Евгений Лисин – Уральское небо - 3 (страница 32)
Мне первому надоело кружить и я пошел в атаку. Кик-лоу справа пришелся по "бетонной" ноге противника, на доли секунд заставляя меня убедиться о каменности конечности. Бля! А я думал, что эти сказки хороши только в фильмах с ван Даммом.
И тут же, не давая опомниться сопернику, сорвав дистанцию, провёл классическую двоечку. "Таец", как будто и не получив по морде, хреначит мне в "солнышко", пытаясь явно мне сбить дыхалку. Успеваю поймать удар на выдохе и тут же отступаю. Хм, он что весь каменный? Ведь "таец" даже не моргнул, выхватив две мощных плюхи. И опять кружение по рингу. В этот раз боксёр сам резко пошёл на сближение, но напоролся на мой фирменный кросс с левой. "Таец" крепко прикладыватся головой о ринг. Нокдаун!
- Брейк!
Отхожу в ближайший угол:
- Молоток, Лис! - слышу голос Карата.
В ответ хлопаю перчаткой по канату. Но, блядь, моя рука! Пальцы словно онемели на ней. Лишь бы завалить его нахер, и потом только через неделю на ринг...
Быстрая контратака "тайца", и его кик-лоу "каменной" ногой под срез моей правой ноги. Конечность сгибается сама, и боксёр вколачивает в мою голову сначала с правой руки. Меня ведёт в сторону, и я получаю от лицу левым локтём. Мои мозги словно взрываются и меня валит ничком на ринг. Пиздец как больно!
Прихожу в себя, услышав слово "Семь!". Я отрываюсь от пола, медленно поднимаюсь и чувствую, как кровь из рассечённой правой брови тонким ручейком потекла по щеке. Судья качает головой и отправляет меня в свой угол. Карат быстро латает мне бровь.
Вкус крови на губах придаёт мне сил и я иду в атаку. "Таец" сам рвёт дистанцию, и мы оказывается в "объятиях" друг друга. Я отталкиваю его о себя и моментально провожу уширо маваши гери. Моя левая пятка прилетает в лоб боксёру и усаживает его на жопу. И пока тот ещё в небольшой прострации, бью без затей с правой ноги ему в башку. От удара с боксёра слетает красная повязка. А он сам валится на спину и правый бок, из его приоткрытого рта на ринг капает кровь. Похоже, что в этом бою ринг становится кровавым!
Всё? Да не похоже! Такое ощущение, что мне достался несгибаемый гвоздь. Боксёр сначала приходит в себя, а затем он снова на ногах.
"Таец" наваливает на меня удары со своей "каменной" ноги. Иногда успеваю уворачиваться, иногда тупо отскакивать. Но боксёр действует как заведённый, пока его не останавливает мой свинг слева. Снова нокдаун!
Но спустя пару секунд боксёр опять на ногах и снова третирует меня своей левой ногой. И вот проходит один его удар, затем второй. Перестаю чувствовать свою правую ногу. Я практически недвижим и вижу кривую ухмылку боксёра!
Снова пропущенный удар. И ещё один! "Таец" обрабатывает мою ногу по всей её длине словно кувалдой. Пытаюсь отмахнуться, и получаю в лицо два страшных удара слева. Сначала кулаком, а затем локтём. Мир стремительно меркнет передо мной. И я уже ничего не чувствую...
Первое, что я вижу перед собой, это белый потолок. Глаза бродят по комнате и натыкаются на загипсованную ногу. С трудом понимаю, что это моя конечность...
Два перелома, разрыв связок, несколько трещин и бесконечное количество ушибов. И это только на правой ноге! Молчу за остальное тело...
Я понимаю, что это конец моей бойцовой карьеры. Всё! Гейм овер! Больший и жирный крест!! Прощай, ринг, мы теперь встретимся с тобой только во снах...
Ментам, приходящим в палату, я уже не раз объяснил, что до меня доебалась толпа пьяных подростков и попросила пачку сигарет. Ну, пятерым я дал прикурить от всей души, остальные десять тупо запинали меня. Вот теперь, я здесь и лежу. Менты не верят мне, но я упорно стою на своей версии...
Через три недели, когда от меня полностью отстала милиция, нарисовался Карат.
- Прости, братишка, что раньше не заглядывал. Но, бля, менты могли попалить. Лечение мы тебе оплатили. В основном, Кеша максал! Ты очень много для нас сделал. И, крепись, Евген!
Я вскинул глаза на телохранителя:
- А что может быть хуже всего этого?
- Крест повесился!
Я закрыл глаза:
- Твою же медь! Когда?
- Ещё десять дней назад. Сообщить не смог, сам понимаешь, почему.
- Да не дурак. Но как??
- Он сбежал оттуда! А спустя семь часов его нашли дома повешенным. Вот такие дела!
- Пиздец! - только и смог выдавить я.
Карат положил конверт на тумбочку:
- Здесь восемьдесят три тысячи рублей. Пацаны насобирали! Это те, кто тебя помнит и кто хорошо относился к тебе. Вот. Лис, удачи! Я погнал, светится больше не буду. Как выйдешь, набери меня или Кешу.
Карат осторожно потрепал меня по загривку и исчез. А я обессиленно откинулся на подушки. Вот и Креста больше нет. Может сам понял, что не выберется из этой наркоманской петли, может ещё что. Вот и накинул реальную! А почему? Я не ведаю этого, ни разу не оракул!
В общей сложности, я провёл в больничке полтора месяца. На дворе конец февраля. Конец календарной зимы.
Дела закружили меня, а их скопилось немало. Да и деньги не вечные, имеют свойство исчезать. Поэтому я сдал двушку да поменял "гелик" на скромный "опелёк". Ещё побывал на могилке у Креста, отдал дань этому бродяге по жизни. Да много ещё чего сделал!
Я переселился обратно в однушку, благо она у меня располагалась на втором этаже. А то при такой ноге каждая ступенька на счету. Врач сказал, что до конца весны, мне придётся ходить с палочкой.
Добрался и до почтового ящика на мэйле. Очистив весь спам, я охренел. Лия написывала мне через день. Всё волновалась, куда это я пропал? Собравшись с мыслями, расписал что произошло со мной. Ещё поведал, что я повесил перчатки на гвоздь. Всё, отмахался Лис на ринге! Есть бойцы и покруче меня...
Тётка нахаживала через денёк-другой с готовой едой. Сестрёнки же наяривали каждый день. Про Лию я сообщил, что у неё нашлось какое-то наследство в Сеуле, и она в срочном порядке вылетела туда, и уже который месяц не может получить его. А всё из-за наличия многочисленной родни. Поэтому без стеснения показал переписку с ней. Тётка с дочками только поохали на то, что не только в России бюрократизм процветает.
Я периодически просматривал газету с работой и снова склонялся к идее перевозок. А видя зарплату в размере пяти тысяч рублей, только вздыхал. Благо моё ИП пока ещё функционировало. Я исправно платил налоги. Но в голове нет-нет да мелькала мысль о закрытии ИП.
Нога ещё плохо слушалась и временами я ходил с большим трудом, несмотря на наличие палочки. Какая уж тут работа? В начале марта ко мне в гости нагрянули Кеша с Каратом. Тёртый не стал, по своей давней привычке, тянуть быка за рога и сходу предложил работу в качалке. Теперь бывшая секция по боксу полностью перешла на это направление.
- А ринг куда дели? - со вздохом спросил я.
- Убрали с глаз долой, чтоб глаза не мусолил. - невесело ответил Кеша. - Одну качалку оставили. Народ прёт разный, но время "для своих" выделили. Короче, чтоб с толпы не выделяться, десять тонн рублями устроит? В принципе догляд нужен только. А тяжести таскать? Кому надо, тот и будет тягать. Пойдёшь?
- К тому же работа на дому получается. - улыбнулся Карат. - Далеко ходить не надо. Охрана? Да из пацанов ночью кто-нибудь да отирается поблизости. Бар, слышал, открыли? Наша точка!
- Здорово! Сигналка сработала, я бармену или управляющему звоню, а там кто трезвый, тот сюда и мчится.
Карат с Кешей переглянулись.
- А я всегда знал, что у Лиса не голова, а Дом Советов. - широко улыбнулся Тёртый. - По рукам?
- По рукам! - ответил я. - Мне б только электрика толкового и всё будет на мази.
Глава 24. Кто бы мог подумать?
Время текло неторопливо. Я тупо отсиживал своё время в качалке, получая довольно неплохую зарплату по тем временам. В среднем по городу з/п колебалась в районе пятёрика, я же имел десятку и ещё чуть больше тысячи снимал с арендаторов двушки. Ну а с тем условием, что я жил один, мне хватало с избытком. Даже умудрялся откладывать дополнительные бабки в заначку. Но, несмотря на это, я всё-таки закрыл своё ИП. Транжирить деньги на налоги мне надоело. Если приспичит когда-нибудь, то открою заново...
Качалку попытались вскрывать пару раз, но после появления братков на месте преступления, эти поползновения прекратились. Претендентам на чужое имущество явно пришлось несладко, потому что потом этих "товарищей" я никогда больше не наблюдал в окрестностях.
Мы с Лиен постоянно переписывались, но письма стали редки. Два-три раза в месяц. Причина банальна. Восточную красавицу брали замуж, но она не очень то торопилась туда! В письмах Лия сетовала, что она не может в корейский паспорт вписать мою фамилию и оставить всё, как есть. А также она не знала, что делать с российским паспортом, где была ещё замужем за мной.
"Хоть в Россию приезжай для развода. Но тогда, я не смогу устоять, чтобы не остаться там снова. Вот такие дела, Женька!"
А что я мог ответить на это? Приезжай, здесь всё чудесно, будем жить на десять тысяч рублей в месяц. Хотя, кто её знает, эту девушку. Может ей со мной и рай в шалаше будет? Но я гнал эти мысли прочь. Захотела бы, приехала сама. Видно такой муж, как я в сегодняшнем состоянии, ей был не нужен. Как предыдущий, до меня. Становиться Плавунцовым номер два мне дико не хотелось. А в середине мая Лия пропала с интернетных просторов. Видать, судьба у меня такая, что девушки, спустя какое-то время, исчезали из моей жизни. Сказать, что я расстроился? И да, и нет!