Евгений Лебедев – Вингер. Мундиаль (страница 44)

Я немного притормаживаю и тут же получаю резкий удар в спину от итальянца. Ну, гадёныш. По любому, ты это специально сделал. Но и падая, я продолжаю следить за полётом мяча. Буффон всё-таки среагировал на мой удар и даже левой рукой кое-как дотянулся до мяча, но вот спасти свои ворота не смог. Мяч залетает под перекладину, а я кувыркаюсь по траве. К счастью, приземлился на газон на правое плечо. Даже не знаю, что было бы со мной, если бы я упал на больную руку. А в голове единственная мысль: «Я это сделал! СДЕЛАЛ!». После чего у меня, наконец-то, включился звук. Мама родная, это что же творится на трибунах? Таких эмоций я, наверное, никогда не слышал. Удар в тело хоть и был болезненным, но я самостоятельно поднимаюсь на ноги и начинаю кружиться вокруг своей оси, разглядывая трибуны. Сил бежать совсем нет, поэтому стою и наслаждаюсь происходящим. Но долго мне так простоять не дали. Хорошо, что первым ко мне подбежал Дюша, который знал мою проблему с рукой и не дал парням меня помять. После празднования гола, я не торопясь побрёл на свою половину поля. По дороге козырнул правой рукой Александрову, послал воздушный поцелуй любимой и оглядел радостную «скамейку запасных». Сёмина словно оживили. Ушла серость с лица, глаза горели оптимизмом и желанием идти дальше. А вот взгляд Андрея Викентьевича мне очень не понравился. Он обещал мне все кары земные и небесные. Я и сам понимал, что сильно рискую не только своим здоровьем, но и его карьерой. Но и поступить по-другому не мог.

Итальянцы таким исходом были просто шокированы, только они были профессионалами от Бога, и поэтому не сдаваться не собирались. Игра возобновилась и соперник всеми силами кинулся в атаку. Бельгийский арбитр, чтобы его черти драли, добавил аж шесть минут! Откуда он вообще такое добавленное время откопал?! За эти грёбаные шесть минут мы получили аж два «горчичника», опасный штрафной, угловой и падение Тотти возле нашей штрафной на последних секундах, на который даже Буффон прибежал. Но Боги сегодня видимо были на нашей стороне. Услышав знакомую трель арбитра, я в прострации просто упал на колени, так как не мог поверить, что этот матч наконец-то закончился и мы выиграли. Да, мы намного уступали сопернику в мастерстве, но всё же выстояли и, используя свои моменты, победили.

Я видел как мне машет кулаком Андрей Викентьевич, но резко вспомнив про маму, помчался к ближайшей камере:

— Мама, милая, с днём рождения тебя! Люблю и целую крепко-крепко! Этот гол для тебя!

— Сашка! — услышал я громкий голос Бородюка. — Немедленно сюда! Мы тебе уже вертолёт вызвали. Вот паршивец, я тебе сейчас головомойку-то устрою.

Александр Генрихович подхватил меня под правую руку и что-то выговаривая, потащил к бровке. Там меня перехватили недовольные врачи и мы побежали на выход. Сегодня уж как-нибудь без меня празднуйте. Мне срочно надо в больничку.

Позади нас бесновался стадион. Люди до сих пор не могли осознать, что мы вышли в полуфинал. Выкуси Паула, мы сделали Италию! Никто в нас не верил, а мы выиграли. «Бундестим», жди нас!

Следующая глава 28 сентября.

Глава 14

Германия. Гамбург, Бад-Бертрих, Дортмунд. 1–4 июля 2006 года.

— Deja Vu! — первое, что произнёс я, когда мою каталку завезли в палату.

Стены в пастельных тонах, фотографии городских пейзажей в чёрно-белых тонах, капельница, телевизор, белый потолок, четыре кровати, огороженные занавесками.

— Согласен, дежавю, — открыл дверь Гришанов. — Но, пока мы здесь вдвоём, давай, Саша, расставим все точки над «И». За что ты меня так не любишь?

Я не понимающе посмотрел на него, а мужчина устало опустился в кресло, растёр лицо ладонями и помассировал пальцами височную область.

— Если ты покалечишься на поле — виноватым окажусь я. С тебя взятки гладки, а нам ещё анафилактический шок не простили. Видите ли, мы не полностью собрали анамнез. А если бы у тебя сегодня не восстановился нерв, то головы бы полетели только так. Обещай мне, что ты при малейшей проблеме, сразу не мешкая, бежишь ко мне. Пожалуйста, не доводи до такого. Ты же взрослый парень. Это же и в твоих интересах сохранить здоровье, понимаешь? Я…

— СашенькародненькийГосподиживой, — влетела в палату моя жена и тут же бросилась ко мне. — Тебя увели, никто ничего не понимает, я вообще грешила на анафилактический шок. Чуть с ума не сошла. Болельщики эти везде кричат и празднуют, никак не пройти. Пока спустились с Владимиром Геннадьевичем вниз, пока нам про тебя рассказали. Вадим с нами тоже поехал, он с переводчиком там что-то уточняет. Господи, что у тебя с рукой? Почему она забинтована?

— Всё хорошо, Леночка, видишь, нашли твоего жениха живым и здоровым, — зашёл следом Александров и подал руку Андрею Викентьевичу. — Как вы тут, герои?

— Присаживайтесь на диван. В ногах правды нет. Рука у нашего героя уже в порядке. Там обширная гематома была, вот и сдавило нервы с сосудами. Прооперировали, почистили. Нужно было, Саша, тебя сразу с поля уводить. Я когда тебя смотрел, у тебя же силы в левой кисти практически не было. Но, что сделано, то сделано. Опять объяснительные придётся писать! Значит так, вы здесь ночь проведёте или со мной в гостиницу вернётесь? Вадима я тут так и так оставляю, Саше ещё МРТ утром делать будут.

— Конечно, тут, — подхватилась Лена. — Я и в коридоре могу посидеть.

— Зачем в коридоре? — недоумённо поднял брови Гришанов. — Вся эта палата оплачена, поэтому располагайтесь на свободных кроватях. Туалет с душем вон там. Ужин я тебе, Саша, отправлю из гостиницы, завтрак тоже сюда привезут. А вам всем я ужин и завтрак здесь закажу. Вы только мне список напишите, что из ваших вещей захватить.

Пока везли мой ужин с нашими вещами, мне рассказали последние новости со стадиона. Оказывается наши болельщики, не разобравшись куда я пропал, чуть не наделали с тиффози равиолей. Но последние были настолько раздавлены поражением, что на подначки не реагировали от слова совсем. Сёмину пришлось выходить на поле и объяснять ситуацию с моим исчезновением.

Русских каналов телевизор не ловил, но нам происходящее на экране было понятно без слов. Легионеры и гладиаторы не стесняясь плакали на улицах, а один тиффози на эмоциях даже топтал итальянский флаг. Никто не понимал, как «русские зайцы» смогли обойти саму Италию.

Я сделал запись для болельщиков, да позвонил маме. Ещё раз поздравил её с днём рождения, объяснил ситуацию с больницей.

— Мама ты не волнуйся, у меня уже всё в порядке. Даже пальцами уже шевелю, видишь, — я подвёл ладонь к веб-камере. — Перелома там точно нет, они же сразу меня на рентген отправили, так как МРТ очень долго делать. А потом сразу в операционную.

— Светлана Геннадьевна, там был очень сильный ушиб, сильная припухлость. Всё это и сдавило нерв. Там всё почистили, поэтому и двигательная функция с чувствительностью сразу восстановились. Не волнуйтесь, — вставил свои пять копеек наш врач Вадим.

— А вы как там? — перевёл я стрелки.

— Ну как? Вон полицейская машина снаружи стоит, так как тут весь день группа поддержки скандировала твоё имя. Сначала загорали и купались, а потом решили под окнами поорать. Вот полицейские и приехали.

— Мам, может на Мальорку уедешь пока? Я вам дом сниму, пока наш достроят.

— Саша, не надо, как-нибудь переживу. Мне Оля помогла доставку с магазина оформить, поэтому всё привозят к подъезду. Я только спускаюсь, да пакеты забираю. Диму в школу и со школы сопровождает охрана. В университет я тоже только на такси езжу. Оля у нас такая что, сам знаешь, любому отпор даст. Вон, вчера два пакета ранних абрикосов приволокла с рынка. Одно плохо из-за этого шума дети плохо спят. Я на ночь форточки открывала, чтобы бриз с моря дул, Оля так вообще к тебе на крышу ходила спать. А теперь из-за этих фанатов даже окна не откроешь, только кондиционерами от этой жары и спасаемся. Поэтому переживём этот футбол. А уже в августе полетим на Мальорку. Я уже и с университетом в Пальме связалась, они меня туда без проблем возьмут. Ой, забыла сказать, Оля тебе фотографии завтра перешлёт. К ней же в роддом приходил фотограф, так красиво Амадика наснимал — и крылышки ему одевал, и в листья капусты клал. Это твой клуб такой хороший подарок сделал.

— Обязательно посмотрю, спасибо большое.

— Так, Саша, у тебя уже поздно, поэтому иди спи. Тебе нужно сил набираться.

Утром мне сделали МРТ. Госпиталь вроде небольшой, а оснащение отличное. Два аппарата компьютерной томографии, два — МРТ. Даже был какой-то ПЕТ-КТ скан. Если не ошибаюсь, он расшифровывается как позитронно-эмиссионная томография. Врач похвастался, что их только пять штук во всей Германии. Он позволяет находить онкологию на самых ранних этапах. Вот бы такой аппарат в Рязань!

Потом нам выдали эпикриз и мы поехали в гостиницу. Собрали вещи и отправились с командой в Бад-Бертрих. На саму базу мы прибыли только в половине шестого вечера. Зайдя в номер, я, первым делом, включил телевизор, где шла прямая трансляция встречи англичан и португальцев. Шла уже тридцать седьмая минута матча, но пока было по нулям. Первую минуту я спокойно наблюдал, а потом до меня дошло, что я не вижу на поле Уэйна Руни. Вот это да! А где мой будущий одноклубник? Почему его нет в стартовом составе? Что, вообще, у Англии происходит? Неужели, мой звонок как-то повлиял на решение главного тренера англичан? А может быть Уэйн получил травму на тренировке? Недолго думая, я открыл лаптоп и стал гуглить состав британцев в этой игре. Да нет, с Руни всё было нормально. Просто, по непонятной мне причине, он оказался в числе запасных.