Евгений Лебедев – Вингер. Мундиаль (страница 22)

В раздевалке взял пакет с заранее приготовленной футболкой и направился в судейскую. Но арбитра я встретил на полпути.

— А я уже думал, что ты передумал, — улыбаясь, сказал мужчина.

— Нет. Что вы. Просто пресс-конференция затянулась. Вот, — и я достал свою футболку и передал её арбитру.

— Спасибо, Алекс. Сын будет на седьмом небе от такого подарка, — сказал радостный сеньор Амарилья, передавая мне жёлтую майку. — Наверное, это первый случай, когда игрок и арбитр обмениваются майками.

— Наверное, — и мы дружно рассмеялись. Хороший он всё-таки человек. Вот почему всем арбитрам не быть такими?

Мы пожелали друг другу удачи и обменялись крепким рукопожатием. Я же вернулся к Лене с полковником и показал обмененную майку. Они расхохотались, а появившийся Дюша, как всегда, отчебучил.

— Саня, ты решил матчи обслуживать?

— Ага, мне финал доверили судить.

Потом я с медиками выехал в медицинский центр Дортмунда, где сделали МРТ моей правой ноги. К счастью трещин не нашли. Далее всё было уже буднично — автобус, отель, ночёвка, опять автобус, аэропорт, и снова автобус и наконец-то долгожданный «дом».

Во время завтрака, где я наслаждался кефиром и запеканкой из творога со сметаной, мы всей командой только на словах поздравили братьев Березуцких с двадцатичетырёхлетием, поэтому к торжественной части дня рождения перешли во время ужина. Наши повара испекли большой бисквитный торт в виде Кубка Мира ФИФА, приведя в восторг всех. Я же проводил торт печальным взглядом и взял в руки гитару.

— Нас у мамы только двое, но нетрудно спутать нас,

Родились мы с братом Васькой в один день и в один час.

Мама вскрикнула: «О, Боже! Как похожи — просто жуть!»

Папа вскрикнул: «Ну и что же? Разберёмся как-нибудь!»

Но не могут разобраться папа с мамой десять лет,

Потому что рожа братца — абсолютно мой портрет!

И с тех пор пошли невзгоды, но не по моей вине.

Василий объелся мёда, а касторку дали мне…

Песня понравилась всем, особенно братьям, поэтому пришлось её исполнять несколько раз «на бис». Причём при последнем исполнении уже дружно подпевало большинство присутствующих. Они почему-то решили, что эта моя песня, но я лишь отрицательно покачал головой.

— У нас дома была старая пластинка, осталась от хозяйки, вот на ней и звучала эта песня. Я только имя на Ваську заменил.

Все согласились, что во времена СССР писали хорошие песни. Андрей всё-таки раскрутил меня на композиции Тимати, Валерии и Камилы. Пел и на английском, и на русском, и на испанском. Что интересно, самыми любимыми песнями сборной оказались — «Синева» и «Вперёд, Россия!». Песню — «Мама, мы победили» я не исполнял. Наши боялись вспугнуть удачу и берегли её для финала.

А потом случилась маленький реванш Лены. Юля Барановская подсела ко мне и стала выпрашивать для себя песню. Я извинился, что пока ничего не пишу, а про себя сильно удивился. А моя жена мстительно затянула «Эйфорию» а капелла. Да так спела, что все ахнули. Дюха, конечно, знал, что у неё хороший голос. Но даже он был в восторге, что уж говорить об остальных.

Затем были посиделки под шашлычок. Для меня, чтобы я не чувствовал себя обделённым, запекли индейку на гриле. Перед сном мы посмотрели матч «Испания — Тунис». Испанцы ещё в самом начале встречи совершенно по-глупому пропустили гол, потом ещё долго не могли забить. Их прорвало лишь после семидесятой минуты, когда они заколотили тунисцам аж три гола. Счёт был 3:1 и все понимали, что сборная Испании в своей группе идёт первой. Вряд ли испанцы в последнем туре проиграют сборной Саудовской Аравии. Украинцы ещё днём разгромили арабов со счётом 4:0. И теперь кандидат на второе место выявится в матче против Туниса. Если ребята делали ставки, что хохлы займут второе место и они станут нашими соперниками по плей-офф, то я на сто процентов был уверен в этом. Благодаря памяти Морозова я знал события будущего и на этом Мундиале пока отличий не было, если не считать игр моей сборной. Но это не в счёт, ведь за неё играю я. Именно я способен менять реальность сборной. И я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы Россия стала чемпионом мира.

Глава 8

Германия. Бад-Бертрих, Берлин, Ганновер. 21–23 июня 2006 года.

Я проснулся с таким отменным настроением, что Николай Фоменко со своим знаменитым фразеологизмом: «Утро добрым не бывает», мог бы идти лесом. Мне было так хорошо, что губы сами по себе расплылись в улыбке! Закинув руки за голову, я смотрел на белоснежный потолок и вспоминал свой сон. Он был настолько живым, что кажется, закрой глаза и вновь окажешься в сказке. Просто чудеса!

Во сне я находился на месте купленного участка на Мальорке. Но вместо развалин, там стоял двухэтажный дом с огромным бассейном. Вода в нём была настолько прозрачной, что на дне и стенках были видны различные цветные узоры из керамической плитки. На заднем дворе проходил семейный пикник. Негромко играла музыка, на лужайке вокруг фонтанчика друг за другом бегали дети. Мама сидела в плетёном кресле под зонтом и присматривала за совсем маленькой ребятнёй, радостно визжащей в надувном «лягушатнике». Под навесом сеньор Хуан с возмужавшими сыновьями колдовал над мясом, аромат которого наполнял мой рот слюной.

Я разглядываю незнакомых мне пока людей, находящихся возле бассейна и что-то очень живо обсуждающих между собой. Вижу как Лена мило общается с Камилой, как Дюша, обнимая Олю со спины, рассказывает весёлую историю бородатому Тимати, который широко улыбается, сверкая белоснежными зубами и прижимает к себе какую-то красотку. Внезапно я поворачиваю голову и вижу как из дома выходит сеньора Эухения с тяжёлым блюдом в руках. Её обгоняет русоволосый мальчишка, по возрасту такой же как Димка, и с разбега запрыгивает мне на руки. Я подхватываю его, прижимаю к груди и каким-то чутьём понимаю, что это мой сын. Смотрю на его радостное детское лицо и вспоминаю себя в этом возрасте. Да он же моя копия, просто один в один! И в это мгновение я понимаю, что безумно счастлив.

Повернулся к своей спящей красавице, которая лежала на животе, мирно посапывая в подушку. Легонечко подул ей в ушко и пропустил пальцы сквозь золото её волос. Опять вспомнил свой сон. Нет, я не буду ждать осень, на которую мы запланировали «сделать» ребёнка. Хочу сейчас! Пощекотал любимой носик, легонько провёл пальцем по губам. Она открыла сонные глаза, улыбнулась, а я нежно поцеловал её в шею и прошептал:

— Не хочу больше ждать. Хочу сына.

Лена потянулась ко мне и нам стало настолько хорошо, что время словно остановилось. Господи, как же я люблю этот мир! Очухались мы почему-то уже на полу. Были уставшими, вялыми, но довольными. Я стянул с кровати покрывало и обнявшись, мы ещё долго приводили дыхание в порядок. Через несколько минут Лена хриплым голосом спросила:

— Что это было?

— Любовь, — нежно целую её помолвочное кольцо, а потом начинаю тихонько смеяться. — А если серьёзно, хочу, чтобы ты поскорее родила нашего мальчика.

— Я это уже поняла. А почему именно мальчика? — Лена освободилась от моих объятий и запрыгнула обратно на кровать, сверля меня сверху своими бирюзовыми глазами. По моему взгляду и довольной физиономии моя умница смекнула, что я чего-то явно не договариваю. — Признавайся быстрее, иначе защекочу.

Я прилёг к ней и стал со всеми подробностями пересказывать свой вещий сон, а потом мы с удовольствием ещё и помечтали о нашем будущем. Наконец я посмотрел на часы и мысленно присвистнул. Вот это дали стране угля! Через пятнадцать минут начинается завтрак, а мы всё ещё подушки давим. Подорвавшись с кровати, быстро приняли совместный душ, оделись и отправились в ресторан отеля.

Увидев Андрея, жадно уплетающего бутерброд с лососем, я первым делом подошёл к нему:

— Ну что, обжора, ты готов учить тексты песен и стать звездой «YouTube»?

— Саня, ну вот что ты за человек?! Дай сначала спокойно поесть, — и отпив за пару глотков почти половину стакана сока, продолжил. — А что их учить? Я песни Тимати и так наизусть знаю, — похвалился Дюша, вытирая салфеткой губы.

— Вот и хорошо. Тогда готовься к концерту, великий голос России. Сегодня вечером и начнём, — подразниля его и отправился к своему диетическому столу, где меня уже ждала мой личный повар. Лена, пожелав мне приятного аппетита, пошла к другому столу, где сидела супруга Павлюченко.

— Доброе утро, Ирина. Что у нас сегодня вкусного на завтрак?

— Привет, Саша. Всё как обычно. В ближайшие дни медицинский штаб ничего нового в твой рацион пока добавлять не будет.

— Голод не тётка, — сел я за стол и добавил. — Пирожка не подсунет.

Женщина поджала губы, потом, будто наконец-то решившись, присела за мой стол:

— Саша, мы с Денисом тут подумали и решили тебя спросить. Не хочешь ли ты вложиться в ресторанный бизнес в Москве?

Я ничего не ответил, лишь поднял на неё глаза и пододвинул к себе тарелку с овощным салатом. Ирина поняла это, как приглашение продолжить рассказ.

— Понимаешь, Саша, мы с мужем здесь временно, работаем по контракту. Согласились только из-за очень хорошего гонорара. А в Москве мы работаем в очень престижном ресторане и Денису скоро предложат должность шеф-повара. Он об этом давно уже мечтал… — Ирина положила свою ладонь на мою левую руку. — Ну и вот… Со мной сегодня связался «Первый канал», предложили проект из семи выпусков. Это будут передачи о блюдах, которые мы готовим для национальной сборной. Там можно хорошо заработать. Если это выгорит, мы думаем открыть свой ресторан. Но нам понадобятся инвесторы. Я слышала в новостях, что ты купил дом Александрову за полмиллиона долларов. Так вот, наш с Денисом ресторан будет стоить гораздо меньше. Хотя, ты можешь и больше вложиться, если захочешь, конечно.