Евгений Кудрин – Хозяйка огня (страница 10)

- Что у вас там? – вмешался Борис.

- Настрой сонар уже, ради всего святого, - ругался Сергей. - Одного вырубил. Наглые уроды, хотели подойти вплотную, думали, я их не замечу. Двое стрелков по-прежнему мешают подойти к пульту. Пытаются его поджарить зарядами, но он хорошо защищён.

- Ясно, держитесь. Пару минут, не больше.

Укрывшись от обстрела за обломком скалы, Джелина набралась мужества и выглянула посмотреть. Она и не думала стрелять, но когда поняла, что Сергея обходят со стороны, открыла огонь по неприятелю, заставив его вернуться на прежнюю позицию. Сергей не ждал помощи от Джелины, но обрадовался ей и продолжил стрелять по укрытию врага, выигрывая время, для активации подъёмника. В шлемофоне раздался ободряющий голос капитана:

- Давайте назад ребята. Процесс разблокировки завершён. Володя пальнёт по ним из «Гадюки».

Раздался плазменный взрыв, обломками частично завалило западный вентиляционный тоннель. Ответный огонь противника тут же прекратился. Стенка прохода обрушилась, но свод остался нетронутым. Десант выбрался из-под мелких обломков, накрывших его, и быстро вернулся на борт.

- Спасибо, что прикрыла меня, - пряча винтовку в специальный отсек на выходе, поблагодарил Джелину Сергей. - Я не думал, что выстрелишь с твоим-то отношением к оружию. Ошибался, значит. Прости.

- Нет, не ошибался, - улыбалась она, чтобы тут же помрачнеть. - Но что-то изменилось за последнее время. Будто какая-то часть меня вернулась, очень важная часть.

- Внимание, начинаем спуск! – их прервал голос Бориса, раздавшийся из универсального устройства связи на стене. – Сергей, давай в инженерную, чувствую, будет жарко. Нужна вся мощность, которую сможешь подать на щиты.

- Уже иду, капитан!

- Джелина поднимись на мостик, мне не помешает пара лишних глаз.

Через две минуты пара лишних глаз уже сидела в кресле второго пилота. Её наблюдения за экипажем не прошли даром. Она легко всё запоминала, узнала много о танке и уже могла им даже управлять. Борис не думал, что обучение Джелины пригодится вообще, но оказался ей крайне рад. Вести такой танк с неполным личным составом в крайне сложно боевой обстановке было бы невозможно, но со вторым пилотом Борис уже мог на что-то надеяться. Во всяком случае, он был не в праве оставить город, даже если бы знал, что тот уже захвачен. Долг заставил его спуститься в крайне невыгодное для «Гремучего» узкое пространство и навязать врагу бой с тылу.

Из-за отсутствия связи китайские силы, уже захватившие бо́льшую часть города, были не готовы к появлению шагающего танка. «Гремучий» всегда играл ключевую роль в обороне Владивостока. Узнав о появлении танка, гарнизон перешёл в наступление. Основные силы противника оказались зажатыми в центральных гротах города. Чтобы избежать окружения, Китайцы отменили радиомолчание и скоординировали действия войск. Под натиском русских отряды противника отступили к западным тоннелям.

Протяжный рёв «Гадюки» заглушал даже мощные взрывы. Володя поливал врага залпами раскалённой плазмы. В него стреляли, бросали гранаты, пытаясь пробить кинетический барьер, но только зря тратили боеприпасы. «Гремучий» быстро продвигался к центральному залу, где враги соорудили временный командный штаб. С восстановлением связи приходили сводки о позициях врага и продвижении сил городского гарнизона. Но одно из сообщений застало каждого из командиров врасплох:

- Внимание, командованию гарнизона. Говорит Старица. Ядерный зал атакован, охрана перебита. Мы укрылись в защищённой лаборатории. Сумасшедшие они перегружают ядро. Повторяю. Враг перегружает ядро.

- Тимофей Викторович. Как же так?! – Борис ударил кулаком по панели, чем обрушил ненадолго её голографический интерфейс.

- Выродки, пытаются взорвать нас!

- Зачем это им?! – сообщение и ярость капитана обеспокоили Джелину. Взгляд её просил объяснения.

- Город им уже не захватить - это понятно. Но кто же мог подумать, что они бросят все силы на атаку реактора. Конечно, теперь всё ясно.

- Что ясно?

- Ядро взорвётся, и они решат так все проблемы, - Борис рассуждал хладнокровно и пугающе. - Уничтожат вражеское население. Ведь даже при оккупации нас надо было бы кормить, тратить ресурсы. А так они заново освоят урановые месторождения, ценой всего лишь уже побеждённой армии.

- Но, как они могут так поступать?! – отказывалась верить Джелина.

- О, господи! Да не смотри на меня так. Мир изменился, хорошая ты моя, выжить с каждым столетием всё сложнее. Сосредоточься лучше на управлении. Мы должны прорваться.

- Не верю ушам своим, - на связь вышел Владимир. – Что делаем командир?!

- Поступил новый приказ. Захватить центр и отвоевать площадь перед ядерным залом. На всё дают полчаса.

- Управимся раньше. Конец связи.

Перехватив приказы Пхеньяна, русское командование предприняло экстренные меры и ускорило наступление. Защитники не жалели жизни. Они понимали, что на кону, рисковали и умирали за каждый отвоёванный переход. Вся техника была разбита ещё в первые сутки сражения, поэтому только люди стояли друг у друга на пути. Короткие перестрелки, пока не кончатся боеприпасы, а за ними неотвратимые рукопашные бои, вспыхивали в разных залах и тоннелях города.

На подходе к урановому залу на общий канал вышел, Старица. К этому времени он с группой бойцов прорвался к реактору. Солдаты зачистили лаборатории, но уже было слишком поздно:

- Странно, по общему каналу, - заметил Борис.

- Внимание, жители Владивостока. Реактор перегружен. Процесс не остановить. До взрыва осталось сорок одна минута минут двадцать две секунды. Повторяю. К ядру не подступиться, процесс не остановить. Взрыв через сорок одну минуту.

Объявили общую эвакуацию. Каждый, кто имел передатчик, получил приказ немедленно покинуть город. Борис не хотел верить в то, что Владивосток потерян. Он вызвал Старица и спросил:

- Тимофей Викторович, неужели ничего больше нельзя сделать?

- Нет, ничего. Соединение ядра не остановить. В ядерный зал мне не пробиться. Температура слишком высокая. Энергетическая оболочка не выдержит. Простите.

- Я смогу отключить ядро, - тихо сказала Джелина, озвучив собственные мысли. – У меня получится.

Борис мрачно посмотрел на неё, и она тут же добавила.

- Нет, ты не понимаешь. Я уверена. Точно знаю, только доставь меня туда.

В её слова капитан с трудом верил, но в глазах прочёл непоколебимую решимость. И тогда, отклонив приказ эвакуации, он направил танк, в тоннель, ведущий к ядерному залу.

Агрессор разрозненно отступал, защитники города уже не преследовали врага, но кое-где ещё раздавались единичные плазменные разряды. Владимир пару раз выстрелил из гадюки, чтобы расчистить баррикады, это сэкономило время. Хорошо, что в тоннеле на этот момент не попались люди.

Наконец, танк опустился на корпус у входа в ядерный зал. Борис оставил Владимира за себя на борту. В полной экипировке команда покинула «Гремучий», осторожно перебегая к лабораториям. По пути они заметили следы недавнего ожесточённого сражения, а у входа в здание реактора, убитых солдат как своих, так и чужих, упавших в нишу или отброшенных к стенке. У заблокированной двери Борис нажал кнопку вызова:

- Тимофей Викторович, приём. Пустите нас.

- Проходите. Я в своём кабинете, на втором этаже по лестнице справа.

Двери в брызгах запёкшейся плазмы разъехались в стороны. Впереди взрывом поваленные баррикады из бочек. Справа и слева через прозрачные стены разгромленные лаборатории с телами учёных внутри. На лестнице ещё трое убитых китайцев в чёрных доспеха, сложенных друг на друга в углу, чтобы не мешали проходить. Группы, что зачистила здание реактора, уже не было здесь. Все покинули объект, как только объявили эвакуацию.

- Зоя, Сергей, прикройте вход на случай непредвиденных гостей, - скомандовал Борис. – А мы подымимся к профессору.

- Поспешите, - укрывшись за баррикадой, ответил Сергей.

Борис и Джелина застали учёного в любимом кресле, откинувшегося на спинку, как ни в чём не бывало. Инженер уже не надеялся выбраться живым, и наблюдал через двойной защитный экран, как ослабевает сдерживающее ядерную реакцию электромагнитное поле, искривляя пространство в радиусе собственного действия. В комнате оказалось непривычно жарко, поэтому на лице Тимофея, выступила испарина, а его белый халат потемнел от пота за спиной и на груди.

- Как остановить реакцию? – ворвавшись, выпалил Борис, вдохнув непривычный горячий воздух.

- Очень просто, - ответил инженер, посчитав людей за галлюцинации, от нарастающего жара. – Под ядром в гранитной плите спрятан запирающий механизм. Он отменит все китайские надстройки, пришедшие с нейронного процессора, и позволит мне запустить охлаждающую реакцию. Ядро остынет и тогда я смогу его отключить, чтобы всё исправить. Только вот оказавшись в том зале ты поджаришься, пока будешь пробираться к механизму.

- Он да, а я нет. Скажите, что нужно сделать? – вмешалась Джелина.

- Ну, там есть переключатель, щёлкни его, и ты принудительно запустишь реакцию охлаждения, - равнодушно ответил Тимофей, смирившись со скорой смертью.

Джелины выбежала из кабинета профессора и, преодолев пару лестниц, спустилась к запертому бетонными плитами проходу. Тут же сняла броню, куртку и пистолет, и кинула их в угол. Тимофей не заставил долго ждать. Бетонная стена разделилась пополам, разъехавшись в разные стороны. Джелина зашла в пространство между первой и второй защитными преградами. Жар от последней стены чувствовался уже здесь. Через минуту бетонные плиты сзади опять съехались, заключив девушку в небольшом буферном и совершенно слепом пространстве. Темноту развеяло сияние от сдерживающего поля, просочившееся через расширяющуюся щель последней бетонной защиты.