Евгений Лисин – Уральское небо (страница 9)

- Не хочу и не буду. Мне ты нравишься! Нафига мне другие пацаны, когда я от тебя тащусь!

- Тащятся, Темникова, удавы по стекловате. Говори прямо уже, что хотела?

Лерка заржала в трубку:

- В пятницу, то есть завтра, у меня днюха, и я хотела бы там видеть самого симпотного парня нашего района! А возможно и не только видеть! - и вновь в трубке неприятный смех.

- Меня там не будет, предупреждаю сразу! Другого симпотного парня ищи, который бы скрасил твой досуг. Арриведерчи, Темникова!

Я отключил телефон от сети, выдернув шнур из розетки. Нафик-нафик эту чокнутую!

Перед обедом ко мне заскочил Игорёк с соседского дома, мы с ним вместе ходили в один спортзал. Сосед, как и я, занимался в секции бокса. Он был младше меня на три года, и поэтому тушевался что ли передо мной. Да и вообще он какой-то стеснительный был. Вот и сейчас:

- Жэк, там это… ну дозвониться до тебя… это, не смогли… и Финик злой, как собака!

До меня дошло: после разговора с Темниковой я вырубил телефон, и Финик (наш тренер по боксу - Фёдор Николаевич) не смог потом дозвониться до меня. Вот и отправил ко мне того, кто поближе живёт.

- Понял, перезвоню.

Я подключил телефон в сеть и набрал номер секции. Разговор был короткий: в пятницу, после обеда, приезжают москвичи, будут на российские соревнования перспективных отбирать.

- И ты, Лисин, имеешь неплохие шансы. Особенно после февральских соревнований. Только попробуй не явись! - закончил разговор Фёдор Николаевич.

Вспотевший после разговора, я положил трубку. Вот же блин, столько дел навалилось на пятницу: Дэн, Лерка, москвичи. Я не удивлюсь, если что-то вылезет ещё! Так и вышло. Вечером на семейном совете при ужине выяснилось, что нам просто необходимо съездить к сестре отчима. Ей с утра привозили давно заказанную "стенку", которую она ждала вот уже полгода по очереди. Соответственно, нам, как грузчикам, нужно было помочь разгрузить и доставить искомый "дефицит" в квартиру, благо у "счастливицы" первый этаж всего.

Засыпал я плохо. В уме прокручивал завтрашние разговоры. Прикидывал, что почём выйдет и каким боком повернётся. Но, как бы я не ворочался, молодой и здоровый организм взял своё. Меня просто выкинуло в сон.

Утро началось с устоявшейся для меня привычки - пробежки по парку. Закончив третий круг бега по асфальтовой дорожке, я остановился, вытирая пот со лба. Пока наматывал круги, то в голове все сегодняшние разговоры сложились сами собой. Я, довольный собой, двинул домой через магазин, мать попросила свежих булочек к завтраку купить.

Выйдя из хлебного, я направился к дому. Оставалось только перейти дорогу. Крутнув головой вправо-влево и, убедившись в отсутствии машин, я двинул на переход. Заканчивая переходить проезжую часть, я уловил стремительное движение справа. Развернувшись, с удивлением обнаружил автомобильную погоню с перестрелкой. Для Урала в те годы это было обычным явлением. Делили, пилили, крышевали что только можно. Расцвет бандитизма!

Два "Мерседеса" догоняли шустрый "Опелёк". Я поспешил, как можно поскорее, убраться с хода движения машин. По иронии судьбы, с пути быстро несущихся машин, я-то свалил. Но не успел уйтм с траектории одной из автоматной очереди, выпущенной из чёрного "Мерседеса"...

Мою правую ногу обожгло и, развернув меня вокруг своей оси, бросило на землю. Кое-как приподнявшись, я увидел приближающийся ко мне в заносе "Опель", от которого не то, чтобы уйти, даже уползти не успевал… Как рассказывали свидетели, меня приложило бортом немецкой тачки, и от удара моё тело пролетело метра три. Хорошо, что приземлился рядом с железным заборчиком, а не влетел в него. Иначе, произошедшее со мной, могло бы закончится гораздо хреновее...

Всё закончилось как-то быстро и внезапно... Очень быстро отпали все те, кто интересовался мной в той или иной ипостаси.

Я стал неинтересен Лерке (и слава Богу!), мной перестала грезить московская боксёрская школа (мне Урал ближе!), местные бандиты тоже перестали обращать на меня внимание (а, может, и к лучшему!). Когда ты вне спорта и много чего по жизни, тебя быстро списывают в утиль! А что мне оставалось... Да практически ничего! Было сметено всё подчистую. Все шестнадцать лет - коту под хвост. Но я понимал, что надо жить! Всё ещё будет. Самое главное, я живой...

А пятницы с той поры, я теперь очень сильно недолюбливаю…

Глава 8. Чёрная магия

Отвалялся я в больничке всё лето и даже больше половины сентября успел захватить. Причём пролежал эти денёчки в полулюксовой палате, абсолютно один. Странно всё это! Особенно при нехватке мест в наших родных больничках. Чтоб родные оплатили этот "банкет", об этом не могло быть и речи. У нас никогда столько денег не было. Были у меня предположения на этот счёт, но о них я лучше умолчу. Может, кто-то из бандюков таким образом решил отмолиться за меня перед Богом? А не знаю до сих пор...

Из моей ноги извлекли пулю автомата Калашникова, ещё две прошли навылет. Хорошо, что автомат стреляющего был невелик - 5,45 мм. Это как-то спасло меня. Ну, по крайней мере, это мне так главврач объяснил:

- За калибр покрупней я умолчу: либо не выжил бы, либо ампутация ноги. Повезло, что так вышло. А лучше бы вообще никак!

Вот так мне говорил главврач, а сам я не разбирался в последствиях огнестрельных ран. Хирурги шутили надо мной, что я в "бронештанах" родился:

- Максимум, это палочка светит тебе для ходьбы. Но это если всё пойдет не так! А ты молод, и чудеса могут свершаться. Почему бы и нет?

Как ни странно, но чудо таки случилось. Палочка отменялась, я мог ходить на своих двоих без всякой чужой помощи. Молодость взяла своё. Лёгкая хромота осталась, но эскулапы уверяли, что это со временем пройдет...

За пять дней до выписки ко мне в палату подселили угрюмого мужичка, о которого за версту несло криминалом. Сначала он скривился от моего присутствия, но узнав, что я лежу с огнестрелом, резко поменял ко мне отношение. А когда в ходе начального разговора, я упомянул, что у меня в соседях есть криминальный авторитет Синица, то тут сосед по палате явно проникся ко мне уважением.

Мужика словно подменили, язык его метелил как хотел, и я даже засомневался в его принадлежности к криминалу. Но Славик (именно так звали моего соседа) был шофёром и всю жизнь возил авторитетов разного калибра. Теперь стало ясно, откуда его говорливость. Водителю явно хотелось выговориться, как соседу-попутчику в ж/д вагоне.

Я с нетерпением ждал выписки, ибо этот балабол утомил меня конкретно. Но вот одна из историй меня зацепила, и конкретно так. Вот люблю истории про чёрную магию послушат, хлебом не корми.

Новый чёрный навороченный "Гелендваген" 463-й серии подкатил к зданию-высотке, где сдавались офисы под различные фирмы. Рядом со входом пестрели таблички-зазывалы тех организаций, которые заседали в этом офисном вертепе. Развалившийся на переднем пассажирском сидении местный авторитет Михалыч, в миру Сан Саныч Михайлов, смотрел на разноцветные вывески.

- Вроде тут! Слон, Матрос, сгоняйте-ка по бырому. Узнайте, чё да как. И сюда его лучше приведите. Пусть посмотрит да дело своё чёрное обстряпает.

Молчаливые телохранители выскользнули с заднего сидения внедорожника одновременно и, аккуратно прикрыв дверцы, растворилась в недрах "офисной" высотки.

- Чё, Слав, в натуре энтот экстрасенс крут? - спросил Михалыч у своего водителя. - Тебе туфту не прогнали часом?

- Неее, Сан Саныч, крут говорят малец! - отозвался Славик. - Дело своё знает, он уже на этих делах лапу себе набил. Да и пацаны о нём чётко отзываются. Говорят, лучший из лучших по всему Екату!

- Лучший? - скривил губы в недоверчивой ухмылке Михалыч. - Чё и проколов с косяками за ним не водится?

- Да поговаривают, что не наблюдают. Да и конкретного разводилова с его стороны нет. Всё чётко! Работает как часы. - откинувшись на сидении, вещал Слава. - Ну, я так кумекаю, нам бы самим посмотреть этого экстрасенса в деле. А то я за "Гелик" в натуре переживаю. На ровном месте прямо начинает сбоить, не было такого за ним раньше.

- Ну подождём да поглядим! - согласился с ним Михалыч. - Неча пока воздух сотрясать. Включи-ка пока чё-нить послухать новенького из шансона. Давай-ка этого, ну как его... Да просто новьё вруби!

Какой-то хит очередного хрипящего "шансонье" заполнил своим звучанием салон внедорожника.

- Ведут! - вскинулся Славик.

- Вижу! - отозвался Михалыч, открывая дверцу джипа. - Пойду выйду, встречу гостя дорогого.

Михалыч стоял рядом со своим "Геликом" и смотрел на то, как его телохранители волокут к джипяре упирающегося молодого человека. Тот пытался освободиться из цепких лап "кожаных затылков", но все его потуги были бесполезны. Вырваться из лап бывших "вольников" было просто нереально.

К тому же Слон и Матрос, к своим двадцати и двадцати двум годам соответственно, уже не первый раз занимали призовые места по городу в своих весовых категориях по вольной борьбе. А за неимением заработков подались в бандиты, где вскоре были замечены предприимчивым Михалычем и были завербованы в его телохранители…

- Так это ты штоле экстрасенс? - с сомнением поглядел на паренька Михалыч.