Евгений Лисин – Уральское небо - 2 (страница 26)

- Э, урус, гроб сэбэ заказал? За брата паламаю.

Вон оно чё! Похоже ему напели за моё пребывание в СКВО.

- Бокс!

Я провел стремительную контратаку. Классическая "двоечка" прошла на раз. Затем мой левый кулак врезался кавказцу в "солнышко", сбивая тому дыхалку. Затем я ударил правой ногой Маге под срез левой ноги и после того, как он рухнул на левое колено, мощно пробил ему с правой руки в голову.

- Брейк! - оттащил меня судья.

Мага, видимо оглушенный и не услышавший голос рефери, бросился мне в ноги. А поскольку мои руки были блокированы, я встретил его голову ударом правой ноги. Моё колено смачно впечаталось ему в переносицу. Борец обхватил мои ноги в районе щикотолок и затих.

- Брейк! - взревел слоном судья и оттащил меня.

- Я не при делах! - заорал я, выплюнув капу на ринг. - Он первый пошёл, и тебя явно не слышал!

- Это я видел! - вызверился судья и, оставив меня, подошёл к лежащему на ринге бойцу.

Я отступил в свой угол:

- Пиздец какой-то! Тут ещё оказывается и орут.

Тем временем, рефери производил какие-то манипуляции с лежащим на ринге бойцом. Затем покачал головой и жестом пригласил какого-то парня из угла кавказца. Тот ощупал Магу и поскольку стоял на коленях, провёл ладонями по лицу, а затем воздел руки к потолку.

Зал выдохнул, тоже самое сделали и Крест со Слоном.

- Пиздец котёнку! - вымолвил Крест.

- Ты сломал его. - спокойно сказал Слон. - Хана Акбару.

Меня моментально спустили с ринга. А наши мордовороты молниеносно окружили мою персону так, чтоб никто не смог приблизится ко мне.

Сквозь них ко мне прорвалась Татьяна:

- Женька, ты что убил его?

- Так получилось.

Зал потрясённо молчал. Спустя несколько мгновений, публика встала на ноги. Тишина ворвалась в зал. Я же, как шальной, глядел на ринг. Произошло то, чего боялся многие годы. Я сегодня впервые прервал жизнь человека на ринге. Сердце предательски сжалось. В жизни бывает и так...

Я так и не понял, как очутился в своей машине на заднем сидении. Рядом испуганно жалась ко мне Танюха. За рулём сидел Слон. Я же тупо таращился на улицу:

- Слон, куда мы?

- Домой сваливаем, ты же у нас Акбара завалил!

- И чё?

- Хуй через плечо! Возможно, его родня теперь тебя расстреляет.

- Сплюнь, это же просто бой был.

- Не знаю ничего. Тёртый приказал сдёргивать от греха подальше.

"Восьмёрка" сорвалась с места. Рядом ехали машины сопровождения.

- Прямо с ринга в машину запихнули. Ваще! Тань, помоги перчатки снять.

Девушка неумело, но достаточно быстро сняла их с меня. Бинты я же сдёрнул сам...

Мы въехали во двор.

- Давай, Евген, до хаты бегом! - скомандовал Слон и вылез первым из машины.

Длинная, в полрожка очередь, прошила его. Слон, обливаясь кровью, упал на асфальт. Где-то сбоку захлопали одиночные выстрелы. Похоже, наша охрана вступила в дело.

- Сав-кааааа!!! - наплевав на все осторожности, к нашей машине подлетел Крест. - Савка, сука, живи! Прошу тебя!

Крест опустился на колени, я тоже вылез из машины. Да похуй, если пристрелят, значит, судьба такая! Слон лежал на асфальте, раскинув руки. Одного взгляда было достаточно, дабы понять, что он отбегал своё по каменным джунглям...

Глава 19. Потери

Я, как и многие присутствующие, кинул горсть земли в могилу Слона.

- Спи, бродяга, спи спокойно! Пусть земля тебе будет лебяжьим пухом.

Рядом со мной стояла Татьяна, вся в чёрном. Я знал, что это временно и показушно для других. Закончатся похороны и эта девушка исчезнет из моей жизни навсегда. По крайней мере, она мне так заявила...

- Савка! - убивался Крест. - Вот какая падла это сделала?

- Иди, глянь! - тронул его за плечо один из телохранителей Тёртого. - Может, знакомец какой-то?

Но нет, убитого киллера опознать не могли. Он не чалился, он не проходил в ментовских сводках, он не служил в спецвойсках, он был обычный фраер. По крайней мере, это я слышал от братков. Смущал только факт наличия АК. Откуда он у обычного фраерка?

Группировка, державшая при себе Магу Акбара, клялась Аллахом, что киллер не их рук дело. Странности, одни сплошные странности.

Многие выдвигали версию, что убийца был всё-таки по мою душу. А Слон, по чистой случайности и дурости, подпал под мою пулю. Я на это пожимал плечами, так как сам не мог понять. Ведь в квартиру я заселился второго сентября, а киллер уже четвертого обстрелял вместо меня другого человека. Может спутали с предыдущим владельцем "зубила"?

А в моей голове кружилась одна мысль, которую я навряд ли озвучил бы кому. Но это дела давно минувших лет. И депутат тот давно уже не при власти, а загорает где-то на берегах Европы. Не факт, что это его рук дело...

Я смотрел на крест, на инициалы Слона. Не мог понять, при чём тут такое странное погоняло? Или это позывной с Афгана? Савелий Лонкин, не доживший до своего сорокета полтора месяца. Неожиданно меня осенило! Совмещение начальных букв имени и фамилии. Как всё просто. Спи, Савелий, спокойно. Я буду приходить к тебе на кладбище часто. Я буду ходить в церковь и ставить свечи за упокой твоей души. Спи, братишка! И, извини меня, если сможешь конечно...

- Да откуда я знала, что буду жить с убийцей под одной крышей. Мне, дуре, даже в голову это не пришло! Польстилась на тебя, как малолетка. Да это пиздец какой-то! А я замуж хочу, ребёнка родить...

- Стоп-стоп! - прервал я Танюхин спич. - Ещё кто-то недавно говорил, что такая херня, как замужа, ребёнок и чужие носки-трусы не стучали ни в одно место. Что за перестановки на ходу? Некрасиво, Татьяна, это с твоей стороны.

- Да соврала я тебе! - распалялась девушка всё больше и больше. - Просто соврала! Думала, присмотрюсь, притрёмся, а потом может и решусь на что-нибудь. А тут такое. Я жить хочу! Мне ещё нет двадцати четырёх. А бояться каждый день, что меня, ни за что могут расстрелять? Нет, не хочу!

- Охренеть! - я просто не знал куда себя девать от накатившего бессилия. - Снова на год старше! Хорошо, считай я проклят. Смотри сюда!

На стол выложились поляроидные снимки. Те самые снимки, с Ангелиной и Максимом.

- Гляди! Ты третья, кто видит это, если меня посчитать.

- Что это? - изумилась Татьяна, глядя на снимки. - Что за могилы?

- Это... - ком подкатил к моему горлу. - Это моя несостоявшаяся жена. И сынишка, которого она потеряла при его рождении. Они оба умерли во время родов!

- Офигеть! - осела в кресло Танюха. - А почему я узнаю это сейчас? Раньше нельзя было сказать?

- Бляяя! Мы с тобой знакомы несколько дней. Меньше недели. И я должен был рассказать тебе это? Всю свою боль, которая растеклась по всей уральской душе? Пиздец просто! - я откинулся в кресле.

Тишина повисла в квартире. Каждый думал явно о своём. Наконец Татьяна встала и начала заидывать свои вещи в сумку.

- Нет! Я жить с тобой не смогу. Трястись над тем, что меня могут пристрелить или снасильничать? Нет, это выше моих сил.

Я молча смотрел на её сборы:

- А, да, лифчик не забудь забрать из-под подушки. И трусишки с вешалки из ванной. Я не фетишист, мне такие вещи не нужны.

Стрелой Татьяна метнулась за указанными мной вещами. А перед порогом она остановилась, положила второй комплект ключей на тумбочку.