Евгений Кривенко – Окликни меня среди теней (страница 43)

— Пока, куда и тебе.

— «Пока» звучит не очень обнадеживающе.

— Если твоя дорога и дальше будет устлана трупами, вместе мы далеко не уйдем.

— Приму к сведению. Похоже, у нас милая супружеская перебранка, у меня таких пока не бывало. Вообще-то, желательно вернуться в Асгард. Но не на ховере же, а в поезд или самолет с оружием не пустят. И потом, за нами уже наверняка охотятся. Конечно, у Мадоса пока нет таких полицейских сил, как у диктаторов прошлого, но легион скорее всего поднят на ноги. Кстати, если встретим Сувора, одолжи мне свою винтовку, милый. Еще с одним трупом тебе придется смириться.

Метельский прикинул: — Если в Асгард, то покупаем новый глайдер… Ховер, в салон, где продают глайдеры, желательно на северной окраине города.

Как ни странно, обошлось без проблем. Оформил покупку на Леонида Майского, перегрузил оружие (Хельга прикрывала багажники своим телом), а потом взлетели, взяв курс на Асгард. Заняло шесть часов, опять с остановкой в Дании для смены аккумуляторов. По пути развлекались, глядя новости. Комментаторы клеймили подлых террористов, нарушивших покой жителей Альфавилля и поднявших руку на воплощение Бога живого — Мадоса. Конечно, он не пострадал и выступил с проникновенным обращением к гражданам. Хельга зевнула:

— Так его, подлеца, не возьмешь. Посмотрим, что еще придумает Гунтер. А вообще, всё начинает надоедать.

В Асгарде были уже сумерки, остановились в тех же апартаментах. Хельга съездила за своим воронам и пообщаться, а когда явилась, хмуро сообщила:

— Вернулась едва половина. Рогволд покрошил дюжину охранников и без счета мебели, но всё без толку. Завтра военный совет.

Села у окна со своим вороном, и даже в постель не спешила, зато потом взяла свое — неистово и самозабвенно.

— Хотела улететь из этого мерзкого мира, — сказала она, отдышавшись. — Как тогда, над Балтийским морем. И улетела, ты молодец, только пришлось вернуться.

Утром ушла, и долго не было. Когда появилась, встала у окна, глядя как снег засыпает Асгард.

— Ну, вот и всё, — сказала она. — Нет смысла сюда возвращаться. Девичьи мечты сбылись, но радости от этого мало. Здесь всерьез занялись военными играми.

— А о чем ты сейчас мечтаешь? — спросил Метельский.

— Скорее мечтала, в день, когда мы познакомились. После… купания. Сидела и думала: вот зарежу Аэми, начнем жить вдвоем, возможно у нас будут дети. Станем гулять по окрестностям твоей усадьбы, а зимы проводить в Москве, как ты привык. В общем, поживем спокойно.

— Ну, не расстраивайся. Может быть, так и будет.

— Слабо в это верится, милый. Но спасибо, ты оставляешь мне надежду.

— Куда нас отправляют теперь?

— Деталей не знаю, как видно мне не доверяют. Берем двоих и летим в Россию. Гунтер высокого мнения о твоем умении управлять глайдером. Указания будут по ходу.

— Снова напяливать эту дурацкую форму?

— Нет, мы будем в гражданском. Не забудь теплую куртку. И я беру с собой ворона, не хочу возвращаться. Ты еще думаешь подобраться к Мадосу через Гунтера?

— Уже нет. Это он нас использует, а не мы его.

— И я того же мнения. У тебя еще остались деньги, милый?

— Скорее, в заначке у Кводриона. Но он высветил сумму, пока немало. Хватит, чтобы спокойно пожить в сторонке.

— Увы, ветер времени против нас, Лон…

Отправились вечером. Двое, как будто шведы, уложили в багажник какие-то штуки, завернутые в мешковину и уселись сзади. «Stg.45» Метельский пристроил у них в ногах. Полетели в сторону наступающей ночи, на автопилоте. Хельга откинула голову на спинку и дремала, ворон нахохлился у нее на коленях и как будто тоже спал. Метельский то задремывал, то пялился на бледный серп луны — казалось, летели прямо на нее. Шведы похрапывали сзади, эти обошлись без пива.

Остановились для подзарядки в Таллине. Хельга очнулась и сонно сказала:

— Дальше в Брянск, а оттуда на Краснодар.

Потом опять задремала. Похоже, летели на Кавказ.

В Краснодаре Хельга проснулась окончательно. Пока меняли аккумуляторы, все сходили в туалет, а после Хельга сказала:

— Летим в Теберду. Мы якобы туристы, хотим полюбоваться зимними горами.

Действительно, горы впереди уже белели от снега. Эти были пологими, но за ними над полосой тумана выступали остроконечные пики. Будто перенеслись на Алтай, к Катунскому хребту.

Впереди в широкой долине раскинулся поселок. «Необходимо сесть, Лон, — сказала „Сивилла“. — Отметиться в усадьбе заповедника и пройти инструктаж».

Дело привычное. Приземлился где указал местный ИИ, возле нескольких симпатичных зданий, и попросил провести инструктаж. Слушал и смотрел внимательно, потом предстояло пройти тест.

— Схожу поищу кафе, — сказала Хельга. — У них должны быть готовые обеды для туристов.

Когда открыла дверцу, в кабину хлынул свежий воздух с ароматом сосновой хвои. В конце инструктажа Метельский ответил на несложные вопросы, и тут появилась Хельга с пакетами. Перекусили в глайдере, хотя на улице для посетителей были поставлены столики — завтракай и любуйся видом снежных гор. Хельга скармливала кусочки бутерброда ворону. Пока ели, за деревьями несколько раз с шумом проходили поезда — по долине шла магистраль через Кавказский хребет на Ближний Восток и в Африку.

— Как раз до Иерусалима можно доехать, — заметила Хельга, прихлебывая кофе. — Похоже, мы завершаем круг.

Шведы помалкивали.

После завтрака Хельга сказала: — Нам к туннелю под Клухорским перевалом, Лон. Не спеши, мы любуемся пейзажем.

Но когда взлетели, расслабленной не казалась и глядела не вправо, на вереницу заснеженных пиков и ледопады, а влево, на склон долины. Та разветвилась.

— Налево, — приказала Хельга.

Эта долина была уже, внизу поблескивали рельсы, а рядом тянулась неширокая дорога. Если бы не рельсы, опять походило бы на Алтай.

— Ближе к левому склону, — указала Хельга.

Шведы тоже вытягивали головы влево. Впереди показалась снежная седловина перевала, задолго до него железнодорожные пути ныряли в сдвоенную арку туннеля. Метельский запросил у «Сивиллы» информацию.

«Длинна туннеля четырнадцать километров. С южной стороны главного Кавказского хребта трасса проходит по долине Ингури, а затем к Сухуми».

И что они здесь будут делать?

— Еще ближе к левому склону, — сказала Хельга. — Медленнее.

Они уже над границей леса, выше склон покрыт снегом, а еще выше вздымаются мрачные зубцы скал.

— Пожалуй, здесь, — Хельга показала на ложбину слева. — Отсюда подходящая дистанция, судя по карте. Лон, сможешь посадить глайдер так, чтобы был виден туннель.

— Попробую, — сказал Метельский. Тоже дело привычное, не раз сажал глайдер на Алтае во время охоты.

Со второго захода посадил глайдер (вокруг мимолетно закружилась вьюга), и все вышли. Пахнет свежим снегом, привольно. Но Хельга озабочена, а шведы торопливо вытаскивают свой груз из багажника, разматывают мешковину…

Да это же две ракеты, по полтора метра длиной! Шведы сначала закрепляют в земле направляющие, забивая кувалдой, а потом устанавливают на них ракеты. Работают молча, и так же молча, с досадой, на них глядит Хельга. Она предупреждает вопрос Метельского:

— Лон, помалкивай. Я получила абсолютно секретный приказ Гунтера.

Шведы, видимо, закончили и отходят в сторону, зачем-то напяливая темные очки. Один из них подает еще пару Хельге. Та глядит, будто собирается что-то спросить, но молча надевает и подает Метельскому другие. Он пожимает плечами: зачем это, снега немного и снежная слепота им не грозит?

Шведы поворачиваются в сторону туннеля, и Хельга тоже. Вдруг ударяет гром. Из-под ракет вырывается пламя, они взвиваются в воздух и уже на высоте поворачивают в сторону туннеля. За ними остаются дымные следы, и хорошо видна траектория. Хотя до входа в туннель слишком далеко, чтобы видеть отчетливо, но каждая как будто влетает в свое отверстие. Еще пару секунд ничего не происходит…

Будто молния рассекает склон горы и, несмотря на темные очки, Метельский поспешно зажмуривается. Потом осторожно приоткрывает глаза. Слепящего света уже нет, но серая туча клубится там, где были арки туннеля. Еще через несколько секунд земля качается под ногами, и доносится угрожающий гул.

Взрыв! И похоже, ядерный, судя по яркости вспышки. Метельский подавляет желание броситься на землю: Хельга стоит невозмутимо, и только снимает очки.

— Все в машину! — кричит она.

Метельский бросается к глайдеру, ноги подгибаются — то ли от испуга, то ли еще трясется земля. Следом в глайдер вваливаются оба шведа и Хельга. Ворон хрипло каркает, когда сгребает его в охапку.

— Вверх и через хребет налево! — Грохот тише, но она все равно кричит.

Глайдер рвется вверх, мимо скользит склон с ложбинами, забитыми снегом. Вот и скалистый гребень. Сивилла выводит показания приборов в поле зрения: высота чуть больше трех тысяч метров, не так много. Внизу открывается горный цирк, и Метельский начинает снижаться к нему.

— Да, сядь где-то там, — сипло говорит Хельга.

Метельский опустился на щебень, дно цирка было почти ровным. Вышел и глянул вверх, над зубцами гребня поднимался черный дым. Вышла и Хельга.

— Только сейчас получила информацию, — сказала она, выглядя довольно бледно. — Я думала, ракеты будут с обычной взрывчаткой, а оказалось, это два небольших заряда антивещества. И как его умудрился раздобыть Гунтер? Ну что же, задание мы выполнили.