Евгений Лисицин – Ружемант (страница 31)

К Нате шел не без гостинца. Внутри сидело убеждение, что можно сменить мир, заставить солнце поменяться с Луной местами, но вот любовь девчат к шоколаду останется неизменной.

Смена закончилась чуть меньше пяти минут назад, а она уже была в своей комнате. Закинутые ноги на стол, раскрытая книга на коленях, полностью погружена в текст.

— Что читаешь?

Она неохотно оторвала взгляд от крохотных строк, салатового цвета глаза недобро сверкнули. Кажется, шоколадом тут не обойтись…

Приложила палец к губам, требуя тишины. В первую нашу встречу была куда разговорчивей.

Я осмотрелся. Словно в знак пренебрежения, она скинула свою одежку прямо на мои сумки. Ну прелесть… Первым порывом было скомкать все в кучу и выбросить в мусорное ведро. Но я же не истеричка…

Сделал шаг ближе, пробежался взглядом по обложке. Наша молчунья — любительница всемирной истории. Следовало ожидать. Выдохнул. Не люблю тихих девочек: их омуты кишат чертями. В омутах Наты, кажется, плавали самые настоящие бесы. Она перелистывала одну страницу за другой, словно не читала — листала женский журнал.

— Ты хоть пару строк-то прочесть успеваешь?

Вновь посмотрела на меня. На этот раз уже с угрозой. Ириска прошептала на ухо, что девчонка тридцать четвертого уровня. Инфо-фея, что бы это ни значило. Всесторонне развитая личность, значит.

— Если ты так же надоедлив, как тройняшки, лучше иди в их детскую.

Грубовата, но прямолинейна. А вот это мне уже нравится!

— Да я просто поговорить хотел.

— Правда веришь, что можешь сказать что-то новое и интересное? Напиши об этом книгу, и я прочту.

— Тише, суровые щечки. — Я поверженно поднял перед ней руки. — Я думал, ты сумеешь мне помочь. Хотел узнать про Царенат.

— Третья полка слева от койки. Восьмая от правого края.

— А Бейка говорила мне, что ты лучше любой книги…

Врал и не краснел, но Ната, кажется, купилась. Черты лица чуть разгладились. По крайней мере, это не вызвало у нее раздражения.

— Давай так, суровые щечки. Ты поможешь мне, а я, в свою очередь, придумаю что-нибудь для тебя. Сходим на свидание, например?

— Я не езжу в город.

— А хоть иногда проветриваешь комнату?

Хотел отдернуть шторы, но по выражению лица понял, что умница-заумница не очень жалует простой солнечный свет. Любительница полумрака, значит?

— В город не ездишь, но на свидание-то сходишь? В книжный магазин или в библиотеку?

Кажется, мне удалось ее заинтересовать. Или она поняла, что лучший способ от меня отделаться — попросту рассказать, что прошу. Тоже результат.

Ната выдохнула.

— Что ты хочешь знать про Царенат? Только не говори, что все. Иначе я тебя отправлю к ней.

Она кивнула в сторону одному лишь мне видимой голограммы Ириски. ИИ-образ вздрогнула.

— Можешь не строить удивленные глазки, я твою барышню вижу. Не самый худший образ дал, я думала, будет пошлее…

— Какого ты хорошего обо мне мнения, — не без издевки отозвался я. И все-таки: какого черта?

— Я же инфо-фея, — задрав аккуратный носик, гордо заявила девчонка. — Вижу потоки, что идут из общей сети. Воплощения чужих ИИ тоже.

— Так ты что же…

— Если тебе для связи с всеимперской паутиной требуется чип, — постучала пальцем по затылку, — то я могу пролистывать страницы огромных библиотек без этой дряни.

— А загрузить в себя что-нибудь можешь? Игру или фото?

Посмотрела на меня как на идиота.

Справедливо.

— Лучше расскажи про Царенат. Что такое и с чем его едят.

В отличие от Грингры, Ната не желала вдаваться в подробности моего невежества.

— После победы Российской Империи в первой мировой войне европейская часть стран ослабла. Германия, обложенная непомерными контрибуциями, так и не смогла восстановиться. Голод, испанка, миллионы беженцев, живущих хуже собак — полный комплект. В самой Империи назрел бунт, желавший покончить с засильем и правомощью аристократии, но об этом в другой раз. В конце концов относительно слабая Италия сумела поглотить Германию мирным путем.

Я смотрел на нее как на учебник. Ожидать от нее краткости Сейрас было ошибкой.

— Почему Италия?

— Потому что они сохранили сокровища Рима. Или, точнее, смогли их отыскать после сотен лет безуспешных поисков. Что знаешь про Римскую Империю?

— Легионеры умели строить дороги? — ляпнул первое, что пришло на ум. Мой статус идиота в глазах Наты вырос сразу же на два пункта.

— Смотри, — встала, отложила книгу. Тонкий, изящный пальчик очертил небольшой прямоугольник прямо в воздухе. Тот повис ало-красными очертаниями. Обеими руками Ната раздвинула и разровняла его, как рамку.

Четкие изображения оружия родом из древности проявились, словно на мониторе. Потянул руку, чтобы их коснуться, тут же получил от Наты.

— Это Лонгин. Сакральное копье. Дарует едва ли не божественную мощь всякому, кто умудрится прокачать себя до пятитысячного уровня.

— И много в мире таких… гигантов?

— Ни одного, — пожав плечами, отозвалась Ната. Поспешила ответить на мое удивление. — Так как ты ружемант, то уже должен знать про «подвиги» своих предков.

— Мне рассказывали.

— Ружемант, имя которого так никто и не знает до сих пор, обладая скромной мощью, сумел подчинить его себе. Найти, подчинить и использовать. Как и туринскую плащаницу, и кольцо Вителлия. Взял себе имя Цезаря. Цаесаря. Царе…

— Кажется, я понял, как Царенат получил свое название, — мрачно отозвался.

Девушка кивнула.

— Верно. Ружемант сумел взломать требования легендарного оружия. Это стало еще одной причиной ружемантской бойни, развернувшейся после Оружейной чумы.

Ей не хватало указки: прирожденная учительница. Одно изображение сменяло другое: художники спешили запечатлеть в масле и восхождение нового Цезаря, и мутирующее оружие. Ружеманты изображались сплошь немытыми злокозненными стариками.

— И после этого он запрыгнул на коня, принялся раздавать всем налево и направо?

— Интересная интерпретация, но нет. Предпочел грубой силе интриги. Италия под его правлением не объявила ни одной войны, все остальные, убоявшись мощи, решили потягаться с ним на поле брани.

А вот и лирика. Не зря Ната — любительница книг.

— Так что ему помешало захватить весь мир?

Инфо-фея склонила голову набок, одарила меня уничижительным взглядом. Стало не по себе.

— Он никогда не ставил перед собой цели захватить. «Мягко присоединить». Германия отказалась от суверенитета и вошла в Царенатскую федерацию на правах региона. Многие последовали ее примеру. Польша, Австрия…

— А Африка?

— Смешная шутка. Кому нужна до сих пор заполненная магическими аномалиями безжизненная пустыня?

Прикусил язык. Неграм в этом мире не повезло.

— Тот ружемант был… мудрым. Не желал сеять смерть и разрушения ради смерти и разрушений. Широко раскинувшиеся новые немалые территории давали простор и ресурсы. И экономическую мощь. Тем, кто противился воле формального владыки мира, приходилось тяжко. Америка сгинула под экономической блокадой и санкциями. Синьилай… Кое-как держится до сих пор. И Российская Империя.

Синьилай оказался на месте Китая, прихватив себе Корею, Японию с частью Америки. Быстро же все скатилось в урок географии.

— Но мы как-то держимся, верно?

Ната кивнула.