Евгений Лисицин – Ружемант (страница 46)
— Ты правда веришь, что это возможно без Бейки?
— Напомню, мы легко перебили дюжину. Третья группа справилась не хуже.
— А вторая попала как кур в ощип. Послушай, сероглазый, встретившиеся нам — простые солдаты. Обученные, спору нет. Но далеко не спецназ. Я уверена, что бригада Вита взяла в плен не пару девчонок, а всех. И, я так думаю, в этот раз он управился без потерь.
«Я сегодня в хорошем настроении». Вот же сукин сын…
— Если ты уйдешь, а они нападут на нас?
— Покричи на них, как на того бойца.
— Милое дитя. — Влада склонила голову на плечо. — Если бы вампирами можно было выиграть войну, мой род не оставил бы от вашего ничего, кроме права быть закуской поутру.
По спине тут же пробежали холодные мурашки. Не врет. И сама бы принимала в этом участие.
— Я смогу сдержать боем двух, может быть, трех бойцов. А остальные? И если мы вернемся без тебя, что мы сделаем? Скарлуччи явится в часть, как к себе домой. Я слышала, что сказала тебе Ната.
— Этот ублюдок правда так хорош? Ходячая боевая машина? Способен в одиночку разогнать целый заград пункт?
Отрицательно замотала головой.
— Не настолько и не в одиночку. Но его цель и не в нападении на пункт.
Вдруг начал понимать, что ничего не понимаю. Какой тогда во всем этом смысл?
— Смысл в Бейке, — выдохнула вампир. — Он хочет уничтожить ее. Это личная история.
— Ты хочешь, чтобы я поверил, что Царенат бросает огромные силы на прорыв линии фронта, высаживает десант, прорывается с захватом пленных к нашему пункту — и все ради убийства одного офицера?
Если на это выделялись такие средства, снимаю все обвинения в сторону фонда кино. Ничего нелепей я в своей жизни не слышал.
— Я же сказала, что это личное. Для него самого. Наверняка он облек свою задумку в иные слова. Но он неспроста рискует карьерой: наличие Бейки в списках живых ему поперек горла.
— Так… — начал терять терпение. — Ты же говорила, что ее невозможно убить.
— Физически. А вот он знает, как это осуществить магически.
— Хорошо, он убьет ее, но что дальше? Сразу победа, война выиграна?
Влада снова позволила себе вздох.
— Милое дитя. Ты импульсивен и горяч. И, должна признать, мне нравятся что твой настрой, что темперамент. Просто знай: поражение в сегодняшнем раунде — конец. Для тебя, меня, для них, — кивнула на приходящих в себя девчат. — Для всех, кто остался в части. Может быть, тебя отправят куда-то дальше или швырнут в тюрьму. Из нас лишь Бейка знала, какой ворох грехов ты тащишь на плечах. Но для многих в части это будет не как проиграть сражение — проиграть свою жизнь.
— Поменьше бы мистики, — нахмурился. — Не такая уж я важная шишка, чтобы возлагать все надежды на меня.
— А Бейка возложила. На моей памяти они ни разу не ошиблась в выборе. Не думаю, что и сейчас…
— Но разведку-то нам все равно надо провести. Или… — прищурился, будто собираясь вглядеться в самое нутро ее души. — Ты знаешь способ получше?
Улыбка, родившаяся на ее лице, стала мне ответом.
Летать — бесподобно! Нет, не так! Охрененно! Крылья хлопали по воздуху, ветер бил в лицо упругими потоками. В ушах — бесконечный, всезаглушающий гул: магическим тварям не нужны уши.
Влада была шустра на разъяснения. Когда в ее ладонях зародился крохотный, будто бы сотканный из одних лишь очертаний нетопырь, я восторженно показал пальцем вверх.
Класс, и остальные слова излишни.
Наблюдавшие за нами остальные девчата были полностью согласны. Лишь Хроми надулась: утверждала, что могла точно так же. Могла, но не предложила.
Вампиры умли создавать подобных тварей и вселять в них частицу жизненных сил — своих или не очень. Сегодня было не очень.
Теперь читал ее слова по губам. Порхнул на плечо к Белке, потерся о нее мордочкой. Стояшвя рядом Грингра сдержала восторги, аккуратно огладила спинку.
Мое собственное тело сидело на земле, привалившись к пеньку. Если вдруг что-то пойдет не так, она тотчас же вернет меня назад. Или я вернусь сам через двадцать минут, так или иначе.
Не стал терять времени, вспорхнул над верхушками деревьев. Корпус больницы показался угрюмой точкой на горизонте. Устремился прямо туда. От двадцати положенных минут оставалось чуть больше пятнадцати. Добрался всего за три — ставят магическим проекциям рекорды?
Быстро огляделся. Маг, не боясь ни снайперов, ни вражеских пуль с гордо поднятой головой стоял у парадного входа. Заложив руки за спину, он ждал нас, словно дорогих гостей. И колдовал мины: одно заклинание за другим слетали с его губ, червями зарывались в землю, терялись в траве. Проверять их на действие не хотелось.
Он оказался выше, чем был на видео. Великан, под два метра роста, широкоплечий. Рассматривать не стал — надеялся получше разглядеть, когда его труп будет лежать у моих ног, а девчонки окажутся в безопасности.
Наш пленник не соврал: с чародеем была дюжина бойцов. Шастали меж этажами, укрепляли и готовили позиции к обороне. Неужели считают нас настолько глупыми, что мы малыми силами ринемся штурмовать укрепленное здание?
Профессионалы и спецы, знатоки своего дела. В каждом движении чувствовалась уверенность. Впаявшаяся в кровопролитных боях тревожность, не давала им покоя — раза три они почти заметили меня. Вслушивались в каждый шорох, не спускали пальца с крюка. Готовились…
Девчат нашел в стоматологическом кабинете. Все живы, слава Богам! Был бы здесь самолично — обнял бы с слезами на глазах.
В глазах тройняшек горела надежда. Рты перевязаны тряпками — теми, что царенатцы сумели найти. Двое на страже не спускали глаз с пленниц. Не стал провоцировать, заспешил прочь. Мне не нравилось увиденное.
Оборона выглядела притворно игрушечной. Сразу же выяснилось, как они сумели так быстро добраться: три по-военному кургузых, тесных автомобиля. Новенькие, будто вчера сошли с конвейера. Транспорт прятался у черного входа, словно на нем собирались бежать и быстро.
Вздрогнул, заслышав выстрел, запоздало метнулся в сторону. Пуля прошла в сантиметре от меня, обожгла горячей волной. Ветер подхватил тщедушное магическое тельце, заставил потерять управление, обратил в мишень.
В легкую мишень: второй выстрел заставил лопнуть сплетенное из заклинаний тело. Как будто ударили дубиной по голове, тут же схватился за затылок. Тот был на месте, как и руки. На миг испугался, что ослеп, но открыл глаза.
Девчата вместе с Владой склонились, безмолвно глядя на то, как я прихожу в себя.
— Страшный сон, сероглазый?
Бросил на Владу взгляд. Умеет же она пошутить невпопад.
— Что там?
Спрашивала уже Белка. Единственная из всех, кто догадалась протянуть мне флягу воды. Сделал большой, почти осушивший ее досуха, глоток.
— Живы.
— Все? — В разговор вклинилась Ната. Спрашивала больше из любопытства, будто желая подтвердить свои слова.
Кивнул.
— Все до единой. Держат на втором этаже, в кабинете стоматологии.
Влада при последнем слове невольно прикрыла рот рукой. Видать, навевало не лучшие воспоминания.
Я продолжил.
— Они организовывают оборону, но…
— Но? Давай, чувак, не мни сисяндры. — Сейрас уперла руки в бока. Стоящая позади нее Хроми обратилась в саму сосредоточенность.
— Делают это нарочито плохо. Бейка не солгала, выглядят как суровые, способные в одиночку уложить целый полк ребята. На них не похоже.
— Может, не видят в нас большой угрозы? И в самом деле ждут артиллерийского удара? — Хроми подала голос.
— Очень в этом сомневаюсь. — Голос Наты звучал мрачно и нехорошо.
Как будто она начала что-то подозревать, но не решалась озвучить.
— Ната, тебе есть что сказать по этому поводу?
— Н-нет… Да! Да, есть… Вит Скарлуччи уже проворачивал нечто подобное. Он не ждет вас, он не ждет вообще никого… Он…
Ее голос зашипел, теряя отчетливость. Нас снова глушили: Скарлуччи не любил тех, кто раскрывал его планы.
Очередной звонок. От него. Принял, как и предыдущий.
— О, ragazzo, я вижу, что ты и в самом деле не сучка. Молодец, варвар. Хвалю. Мне птичка на ухо напела, что в твоей части есть очень умная puttana. А я не люблю, когда они слишком умны. Потому что вечно норовят встать меж двумя soldato. Никаких бабьих разговоров, uomo. Уловок вроде подглядывающих птичек, ты же понял, о чем я? Даю тебе пятнадцать минут. Если твой отряд не завяжет бой на моих условиях, я могу поступиться… как это на варварском? Принсипами?