Евгений Лисин – Уральское небо (страница 34)

Главбухша медленно поднялась с подлокотника и, развернувшись, глянула мне прямо в глаза:

- Синие, словно омут. Туда затягивает почему-то со страшной силой. Скажи мне, Жень, ты гипнозом не занимался?

Платье с Анны плавно опало и опустилось у её ног. Она деловито перешагнула через него и сделала шаг ко мне. Из всего того, что оставалось на ней, было только нижнее белье. Верх, как таковой, отсутствовал. Фигура у Анны, в её-то года, ещё сохранилась. В свои двадцать девять она была очень даже ничего. Могла дать фору и более младшему возрасту.

- Оцениваешь? - хмыкнула Анна. - Ну-ну!

- Ты туфли снять забыла! - окинул я взглядом её тело. - Как-то негармонично, что ли? Или от моды отстал? Это последний писк: туфли вместо лифа?

- Ты мне зубки не заговаривай! - прошептала Анна. - Сейчас я займусь растопкой уральского льда...

Я закинул нога за ногу.

- Ага! - хищно улыбнулась девушка. - Пошли первые трещины! Ты же не монах.

Твою мать! Как бы не крепился, но ведь я мужик всё-таки.

Анна плюхнулась на кровать:

- Котик, иди накажи плохую девочку!

- Хм, межвидовый барьер получается. - выдохнул я. - Значит, секс отменяется...

Входная дверь распахнулась, и в квартиру, подсмеиваясь, зашли Лёха с Валей:

- Евген, тут Валюха такую приколюху расска... Эээ... Мы, наверно, очень не вовремя...

- Вовремя! - осклабился я.

- Совсем не вовремя! - расплакалась от обиды Анна...

Несмотря на позднюю ночь, я сидел на берегу Волги. Очень кстати мне подвернулась какая-то коряга, явно вытолкнутая на берег ещё осенью, наступавшими льдами. На другом берегу мигала какая-то точка, явно одинокий фонарь. Мне захотелось одиночества, как и ему. Но как это сделать, я не знаю. Впереди вся жизнь!

Где-то сзади завыла собака. Я вздрогнул и сердце моё сжалось. Всё здесь не так! Я чужак на этой волжской земле и навсегда останусь таковым. Не хочу! Я увидел и пережил в этой жизни практически всё... И на душе пустота, ледяная пустыня. Ничего живого... и только лёд...

Вой собаки раздался ближе, я обернулся, но не увидел никого. Неожиданная мысль пронзила меня. Я замер беззвучной статуей.

Ангелина! Я ведь так и не посетил её могилку. А там наверняка и мой сынишка похоронен.

План сложился в голове начерно. Сначала Омск, потом Екат. Или наоборот, это смотря как жизнь подбросит свои выверты...

Утром я вышел из подъезда, чтоб купить себе молока. У торца соседского дома толпились люди.

- Евген, привет! Ты в магазин? Меня Валюха за хлебом отправила! - отсалютовал мне Лёха. - Айда вместе.

- А это что за столпотворение? - кивнул я в сторону людей.

- Это-то? У них дворовая собака Жулька померла. Молодая такая, прикольная. Жила, бегала и преставилась вдруг неожиданно. У торца лежала. Рано утром нашли...

А внутри меня разлился холод. Ведь именно туда, по темноте, я выкинул коробку конфет, которую мне вчера припёрла Анна...

Глава 24. Шаги назад

Я шёл по старой части кладбища, поглядывая на имена и фамилии умерших. Почему меня занесло в эту часть захоронений? Честно, не знаю, по наитию шёл. Я искал необычное надгробие. Возможно, на нём будут стоять два креста. Не чую, чтобы родня Лины, сбросилась ей хотя бы на небольшой памятник. Я смотрю на даты захоронений. Пока идёт 1996-й год. Похоже, специально так хоронили, по участкам, разбивали по годам. Или я такого хорошего мнения о сотрудниках кладбища. Сколько мне ещё времени разыскивать могилку, я не знаю. Но чую, что до конца дня буду выискивать её.

Чей-то взгляд меня буравит слева. Я поворачиваю голову в том направлении и вижу малыша, сидящего на лавочке у какой-то могилки. На вид ему года три, не больше. Что он делает тут один? Я иду в его сторону, мелкий испуганно глядит на меня.

- Малыш, ты потерялся? - я присаживаюсь на корточки, чтобы сравняться с ним ростом. - У тебя всё хорошо?

Мальчишка молча кивает головой, а я не понимаю, на какой вопрос он ответил положительно.

- Пап! - неожиданно звонко отвечает малыш. - У меня всё хорошо. А вот потерялся как раз ты. Мы с мамой тебя давно ждём. Вон она! Да погляди же!

Я смотрю на крест, куда тычет рукой мой сын. Там фотография Ангелины.

- Пойдём! - малыш соскакивает с лавочки и, хватая меня за руку, тянет куда-то. - Пойдём. Так надо... Надо до вечера успеть!

И я, как зачарованный, иду за ним, держа в своей ладони маленькую ручонку сына.

- Максим, ну не так быстро. - прошу я его.

Сынишка изумлённо оглядывается на меня:

- Пап, а откуда ты знаешь моё имя? Мама никогда тебе не говорила, как меня назовёт. Откуда?

- Знаю! - шепчу одними губами. - Одна тётя мне говорила, поэтому знаю...

Малыш резко останавливается и внимательно смотрит на меня. Я гляжу на него в ответ. Его ручонка выскальзывает из моей ладони и безвольно виснет вдоль тельца.

- Ты всё испортил, пап... Возможно, ты видишь меня в последний раз...

Я резко открываю глаза, моя ладонь ещё хранит тепло. Ответ очень прост. Скорее всего, это от батареи отопления, она же рядом с кроватью проходит. Я тут же протягиваю свою руку к радиатору. Так и есть, ладонь ложится на его тёплый участок. Вот и вся разгадка. Я грустно вздыхаю. Это только сон. Тяжёлый сон.

Я побрёл на кухню, испить водички. Сон из моей головы не хотел уходить. Он прокручивался заново, снова и снова. Так, надо собраться, а то сегодня дела могут наметится срочные. Да та же продажа квартиры, в конце то концов...

Как Степаныч и обещал мне, он открыл в нашей части города пункт приёма цветчермета. Я был торжественно поставлен замом на эту приёмку. Полтора месяца я отработал на Степаныча. Дела шли не очень, в отличие от центрального пункта. Я не понимал в чём дело, да и Степаныч уже не раз почёсывал свою лысину. Мы оба искали проблему провала. В какое-то утро меня осенило и я набрал номер шефа:

- Степаныч, по ходу догнал я, что происходит. Вспомни мою биографию. Не местный я. А сарафанное радио не спит, разнесло молву обо мне. Стопудово! Надо другого зама ставить, из своих.

- Проверим, Евген! Если чуйка твоя права, то... Короче, сделаем, как ты говоришь.

После моей замены пункт начал извлекать прибыль, да и народ потёк уже не тонкой струйкой... Если Степаныч радовался этому факту, то я совсем повесил голову. Прав я оказался таки... Прав, чёрт возьми!

Недолго думая, в двадцатых числах апреля, я не поленился и съездил в офис газеты "Лёгкий день". Подал объявление на продажу своей однушки. И вот сегодня оно должно выйти.

Бабуля была в курсе, я решил поставить её в известность о продаже квартиры. Бабушка видела, что мне тяжело тут прижиться, поэтому только поахала-поохала. Но денег от продажи квартиры мне явно не хватит на покупку равноценного жилья в Екате. Ничего, придумаю что-нибудь. Накрайняк, поступлю так же, как поступил в семнадцать лет. Гараж куплю и обустрою его на первое время. Да и машину будет куда поставить... Или машину продам, чтоб хоть какое-то жилье взять...

Дверной звонок раздался неожиданно. Вот так, ждёшь телефонного, а ломятся в дверь.. Кто же там с утра пораньше в гости прётся?

Открыв дверь, я лицезрел соседей, Лёху с Валей.

- Ну заходите, коль не спится. Чай, кофе?

- Да мы по делу пришли. - соседи переглянулись. - Тут объявление, что ты квартиру продаешь.

- Верно! - кивнул я. - Но в объяве адреса нет вообще то...

- У меня есть хитрый телефонный справочник с адресами. - подмигнула мне Валентина. - И в продаже его не найдёшь.

- Понятно! Тайны Мадридского дворца. - усмехнулся я. - А цена вас устраивает?

- Если чисто символически сбросишь. - заржал Лёха. - Без торгов никак.

Валентина толкнула его в бок: