Евгений Лисицин – Повелитель механического легиона. Том VIII (страница 3)

— Или ты можешь стать во главе рода, — продолжил я. — Да, будешь немного ограниченный. Но Шуйские не падут так низко, как должны сейчас. Жанна получит новый дар, сила света осталась при тебе. Конечно нам нужно знать, ради чего помогать вам.

Дворяне привыкли действовать с позиции выгоды — помогать просто так точно никто не будет. Шуйский всё это знал и какое-то время колебался, уточнял детали, спрашивал насчёт гарантий, прежде чем принять решение.

— Хорошо, мой род и правда хранит кое-что… Лучше, если никто лишний не услышит.

— Здесь нет лишних, — хмыкнула Алиса. — Говори.

Шуйский поколебался, взвешивая варианты. Думаю, ему кое-что было известно.

— Да проклянут меня потомки, если выбор неправильный… У нас хранится старое оружие, увы нерабочее. Но оттуда можно извлечь много технологий. Кое-что мы превратили в свою продукцию… Есть даже старые кибернетические доспехи и роботы. Но сейчас их толком даже не обслужишь. Да и с современной магией их цена не оправданна. А ещё комнату и в целом цитадель охраняет «Замыкатель». Это небесный артефакт.

Я присвистнул: даже Боря этого не знал, или не успел упомянуть, не сочтя важным.

— И что он делает? — у Алисы загорелись глаза, а у меня заболела голова. Тут три княжеских рода плюс я, и каждый захочет забрать эту штуку себе.

— Создаёт щит… очень прочный, — дополнил Шуйский в ответ на вскинутую бровь. — Даром владел норвежец Асманд Хольмгрен, один из погибших во втором апокалипсисе литых повелителей.

Я отлично помнил имена всех живших при мне повелителей. Довелось сражаться бок о бок с ним в самом начале войны, когда в Европе начался сущий кошмар и Россия придавала не меньшую значимость стабилизации ситуации у западных соседей, чем в восточной Сибири. В конце концов, Альпы куда ближе к Москве, чем врата Красноярска. Конфликты тогда остались в прошлом и он действительно создавал мощные щиты.

«Это пространственник?» — с искренним интересом спросила внутренний дэв, наверняка потирая воображаемые руки.

Глава 2

После новостей повисла небольшая пауза, которую нарушил голос Вяземского снаружи тёмного барьера.

— Кто такой Асманд и что у него за сила?

— Он был кинетиком, — ответил я сразу ему и Сирин, печально вздохнувшей. Шуйский и Алиса удивлённо уставились на меня. — У меня хорошая память. Очень необычный дар называли «контроль силовых полей». Там… много нюансов в механике работы. Он орудовал этой силой с точностью мастера воды, направляющего жидкость. Мог буквально раздавить своего оппонента, сжав его тисками чистой магии. Почему из его дара сделали всего лишь щит?

— Что получилось… — сначала ошарашенно оправдался Шуйский, а потом дёрнулся. — В смысле «всего лишь»⁈ Ты хоть знаешь, как сложно создать небесный артефакт⁈

— А, вы сами его делали? — с интересом спросил я. В прошлом без дара Бори было не обойтись, хотя кто-то сделал тот посох из его души.

— Ну разумеется, сами! Признаю, функционал ограничен. Это не оружие, а стационарный барьер. Но об него даже отряд архимагов может головой стучаться — у них ничего не выйдет, пока есть энергия.

— А ещё лучше, если питает другой архимаг или стигмовая энергия, да? — уточнил я, вызвав оторопь у Игоря. — Не только вы знаете принципы работы небесных артефактов. В накопителях плотность энергии неизбежно снижается. Другим артефактам обычно плевать, но вот созданные на основе литых даров проседают в мощности. Стигмовая энергия также очень плотная. Ладно, я тебя понял. Мне достаточно возможности изучить его.

— Ничего не имею против, — кивнула Алиса. Аналогично отозвались и извне барьера, изрядно удивив Шуйского. Поняв, что он сотрудничает, завесу сняли.

— Стойте… у меня ещё одно условие, — сказал Шуйский, видя как мы отходим готовиться к эвакуации. Не стоило здесь засиживаться или эффект отвлечения внимания совсем сойдёт на нет. — Грандмагистр Пожирателей, управляющий фиолетовыми молниями. Вы его убили?

— Нет, вон там лежит, — Алиса кивнула в сторону кучки пленных. — Если хочешь расправы — получишь его. Кирилл, как поступим?

— Наденем на них глухие шлемы. Много снотворного вредно, хотя Жанне всё же лучше поспать, — предложил я. Возражений не было, с Шуйским ещё хотели поболтать. А вот что делать с Волной? К нему я и подошёл. — Рассказывал обо мне?

— Что? Да как я мог! — возмутился он. — Ну… то есть Шуйскому не рассказывал, а вот Первый Столп в курсе, что я ошибся и ты воспользовался мной. Очень ловко, кстати! У меня и мысли не возникло, что обознался!

Я мог бы прокомментировать, что мне за это скорее надо благодарить его психическое расстройство, но не стал разбрасываться оскорблениями.

— Ладно, надеюсь, что он не попадётся и не сдаст… поехали с нами, потом будем думать, что с тобой делать.

— На вашу милость… — он вздохнул. — Да уж хоть за человеческое обращение благодарю: у нас бы и не подумали кормить пленных.

Я несколько удивился заявлению, а голос подала Соня.

— Эм… это я. Всё же он нам помог, в том числе когда спасали Лину…

— Добрая ты душа, молодец.

Группа собралась. Я то и дело ловил взгляд Авроры. Она ждала нового дара, но понимала, что не время и я устал. Впрочем, это не уменьшало желание и тяготы ожидания. От Шуйского скрыли транспорт, который я сделал на улице, пока другие держали купола от ливня и перетаскивали пленных через небольшой вход, который к тому же запечатали геомантией и стесали камень парой ветровых ударов.

Грузовики конечно были нагружены до самого предела таким числом людей, но левитаторы тянули. Главное, что многие более-менее восстановились. Это как пробежать марафон: ноги в любом случае ещё долго будут приходить в норму, но небольшая передышка всё же возвращает часть сил.

Поддерживалось радиомолчание. Разве что я дал гарнитуры основным лицам, заявив, что получил их в Источниках. С Шуйским продолжали обсуждать детали сотрудничества, мы направились на юг, а после завернули западнее. Лететь в Новосибирск и Иркутск дело точно бесперспективное: там сейчас всё под контролем. Возвращение в Красноярск, чтобы затеряться там допустимо. Хотя плотность грандмагистров на квадратный метр зашкаливает. И сидеть там, пока всё не уляжется — точно не вариант.

Шуйский сначала недоумевал, почему он не может посмотреть на наш транспорт и отчего он такой тихий. Но вскоре сдался и просидел со спящей женой в руках. Мы приближались к границе. Когда-то очень давно тут были земли Монголии. Это одна из стран, павших ещё до войны, когда шёл передел мира одарёнными. Часть забрал Китай, хотя там степи да горы. Зелёный север целиком отошёл Российской Империи, захватившей все значительные города и удобную буферную зону.

Вначале никто не придал особого внимания очередному приобретению. А потом в северных горах нашли залежи ценных минералов, в том числе начавших пропитываться духовной энергией, и значимость района подпрыгнула. Где дорогие ресурсы, там и деньги на их разработку. А значит переезд одарённых, строительство заводов, возведение новых городов.

В степи хватало аэропортов. И хотя нынче близость к клубку стигм всё ещё была далека от идеальной для безопасной жизни, но Новосибирск и Иркутск ещё ближе, уж не говоря об Абакане. Люди привыкли, да и общая переносимость иномирной заразы повысилась.

Отчасти это был очевидный маршрут отступления. Но одарённым трудно столько преодолеть, а места много. К тому же у княжеских родов всё было схвачено. А изменение места назначения пожалуй, играло нам на руку.

Лететь было скучно и неудобно. Спасибо хоть Сирин немного порадовала рассказом о прошлом владельце дара, называемом небожителями «божественный телекинез». Дэв не из её фракции и весьма слабый. Очевидно основа души не пережила путешествия в наш мир.

— Кирилл… ты не говорил, что знаешь латынь… и можешь накладывать фильтры.

Голос Алисы был осторожным. Я посмотрел на летящий рядом транспортник. Лина сидела, держась за голову, а Света явно с трудом сдерживала смех.

— Да ладно, всякого нахватался от нечего делать… — сказал я, одновременно задав мысленный вопрос. — «Признавайся, что ты там говорила».

«Ventus, ventus! Tu potens es. Tu greges nubium persequeris. Tu suscitas mare caeruleum. Aer ubique apertus est», — продекламировала Сирин какую-то формулу вызова дьявола. И я очень надеялся, что мифического ада всё же не существует.

— У меня до сих пор холодок по спине бегает, — усмехнулся Шварц.

— Ему скучно что ли стало⁈ — воскликнул Константин Вяземский. — Во имя империи, будь серьёзнее! И что это было⁈

— Эм… господа, я тоже слышал. И поначалу душа ушла в пятки, — теперь звучал голос Шуйского, пока Сирин смеялась.

«Да, латынь язык со специфическим звучанием, особенно если нагнать мрака… Но это древняя классика из домагической эры. Ветер, ветер, ты могуч. Правда перевод кривой, но тем не менее…»

— Эм… больше не буду, зато отвлеклись, — я криво усмехнулся. — «Сирин, прошу тебя…»

«Должна же я развлекаться. Скажи спасибо, что ещё никто не напечатал на трёхмерных принтерах придуманную мною статуэтку… с Линой… в верёвках».

Ясно с ней всё. Тем не менее искренне поблагодарил, что такого и правда не было. Остальные сделали вид, что не слышали инфернального шёпота, который включила им проказливая владычица смерти. Даже у меня по спине пробежали мурашки. Вот что значит исполнение!