучик света диаметром с вязальную спицу весело плясал по склону холма. Он был тонковат для эльфа, но, например, некрупные муравьи могли бы маршировать под этим лучом по четыре, а то и по шесть в ряд. Олло то и дело оступался, несколько раз едва не упал, но некстати разыгравшийся приступ упрямства толкал его на новые подвиги.
Позади Олло двигались остальные члены группы. Они давно выбросили его изделия и освещали свой путь при помощи больших негаснущих ламп, сделанных Геремором.
Йорик носился где-то впереди. Его горящие глазки то появлялись, то снова исчезали во мраке.
"Скачет, как полоумный" - раздраженно думал Олло. - "И так по собственной воле лезем дракону в пасть, а тут еще это бесноватое недоразумение на ножках. Того и гляди всех собак пе…".
Земля скакнула в сторону. Навстречу рванулось что-то черное, чернее тьмы. С громким "ПЛЮХ!" Олло рухнул в глубокую яму, наполненную липким вонючим месивом. Это была та самая помойная яма, которую они видели днем.
Из груди эльфа вырвался крик, от которого зашлись в истерике собаки на вершине холма. Хлопнула дверь. Невидимый субъект произнес прочувствованную речь, в которую затесались даже три вполне литературных слова: "дайте поспать" и "суки". Потом все стихло.