Евгений Лисицин – Имя нам Легион. Том 32 (страница 66)
— Нет, — виновато ответила она.
— Я, конечно, не правитель мира и не повелитель вампиров, но мне кажется, что я уже доказал, что могу постоять не только за себя, но и за тебя, ещё в клубе, как минимум, — горячо произнёс невольный тотем.
— Да, — так же виновато согласилась Ктара.
— Зачем тогда?! — заорал он. — Зачем ты так унизила меня?!
Она опустила взгляд.
Он был прав.
Она не подумала.
Она вообще была не в состоянии думать в тот момент.
Как и тогда, когда увидела, что к нему прикасалась другая.
Она была неправа. Да, у неё есть собственническое чувство по отношению к нему. Но не потому, что он её тотем. Или потому?
Они ведь знакомы сколько? Пару дней?
А она сходит с ума от ревности и жаждет убивать, даже если на него просто кто-то косо посмотрит.
Ктара на мгновение закрыла глаза.
Как же всё сложно.
— Прости меня, — тихо произнесла она. — Я совершенно себя не контролирую, когда дело касается тебя. Прости меня. Несмотря на все мои слова и намерения, я чувствую тебя своим. Во всех смыслах. Прости.
— Я мужик, мать твою, а не твоя собственность или домашнее животное, нуждающееся в твоей защите!
— Да, — выдохнула Ктара, так и не смея поднять глаз.
— По-моему, ты услышал не совсем то, что она сказала, — попытался осторожно влезть Мега.
— Тебя никто не спрашивал, повелитель мира! — яростно посмотрел на него Лир, скользнув взглядом по его руке, обнимавшей Пару. Испытывая дикое чувство зависти и ревности.
Аргайл это понимал.
Да, возможно, он ошибся, и тяжелее всего в их стае всё-таки именно бывшему прайму, потерявшему всё и обретшему ещё непонятно что, помимо статуса слуги.
Глава 39. Узники
Ктара поднялась в самолёт по трапу следом за правителем и даже сбилась с шага, когда увидела в салоне вальяжно рассевшегося в одном из комфортабельных кресел властелина ночи.
— Ты как здесь оказался? — удивлённо спросил Мега. — Ещё и раньше нас?
— Прилетел, — будничным тоном ответил повелитель вампиров, безразлично глядя в иллюминатор.
Взгляд Ктары застыл на расстегнутой до половины груди брендовой рубашке, а точнее, на этой самой груди и отчётливо прорисованных мышцах. Пробежался по идеальной стрижке жгучего брюнета с бронзовой кожей, густым ресницам, волевым скулам, сильной мужской шее с пульсирующей на ней венкой…
Ктара зажмурилась, напряжённо сглотнув вмиг собравшуюся во рту слюну. В ушах зашумело. Она почувствовала уже знакомую жажду.
— Я в туалет, — бросила она на ходу и поспешила в хвост самолёта, где была спальня и ванная.
Пролетела к раковине, открыла кран и несколько раз обильно плеснула себе в лицо водой. Закрыла его, упёрлась в мраморный умывальник руками и подняла взгляд, посмотрев на себя в зеркало. Совершенно не узнавая.
Не только потому, что глазное яблоко вновь заволокло тьмой.
Она изменилась.
Черты лица стали более резкими, четко очерченными. Словно все мышцы лица подтянулись и приобрели идеальные для него штрихи. Кожа стала здоровее. Словно сияла изнутри. Губы, казалось, стали полнее. И сочнее. Насыщеннее цветом. Даже волосы поменяли оттенок, приобрели жемчужный блеск, брови и разрез глаз стали выразительнее…
В зеркале на заднем фоне что-то мелькнуло, привлекая её внимание.
В дверном проёме появился фараон, лениво привалившись к косяку.
— Ну, — протянул он насмешливо. — Как дела?
— Отлично, — раздражённо ответила Ктара.
Древний вампир усмехнулся.
— Заметно.
И двинулся на неё.
— Не подходи! — резко развернулась она, вжимаясь в раковину.
— А мне кажется, — даже и не подумал он остановиться, — что это именно то, что тебе сейчас нужно.
Взгляд Ктары непроизвольно опустился на ворот сапфировой рубашки, идеально оттеняющей его смуглую кожу. Она почти слышала шум его крови, возбуждённо пульсирующей в вене на шее.
Ктара подняла на властителя удивлённый взгляд.
Он выглядел высокомерно, насмешливо, но на самом деле…
Жаждал, чтобы она его укусила.
Джей сказал, что она вызвала у фараона зависимость.
Хотя было такое чувство, словно они вызвали её друг у друга.
Он остановился совсем близко, вынуждая её высоко запрокинуть голову, ибо она была не в состоянии оторвать глаз от его шеи.
— Ну, так что, птичка? — подхватил он её и усадил на чёрный мрамор умывальника, почти сравняв разницу в росте. Разместившись меж её ног. Интимно склоняясь ниже. Почти к уху. — Скажи мне, — зашептал он. — Чего ты хочешь на самом деле?
Ладони Ктары легли на тугие мышцы груди, скользнули по ней к вороту рубахи, который она медленно зажала в кулаки и потянула на себя. Ближе.
Повелитель ночи поддался. Отводя голову. Сам подставляя шею.
Рот Ктары открылся сам по себе, клыки с непостижимой скоростью прокололи идеальную бронзовую кожу, а рот стал жадно сосать.
Она услышала стон древнего вампира. Одна его ладонь накрыла её затылок, вторая зад и обе вдавили её в него, позволяя почувствовать его эрекцию. Он практически плавился под её руками. Под её клыками, а потом…
А потом мужская ладонь в волосах резко сжалась, дёрнув её назад. Вторая сдавила горло, и она увидела в его глазах лютую ненависть.
Снова.
Пока он пытался её душить.
Опять.
И не мог.
Нанести существенного ущерба.
— Апоп тебя возьми! — взревел он и потянулся рукой, что до этого удерживала её за волосы, к ремню на своих брюках. — Хоть трахну тебя, раз убить не могу!
Реакция Ктары была молниеносной. Она зашипела, врезав мертвяку по идеальной морде, которую расцарапала. И с силой оттолкнула его от себя.
— Только попробуй, мразь!
Фараон рассмеялся.
— Я? — высокомерно вопрошал он. — Это ты мразь, деточка. Без роду и племени. Траханная-перетраханная отработанная рабыня. Чего арканишься и строишь из себя недотрогу? Ты должна в ногах у меня валяться за оказанную честь. Я к такому мусору как ты, обычно даже не подхожу. Я его даже не замечаю.
Кулаки Ктары яростно сжались.