Евгений Кострица – Сансара (страница 6)
Как оказалось, с этим выводом он поспешил. Лодыжка подвернулась на первом шагу.
Высокий каблук! Как не упасть? Так торопился, что на себя не смотрел. А всё потому, что видит из глаз! Всё изменилось, изометрии нет!
Что за вульгарщина? На нем полумаска, перчатки, трусы, сапоги! А рванинка-то где? Когда их успел на себя натянуть?
– О-о-о… Прелесть какая! – прокомментировала выбор сестра. – Пикантно и мило! Девочковое тебе, братик, идет.
– Ты?! – пискнул Моня. От стыда и негодования голос сорвался и дал петуха.
– Да. Всегда.
Заметив на стуле рванину, схватил. Стал яростно срывать себя стремный наряд, но потерял равновесие и неловко упал. Подняться, к своему удивлению, почему-то не смог. Координации нет. С ним что-то не так.
После короткой возни на полу Моня понял в чем дело. Он контролировал лишь половину себя. Другая боролась против него! Левая рука мешала правой снять сапоги, ноги сплелись, лицо перекосило несимметричной гримасой, словно ударил инсульт.
Вывод один – в нем кто-то живет! Похоже, та самая Сири. Что-то пришлось не по нраву, и она бросила вызов. Видимо, разные вкусы. У нее свой особый дресс-код. Непись хочет изгнать из себя игрока! Пытается перехватить над телом контроль!
Значит, надо показать, кто в доме хозяин! Эти крутые сиськи его!
Моня яростно боролся за власть, но получалось не очень. Маску в равной борьбе удалось-таки сбросить, но левая рука схватилась за плеть и угрожающе развернула вниз рукоять. С учетом вектора приложенных сил, стало понятно, куда она целит. Будет беда!
К счастью, тело оказалась правшой, и удалось вырвать у левой руки потенциально опасный предмет. Но Сири не собиралась сдаваться и атаковала уже изнутри.
В голове закружилось, хватка слабела. Осмелев, оппозиция брала приступом орган за органом. Если так пойдет дальше, трон достанется ей.
На границе потери сознания Моня собрался, сумев коротко хлестнуть плетью по восставшей ноге. Этот удар привел его в чувство. Мышцы расслабились, тело устало улеглось на полу.
После изнуряющей и равной борьбы шизофреническая битва закончилась капитуляцией Сири. Но победитель может проиграть в следующий раз. Он выиграл бой, но не войну. Бунт подавлен, но возможен реванш.
Ох, интерфейс! Ничего же себе! Начало положено, репа пошла! В его фаны записалась какая-то Тьма.
С омерзением сбросив стрёмный костюмчик, Моня облачился в рванину, вернув себе бесформенно-нищенский вид. Подумав, решил, что выкидывать жалко. С плетью это, скорее всего, сет. Разбрасываться такими вещами нельзя. Возможно, получится кому-то продать.
Но как открыть инвентарь? Дали бы сумку, не в руках же нести?!
Как только об этом подумал, во внутреннем взоре появилось окно. Там ящик на сорок предметов с ограничением на размеры и вес.
Закинув туда всё, что есть, Моня на всякий случай еще раз проверил шкаф и сундук. Убедившись, что заперты, снял с потолка пучки какой-то травы. Демоны в ней наверняка знают толк. Не зря же Мара ее насушил.
Обобрав логово, Моня решительно взялся за ручку двери. Зловеще скрипнув, она легко поддалась. Путь к подвигам и славе свободен. Он «Та-Которую-Ждут»!
За порогом в глаза ударило светом, и Моня рефлекторно прикрыл их рукой. А открыв, увидел анфиладу из облицованных мрамором комнат, уходящих к высокой арке портала в конце. Между двумя рядами колонн парил неглубокий канал с комфортно горячей водой.
Наверное, примерно так выглядели общественные бани в античность. «Сансара» словно предлагала отмыть тело от грехов из реала перед тем, как войти в ее мир.
Подумав, Моня на всякий случай разделся, чтоб не намочить рванинку. Она хотя бы прилична, нищета не порок. Лучше уж шагнуть в новый мир совсем голой, чем появиться во фривольном тряпье. Его не одобрят ни власти, ни церковь, а они наверняка в городе есть. Персонажу с низкой социальной ответственностью хорошие квесты вряд ли дадут. Было бы глупо запороть свой аккаунт, опустив репутацию, толком не начав играть.
И потому Моня был настроен серьезно, желая войти в местный социум так, чтобы ему тут могли доверять. Мораль, смирение, храбрость – вот чем поднимется на вершины иерархии! Для этого даже не нужно души.
Впрочем, о таком лучше молчать. Он уже лажанул с книжкой спелла. Заключил вроде бы отличную сделку, но демон, наверное, думает так же. Что, если получил не бонус, а штраф? Вдобавок еще и дурацкая плеть…
С другой стороны, всё не так уж и плохо. Ошибки делают все, но наверху всегда тот, у кого их меньше, чем у других. Возможно, его ситуация и впрямь уникальна. Есть жабры, проклятие с неизвестным эффектом и любительница сексуальных нарядов внутри. А главное – у нее упругие сиськи, вагина и восхитительный зад. Не об этом ли мечтает каждый подросток в игре?
Но есть и нюансы – все эти сокровища находятся в нем. Проблему надо как-то решить. В играх обычно есть платные опции – сменить имя, прическу, расу и пол. За последнее продал бы душу еще пару раз, а ведь его ошибки здесь нет. В конце концов, не оставили выбора, который должен, обязан был быть!
Бредя по колено в воде, Моня устало отметил, что нагота этого тела уже казалась естественной, не вызывая смущения или каких-то особенных чувств. А ведь покажи его раньше, кровь бы из носа, наверно, пошла.
Возможно, потому и забылся, вывалившись в мир прямо как есть. Новорожденного встретила пыльная, старая церковь. Судя по запустению и полной разрухе, паства сюда не заходила давно. Кафедра сгнила, скамейки сгребли в одну кучу, когда-то красивый витраж был разбит.
Ухоженной осталась только статуя из серого камня в человеческий рост. На ней величественная и немолодая женщина в тоге, словно парившая над царившим вокруг бардаком. Изящные ладони сложены «лодочкой» в молитвенном жесте. Во взгляде любовь, покой, всепрощение. А еще отрешенность. Она будто не от мира сего.
На алтаре выбито несколько строк:
Прочитав, Моня неодобрительно хмыкнул.
Ну да, ну да… Рафику про эти идеалы скажи. Прозаика жизни сурова и крайне проста: нагнешь либо ты, либо тебя. В этом и есть глубокая сермяжная правда. Чтобы жить, нужно жрать, иначе ты корм.
Похоже, также подумал и жрец. Узрев явление голой девицы, он с восторгом воздел руки к небу, так щедро ответившим на молитву и пост. Глазки под капюшоном сально блеснули, руки потянулись к бесстыже торчащим грудям.
Моня отскочил от него как ошпаренный. Это точно не квест! Путь к вершинам обещал быть долгим и трудным, но не стоило начинать его именно так. Эта непись алчет изнасиловать невинную деву! Неудивительно, что никто не молится с ним!
Разочаровав служителя церкви, Моня оттолкнул его и бросился к входным дверям.
Но, выскочив, напоролся на меч, не успев ничего ни понять, ни увидеть. Кто-то крикнул, что-то мелькнуло, и клинок вошел глубоко под левую грудь.
На какое-то время стало темно, потом проявились порхающие яркие точки. Тысячи вьющихся вокруг светлячков, точно звездное небо. А скорее, как мысли – беспокойные, размытые, быстрые. Их шепот сливался в многоголосый призрачный хор. Разобрать в нем что-либо почти невозможно. Моне послышалось, что его кто-то звал.
Он крикнул в ответ, но лишь распугал светлячков. Тьма понемногу ушла. Мир проявился, но остался бесцветным. Тело угадывалось только по контуру. Призрак бесплотен, но сознание есть.
Прямо перед собой Моня увидел могилу с надгробьем. На нем готическим шрифтом лаконичная надпись:
Кипя от негодования, Моня решительно направился прямо к трупу.
Замечательно начал игру! Харассмент на третьей секунде, на пятой – убийство! Да что за дела? Где охрана, порядок? Как началось, так и дальше идет – через то самое место. А главное – зачем? За что? Почему?
Убийство безоружного нуба – напрасная трата времени своего и чужого. Ни денег, ни опыта за такое не взять. Школота развлекается – обычное дело. Новичок всегда легкий фраг.
Трупик в позе эмбриона лежал на крыльце. Скорбно скрючившись, Сири выглядела беззащитной и жалкой. Чья-то добрая душа догадалась прикрыть ее мешковиной. Возможно, именно та, кто так подло убил. Моня смутно помнил только ее красные волосы и, конечно же, грудь.
Загнав себя в труп, он воскрес, но уже в другом месте. Мир вернул ему жизнь, а себе звуки и цвет. Замогильный хор светлячков наконец-то заткнулся. В «античных банях» их, видимо, нет. А именно там Моня вдруг оказался. Как и почему вернули сюда?
Опять анфилада, вода, светильники, пар. Но кое-что изменилось. Добавился звонкий девичий смех.
Пока Моня изумленно хлопал глазами, из-за колонн вышли три девушки – улыбчивые и милые, похожие друг на дружку, как сестры. Веревочки вместо белья, зато платок на голове и вуаль на плечах.