Евгений Лисицин – Ружемант 2 (страница 14)

«Не справимся», — прошептал Верной в ухо, сказал отступать. Велел отступать. С кличкой ошиблись. Моя девчонка не столько Верная, сколько упрямая. Словно воробьи, в голове щебетали жуткие мысли.

Если эта махина прорвется, проедет внутрь — всем остальным гибель! Гранатометы закончились вместе с артой.

Молил, чтоб в сумке не было гранат, но Боги войны слушали чужие осанны.

Верная высунулась назло, отчаянно и нагло. Я ударил по танку, будто в самом деле надеялся убить того, кто сидит за рычагами.

Незнакомая речь, тяжелый каркающий язык. Перекличка, обрывки приказов, отчаяние. Разобрал лишь одно: да это же просто девчонка!

Нападавшие ошиблись, Верная была кем угодно, но не просто девчонкой. Ствол пулемета скользнул в ее направлении, но она выкатилась из-за укрытия. Спина, плечо и руки в грязи, в волосах древесные колючки.

Я упал наземь, лишаясь тепла ее рук — и увидел жуткое. Две гранаты, кольца прочь, отскочили дуги предохранителей всего за миг до того, как успела их бросить.

Ее прошибло насквозь, дернуло, словно тряпичную куклу. В последнем отчаянии, цепляясь за крохи жизни, Верная осталась верна лишь принципу. Не отступать.

Упала, рухнув под танк. Словно не понимая, он катил и катил, а я видел лишь одно: зубастые траки мололи землю, обещая смешать меня с грязью через минуту, через секунду, через мгновение.

И грянул гром…

Вздрогнул, будто от удара. Повалился со стула, ударился копчиком. Опрокинул невесть как попавшую под руку кастрюлю. Инку, наверно, разбудил.

Пять утра, эльф за дверью, ничего нового. Смотрит на меня, словно я украл его сладкий рулет. Я сделал морду кирпичом, подавил естественное волнение, не подал виду.

— С вами все в порядке? — спросил он почти механическим голосом, склонившись над бумагами. Ого, я и не думал, что его может волновать что-то, не относящееся к документообороту. — У вас бледный вид.

— Попал вчера на мост. Немного перенервничал. Пройдет.

Остроух кивнул, умчавшись в страну печатей и бумаг.

Выдохнул, когда за ним закрылась дверь. Что бы там Кэлисса ни нахимичила, а оно работает.

Инка не проснулась, будить ее не стал.

В голове самый настоящий сумбур — ну и сон!

Бросил взгляд на фигурку пса, валяющуюся на полу — выпала из рук, когда проснулся. Вздрогнул. Зажмурился на миг. Перед глазами по-прежнему стояли перемалывающие землю грязные траки, неотвратимая гибель, абсолютная беспомощность.

Позвал Ириску. Умеют ИИ-ассистенты спать? Хотелось бы верить, что нет.

— Руж-волны, — сурово заметила она, кивнув в ответ.

— Седьмого порядка?

Сомнений быть не могло.

Нож, отвертка, напильник с ножовкой — комод, где все это лежало, покочевряжился, прежде чем поделиться инструментами. Не хватало разве что миниатюрной ручной дрели, но ничего. Обойдусь.

Стружка оседала, липла к пожелтевшему газетному листу. С детства привык к порядку, не любил шалмана.

Главное, не превратиться в Белку. Вспомнил рыжую проворницу, поймал себя на том, что скучаю. Может, в самом деле послать все эти великие замыслы к чертям и вернуться? Прогнал трусливую мысль прочь.

Секрет вывалился на ладонь крохотным самоцветом. Я прищурился — это он-то вызывал эти самые руж-волны? Не похож на то, что хоть как-то могло быть связано с оружием.

Ириска, кажется, тоже в недоумении: молчала, искала информацию в сети. И очень тихо сканировала. Алмаз, полкарата. Искусственно выращенный, особой ценности не имеет. Испускает волны седьмого порядка.

— Фантастика? — спросил у Ириски. Той разве что не хватало сыра «Хохланд»…

Может, что-то подобное лежит и в изваянии Остроглазой?

Желание схватить молот и расколупать погасло при воспоминании о статье «за вандализм». А если учитывать, что Восемь — народные герои, еще и экстремизм найдут. Да и кто в здравом уме надеется расколоть молотом мрамор?

Требовался иной подход.

— Взгляните, — Ириска неуверенно привлекла внимание, тыкая пальцем в описание.

Ничего не понял поначалу, но лишь после заметил притаившийся в самом низу знак вопроса.

— И что это значит?

— Данный предмет может быть наделен магическими свойствами. Нераскрытыми.

Цокнул языком — Декарда Каина, увы, в карманах не завалялось. А если бы Ириска могла, опознала бы без лишних приказов.

Все ответы были у Кэлиссы. Сдавалось мне, она не так проста, как хотела показаться…

Глава 7

Оставил записку на столе. Инка, в конце концов, девочка умная, знает, что делать.

Юркнул в машину вызванного такси. Послушал новости — на мосту остановили движение до середины сегодняшнего дня. Убирают убитых, расчищают автомобильный затор. Хотелось выругаться, жалко стало гнома из прокатной конторы. Его машина окажется на штрафстоянке, а он ведь даже не виноват.

Пообещал себе заскочить с извинениями — лишними не будут. И возмещу стоимость ремонта или выкуплю автомобиль. Десять миллионов рублей, еще позавчера казавшиеся астрономической суммой, таяли буквально на глазах.

Так дело не пойдет. Прав был орк: надо вкладывать деньги в какое-никакое дело. Пусть выхлоп будет и ничтожный, но лучше так, чем просадить все деньги в никуда…

Ириска поймала входящий звонок, незнакомый номер. Знал, чей голос услышу. Угадал.

— Как спалось, Максимка?

Кэл задорна и весела, хоть я и знаю ее всего несколько часов. Спрашивать, откуда у нее мой номер, глупо. Легко входит в чужие квартиры, уж как-нибудь и с телефонным справочником справится.

— Отвратно.

— Рада слышать. Кошмары, видения? Восемь?

Удивленно встряхнул головой — откуда она знает?

Услышал смех, поймал себя на мысли, что она читает меня на расстоянии. Если не сидит за рулем моей машины. Подавил в себе отвязное желание пересесть на переднее пассажирское, глянуть в лицо шоферу.

— Так бывает, Максимка. Не со всеми, не с каждым, но случается.

— Ты ружемант?

— Неправильный вопрос, мальчиш. Не обязательно быть ружемантом, чтобы знать про руж-волны.

И в самом деле, Ириска как-то обходилась без этого…

— А вот для того, чтобы их прочитать требуется быть либо таким, как ты… Либо дальним потомком одной из Восьми.

Поперхнулся на вдохе. Водитель, на миг оторвавшись от дороги, обернулся, но я успокоил его жестом. Все нормально, ничего не случилось.

Почуял, как неприятно липнет рубаха к спине от пота.

— Ты одна из Восьми?

— Плохо слушаешь? Потомок, но не такой уж и дальний. По отцовской линии.

— А в парке Восьми…

— Что в парке Восьми? — проворковал сладкий голосок по ту сторону телефонной трубки.

Понял, что ляпнул лишнего.

— Забудь.

— Как скажешь, Максимка.

— Надеюсь, ты не будешь скучать по собаке? Пришлось в ней немного… поковыряться.