Евгений Кузнецов – Жизнь, Живи! (страница 5)
Закрутил кулаками – будто гнул тугую проволоку.
–– Ты устранился!
–– Да как сказать…
–– Ты не боец!
–– Только сам с собой.
Кулаки у него, право…
–– Слыхал, что сказал вчера по телику эта блядь?
Мне стало скучно.
Раньше он не матерился… Да и теперь: не пьёт, не курит.
–– А наша партия для людей!
Молчать стало нетактично.
–– Боритесь, значит, за повышение благополучия? Но ведь это насилие. Очередное. Просто своеобразное. У нас, по опросам, больше половины мечтает похудеть. Что им в этом мешает?..
Я поперхнулся… (От насилия общения…)
–– Уберите-ка лучше по всей стране со всех площадей все памятники с думающим за всех лбом. Вот что насущно.
Мне сделалось, как всегда в горячности, размагниченно-пусто.
Он же – нетерпеливо опять своё, его:
–– Народ меня выбрал…
–– Я тебя выбрал!
Рявкнулось это "я".
Он дёрнул головой… но уже – сосредоточенно…
Красным стало его лицо.
Естественно. Памятливо. Ранимо.
И – беззащитно.
Он испугался.
Говорили, впрочем, наедине и за дверью закрытой.
В смысле: не в прямом эфире.
Не было словно в мире чего-то вовсе – и вот оно сделалось правилом.
Разве раньше никогда я не видывал парк
Живое суть живое, и покуда оно живое…
–– Как не знал я этого тыщу лет!
Самого понятного.
Покуда люди живые, у людей одна забота: лишь бы! А именно: лишь бы им – говорить, орать, петь… целоваться, обниматься, содрогаться… лишь бы – подарить, послать, посвятить… сбыть, столкнуть, сбросить… продать, прожить, пропить… лишь бы им – растратить, расточить, растранжирить.
Всё – отдать.
И все силы отдать – чтобы всё отдать.
И даже запастись отдаванием вширь и впредь: брызжут им ныне даже в космос.
Не посоветовавшись…
Да, кстати, кстати!
–– Со мной!
–– "Не новость".
Люди направляют в космос свои телескопы, аппараты и мысли – и как бы отвлекаются… от самих себя. Человек современный (как он сам себя величает) живёт в состоянии полёта разума в космос. Вместо жизни…
Да! Да!
–– Вместо жизни в состоянии полёта разума из космоса!
Пора бы живому… увидеть жизнь со стороны.
Со стороны, может быть… даже Сверх-Жизни.
Жизнь это жизнь, а жизнь это – отдавание.
–– Крик мой даже этот!
–– "Я здесь, здесь".
И – способны ли те, летящие, на эту цель, если они не живут с этой целью?..
Так и хочется догадливо выпалить:
–– Человечество в беде: оно летит в космос!
Но надо быть к нему, к человечеству, ещё строже.
Да вот бы я – космонавт, астронавт! И – в полёте! И – отдалился. То есть… Невыразимо. Солнце само мне – точка еле видимая. И вокруг… Да нет там никакого "вокруг"!.. И нету там этого самого "там"!.. Но пусть – отдалился… И жду слов… как всегда… откуда-то… Но – тёмная глубина…
–– Нет! Это невыносимо!..
Невозможно. Противно. Попросту…
–– Неразумно.
Ой… Ну да всё-таки вот бы я… пусть! пусть!.. космонавт. Какой-то скафандр, что ли, какие-то приборы… Для каких-то целей… Та-ак… А вот бы!.. А вот бы в таком-то отдалении я… и не стал бы делать никаких экспериментов! Во как!.. Потому что – в таковой-то невесомости… и весомости разума – оказалось бы – да, оказалось! – что главный, главнейший эксперимент уже, уже совершён и завершён!
Ибо я отдалился… в определённое своё, моё, состояние.
Ибо я там и тогда бы воскликнул:
–– Зачем?!..
Наверняка бы так.
Самый ведь живой вопрос для самого живого живого – для мысли – это вопрос: "Зачем?".
Узнать чтоб это, разве и стоило бы отдаляться.
Смотрел бы я. В иллюминатор-то. Возле точки той, которая по терминологии Солнце… неужто есть ещё… какая-то Земля?!.. Где есть цветы и птицы, трава и волны, ветер и дождь, музыка и любовь.
Так вот.
Если есть.