Евгений Кузнецов – Секс-кукла Маша (страница 13)
«Спасение нации: как устроить выборы. Избиратель, любимого своего учителя или преподавателя иди и попроси: доверяю только тебе – баллотируйся!»
А все – принимают эту экстравагантность за моё личное мнение!
И пишут: «Идиот!»
Очаровательно…
«Спасение цивилизации: борьба с наркотиками. Наркоман! Первому, кто дал тебе впервые любую дозу, иди и скажи: ты меня подсадил, ты меня и лечи, а не то…»
И кто-то ведь, хоть и робко, пытается реагировать: «Графоман!»
Ну-ну…
37
Я пишу – по ощущениям моим… по этапам писания… по этапам ощущений… по ощущениям этапов…
Вот – как тот космонавт рассказывал о себе:
– Сложный был путь, чтоб только попасть в отряд. Долгие были обучения и тренировки.
– Всё готово к полёту. И вдруг вопрос. А зачем всё это?..
– Иду, уже в скафандре, к ракете… Она самая красивая!..
– Подымаюсь наконец в кабину… Страшно. Только дуракам не страшно.
– Пуск… Плавно тебя стало поднимать, подымать…
– Потом… Что-то на меня давит! давит!
– И вот… потерял своё тело… руки и ноги отдельно, голова отдельно…
– Самое неприятное это переход от веса в невесомость.
– Теперь надо заново учиться есть, учиться глотать.
– Стыковка. Ожидание… Волнение…
–– Выравнивание давления. Переходный отсек.
– И вот я на станции! Вот я там, где все меня ждут!
Это – так, так: это всё – мои герои, сюжеты, интонации, алфавиты, мотивы… и многое, многое другое…
Притом всё это – рождается… меняется… перемешивается…
Притом – явно независимо от меня самого.
…Одного нет у космонавтов: когда у меня в тексте, в душе-аппарате-спутнике, что-то исчезает – внезапно и бесследно – я этого не замечаю… не замечаю даже замечать.
38
Слух некий…
Странный…
Среди моего полёта.
Странный!..
Чего же в нём странного?..
Посреди моего полёта.
Да то…
Рядовое, казалось бы, событие для города…
В общем-то, может, и так…
Но
Он – мне денег мне давал мне.
И умер.
39
…Во мне – двое.
Во мне – целых двое!
Всегда, с детства, это находил.
И наблюдал.
Реально, отчётливо.
Их, обоих.
Таких разных.
Один я – озабоченность… безысходность… боязнь обстоятельств… прямой, за самого себя, страх…
Второй я – покой, свобода… уверенность, сила… и устремлённость к чему-то явному и возвышенному, к Возвышенному! и притом – к Явному!
Может быть, один я – это и есть то, что называют «душа».
А второй я, может быть, это – и есть тот «дух».
Они, эти оба я, встречаются зачастую.
Иногда, самым ранним утром, ещё даже ночью, – они, оба эти я, словно бы впиваются друг в друга глазами… кто кого переглядит…
…Лучше бы этих минут не было!
40
…Боже мой!
Что же происходит?!..
В мире.
Что же случилось?!
Во всём в целом мире.
Пробудись! Пробудись!
Как же это я – с женщиной…
Я с женщиной так – что ближе уже нельзя.
И – ни разу до этого… до этого события… не сказав ей, не признавшись ей, что люблю ее…
До первой нашей ночи-постели.