Евгений Лисицин – Ружемант 2 (страница 4)

Можно было надеяться, что наградных денег хватит на покупку жилья в престижном районе, но что-то мне подсказывало — астрономические цены на недвижимость в столице сохранились и в этом мире.

Вздохнул, позвал Ириску. ИИ-ассистент явилась голограммой из небытия.

— Можешь связаться отсюда с воинской частью?

Она не ответила, но в мерцающих зрачках отразилась попытка провернуть подобное. Удрученно покачала головой в ответ. И от этих поганок не строчки!

Попытался себя успокоить, в самом деле, приехал только вчера. Что они тебе будут писать, да и как? Почтой России? Легче уж дождаться, когда я вернусь сам…

Ладно, я обещал самому себе разобраться со способностями. Очков, как и уровней, скопилось немало. В основной графе горела гордая цифра тридцать восемь.

Не знаю, кто отвечает в этом мире за систему, но в этот раз он пожадился. За Скарлуччи могли бы дать и побольше…

Кивнул Ириске.

— Посоветуешь? Как в прошлый раз?

Она была рада мне помочь.

Места на полу балкона было ничтожно мало. А вот остекленная стена подходила как нельзя лучше.

Ириска вновь предпочла кукольность размеров. Феей мудрости воспарила у рисующегося голографического древа умений. Разве что крылышек не хватало.

Безжалостный выстрел тут же прокачался до максимума.

Я миновал поздравления в достижении высшего уровня. В этот раз на выбор предлагали три умения, что заменят выстрел.

— Оставить, как есть?

Ириска протестующе затрясла миниатюрной головкой.

Скользнула к правой иконке, спешно вывела описание.

Беспощадный огонь

Пассивное, не изучено.

Ружемант сохраняет способность использовать «Безжалостный выстрел», и приобретает трехпроцентный шанс (+1 % за каждые 10 ед. интеллекта, +1 % за каждые 10 ед. удачи) обратить в оный любой выстрел. Безжалостный выстрел, произведенный таким образом, всегда будет 1 уровня.

Две других заменяли способность: либо убирая возможность пробивать вражью броню, но наносить невероятно огромный критический урон, либо наоборот, убирали возможность наносить урон, но каждое попадание обращало сталь вражеских бронеделов в решето, понижая ее уровень.

Ну с уроном у меня и так был порядок: вспомнилась судьба первого подбитого «дракона», так что первая — точно мимо. Вторая поинтересней, но вот отсутствие урона…

Ириска права. В конце концов, не для того просил совета, чтобы ему не последовать

Оставшиеся очки вложил в «ярость ружеманта», дополнил «список друзей»: вписал туда Инку. Была и пара новинок, но моего внимания им привлечь не удалось.

Последних очков хватило на то, чтобы купить пассивку «Мастер мутаций» — повышала шанс на создание не мусора, а конфетки. Вспомнилась первая блинно-комная попытка, ухмыльнулся. Надеюсь, в следующий раз выйдет попристойней…

Ладно, с этим разобрались, теперь пришло время обсудить другое.

— Что думаешь по поводу истории винтовки, вживленной в изваяние?

— В самом деле, байки подобного рода — не редкость в сети. Однако статуя выполнена из цельного куска мрамора. Он был привезен из Хакасии через…

Жестом велел ей уняться, оставить без лишних подробностей.

— Почему сразу ничего не сказала?

— Боялась разрушить ваши представления об умственных способностях Инны.

Боялась она, вот чего. Ухмыльнулся: может, еще и живой себя возомнила?

— Тогда что бы это могло быть?

— Не знаю. В моей базе данных нет ничего на этот счет, а аналитические блоки указывают на вероятную ошибочность показателей. Ранее данная скульптура не была замечена в испускании подобных волн. Может…

Может, кивнул ей в такт, все что угодно может, но это точно связано со скульптурой Остроглазой. Ее ж память видел, не чужую. Или ее винтовки, если быть точнее…

— Может, проверим еще раз?

Предложение звучало естественно и безумно. Здравый смысл, уже было поверивший в неделю безделья, встревоженно и с надрывом вопрошал: «Куда? Сейчас?»

Ночью? А почему бы и не ночью?

Инна позвала с кухни, вот почему. Здравый смысл выдохнул с заметным облегчением. Напомнил, что обещал кошкодевочке гостинец…

Сюрпризом оказался сырный омлет.

Шелестела пожелтевшими страницами книга бабушкиных рецептов. Фотографии торчали языками закладок. Бутылка вина больше походила на снаряд. Полежавшая в холодильнике, со слезой. Нутро желало праздника, душа рвалась от волнения.

Пока я здесь подчинял непослушность пробки штопору, там без меня в бесконечной череде бежали шагоходы. И Вит Скарлуччи на них верхом — ехал вернуть руку и забрать мою голову, сея ужас, смерть и разорение.

— Мяу? Хозяин? У вас бледный вид. Не нравится?

Она кивнула на содержимое тарелки, к которому я даже не притронулся.

Прогнал наваждение, взялся за вилку — то ли правда хотел есть, то ли как Ириска не желал расстраивать кошкодевочку.

— Прекрасно на вкус, Инна. Ты молодец.

Она расцветала от каждого слова. Прежний Потапов был скуп на похвалу.

Ели молча, не решаясь нарушить вязкую, томную тишину. Вино ударило в голову почти сразу же. Захотелось узнать, какой цвет белья припасла на сегодняшний вечер кошкодевочка. И как приятно будет его с нее сорвать.

Она улыбалась, благодарная как никогда. За возможность есть, спать и учиться. Сколько подобных ей котятами ютятся на улице? Инна умела ценить свое счастье…

— Хозяин, у меня к вам просьба.

Я захмелел после четвертого бокала. Был щедр на весь мир: попросит подарить квартиру — ведь не откажу. Хитрая, хвостатая чертовка!

— Возьмите меня с собой.

Не знаю, что случилось раньше: поперхнулся или протрезвел. Поспешил залить новость остатками вина.

Не дождавшись ответа, Инна принялась рисовать пальцем круги на скатерти.

— Вы ведь снова уедете туда, мяу? Оставите меня одну…

Утер рот салфеткой.

— Инна, ты ведь понимаешь…

Кошачьи глаза смотрели прямо мне в душу. Понимала. Не простит, если оставлю ее здесь.

Набрал побольше воздуха в грудь, вот, значит, для чего устроила этот маленький праздник. Опоить, одурманить, заполучить желаемое. Видят Боги, почему она не жаждет шубу, айфон и мерседес? Вопрос таился в глубине зеленых глаз.

— Возьмете, хозяин? Ну пожалуйста! Я буду очень послушной девочкой! Я вас буду слушаться, ничего не испорчу, мяу!

Она вновь боялась. Заведомо, заранее. Ее не обмануть парой дней маленького счастья. Потому что затем все равно вернется одиночество.

Я молчал. Маленький ужас заставил держать язык за зубами.

Выдохнула, тяжко, словно отправил ее на каторгу.

— Помните вашего друга? Олега? Его привезли с фронта хоронить. На Зинтеева пришла похоронка. От Лабанина — пустой гроб…

— Хочешь вернуться в одном из них?