Евгений Константинов – Товарищ пришелец (страница 29)
– Что за глупость? – возразил Титов. – Ладно бы лодки порезал, а тут насосы. Не найдется разве, чем баллоны надуть?
– Ты сам-то пробовал лодки не насосами, а чем-то другим надувать? – взвился Павел.
– А что такого? В детстве камеры от ЗИЛа ртом надували и по Москве-реке плавали. Подожди-ка. Василий, ты все лодки проверил?
– Н… нет, запасную не посмотрел. Извините, насосы меня с толку сбили.
Василий вскочил и побежал к постройкам. Вернулся он через пару минут:
– Запасной лодки нет.
– Ясно! – Майор кипел от злости. – Сбежать, гад, собрался. Пошли со мной, может, еще не успел далеко убраться.
– Искать? – коротко спросил Павел.
– Да. К реке.
– Тогда на тарантайке, – включился Василий и побежал заводить агрегат.
На берегу никого старлея не оказалось.
– Пошли вниз по берегу, – предложил Павел. – Человек, если места не знает, всегда вниз по реке пойдет. Туда, куда сплавляться собирается. Психология…
Виталия Валерьановича нашли в нескольких сотнях метров ниже по течению. Он сидел около развернутой, но не надутой старой лодки, в баллонах которой виднелись длинные разрезы. Рядом валялись детали разломанных насосов.
– Вот он, гад! – положил руку на кобуру Титов. – Сколько лет, сколько зим!
– Спокойно, товарищ майор, – поднял руки диверсант.
– Чего спокойно! – подскочил к нему Титов и ткнул стволом в грудь, отчего диверсант болезненно поморщился, но руки опустить не рискнул. – Чего спокойно!!! Зачем, сволочь, насосы разломал?
– Я пожара испугался, – замотал головой Виталий Валерьянович. – Подумал, что может что-нибудь взорваться. Поэтому и убежал в лес… А за лодкой потом вернулся… Думал, что вы тоже убежите… Но ведь и взаправду что-то взорвалось, да?
– Да что ж ты перед нами дурку-то валяешь! – пуще прежнего взъярился Титов. – Испугался он, видите ли! Почему мы не испугались? Вон, даже Екатерина пожар тушила, а ты…
– Я огня с детства боюсь! – Губы Виталия Валерьяновича задрожали.
– Ах ты… – коротко размахнувшись, Титов впечатал диверсанту в солнечное сплетение рукоятку пистолета.
Виталий Валерьянович схватился за грудь, захрипел, закашлялся, повалился на землю. Титов не замедлил врезать ему ногой в область почек. И еще раз. Собрался ударить вновь, но подскочивший Павел успел его оттолкнуть и загородил собой диверсанта:
– Достаточно, Тит!
– Не защищай гада! – огрызнулся майор госбезопасности. – Лучше вспомни, сколько он вреда принес. Теперь еще и насосы…
Титов перевел взгляд сначала на Василия, затем на Павла, но поддержки в них не нашел.
– И что нам теперь с этим гадом делать? Пристрелить и избавиться от обузы?
– Разве есть варианты? – Павел проигнорировал последнее предложение майора. – Оставить Виталия Валерьяновича на базе одного – почти стопроцентно погубить. Значит, придется сплавляться впятером…
Когда ехали обратно, Титов, не стесняясь вновь связанного диверсанта, проворчал:
– Он сбежать собирался, а нас на базе запереть. Когда тарантайку услышал, насосы разломал. Вот только непонятно, почему он нам остальные лодки оставил.
Майор пнул сидящего у его ног диверсанта. Да так ловко, под ребра, что тот взвыл.
– Отвечай, тебя спрашиваю, почему насосы поломал, а лодки не тронул? Забыл уже, о чем договаривались? Надоело быть послушным?
После этой тирады последовал еще один удар под то же ребро.
– Послушный я, послушный, – запричитал Виталий Валерьянович.
– Не нашел он другие лодки – вот и все. Чего тут думать, – вновь вступился за арестованного Павел.
– В принципе, Константин прав, без насосов можно и обойтись. Если очень постараться, можно ртом надуть, – сказал Василий после возвращения на базу.
– Шутишь? – ухмыльнулся Павел. – Это сколько ж времени понадобится? Да и не такие сильные у нас легкие, чтобы такой объем надуть до нормального состояния.
– А до нормального и необязательно. Мы же не собираемся в этих лодках стоять, ловить рыбу и тому подобное. Наша задача – сплавиться без приключений, да и все.
– Неужели в самом деле можно ртом надуть? – встрял Виталий Валерьянович.
– Стоит попробовать. Все равно деваться некуда…
Василий и Павел вытащили из сарая одну лодку, расправили ее, вставили дно… Титов, баюкавший больную руку, ограничился наблюдением да советами – абсолютно лишними. Первым силу своих легких задействовал Василий – с десяток глубоких вдохов-выдохов, после чего передал эстафету Павлу. После третьей смены ролями надувальщики посмотрели на лодку – было непонятно, наполнилась ли она хотя бы немного воздухом и имеет ли смысл продолжать дыхательные упражнения?
– Дайте мне попробовать, – попросила Катюша.
– Ну, попробуй, – согласился Василий.
– Только вы, пожалуйста, отойдите и не смотрите…
– Почему? Ты подышишь немного, потом кто-нибудь из нас тебя сменит, как мы с Павлом.
– Я не хочу, чтобы вы за мной наблюдали, – стояла на своем девушка. – Ну, пожалуйста.
– Ладно, – уступил Павел. – Василий, давай-ка пока вторую лодку на улицу вытащим и разберем.
Вместе с Титовым они пошли в сарай за лодкой. Когда вытащили ее на улицу, с удивлением увидели, что первая лодка надута минимум на одну треть. Раскрасневшаяся Катюша сидела на земле, зажимая пальцем клапан, и тяжело дышала.
– Ого! – изумился Василий. – Как это тебе удалось?
– Просто у меня легкие сильные, – улыбнулась девушка, и Павел вспомнил, как долго могла она оставаться под водой без всяких для себя последствий.
– Мальчики, идите, собирайте свои вещи, а я пока еще подую, – улыбнулась она, и удивленным мальчикам ничего не оставалось делать, как подчиниться.
Павел прекрасно понимал, что в сложившихся обстоятельствах вещей в лодках должно быть по минимуму, но как же непросто было ему выбирать, что из рыболовных снастей взять с собой, а что оставить на базе. И ведь, как назло, у него было аж два комплекта снастей, одним из которых так и не воспользовался Белявский.
Все-таки пришлось оставить две самые тяжелые катушки и две коробки с колеблющимися блеснами – тоже довольно тяжелыми, правда, не такими дорогими, как легкие воблеры. Оставил он и кое-что из запасных вещей – два плаща, сапоги, которые в лодке были ни к чему, штаны, футболки, даже носки. Хорошо еще, что одеждой Белявского воспользовался погорелец Титов, получается, что не напрасно тащили ее из Москвы. Тем не менее на базе оставался внушительных размеров рюкзак, который теоретически в будущем все-таки мог вернуться к своему владельцу. Всего у Павла получилось три места: тубус со спиннингами, большой рюкзак с одеждой и снастями и маленький рюкзачок с дневником, фотоаппаратом, одной катушкой, коробкой с блеснами, которые можно было бы оперативно использовать для кратковременной рыбалки. Там же еще кое-что по мелочи и… завернутый в тряпицу «маузер».
Выйдя на улицу, Павел увидел Катюшу, которая что-то говорила Василию и Титову. Оказывается, первую лодку она более или менее сумела надуть и теперь отдавала указания, что именно из продуктов взять с собой на сплав. Видно было, что девушка устала, но на отдых времени не было.
– Павел, помогай мальчикам, – сказала она и поспешила ко второй, приготовленной к надуванию лодке.
– Давай, я лучше тебе помогу! – крикнул он ей вслед.
– Даже не вздумай, – отмахнулась она.
Василий отправился в гараж, откуда недавно выгнал тарантайку. Там же был и прицеп, на который должны были погрузиться лодки и другие вещи, чтобы довезти их до берега Кура.
Павел вместе с Титовым пошли на склад. Брать с собой много еды тоже было нежелательно. Сухари, десять банок тушенки, кое-что из овощей и специй, пачку соли. По прикидкам, на двое суток этого запаса должно было хватить. В крайнем случае Павел мог наловить рыбы. С водой проблем не было, в реке она была чистейшей и даже вкуснейшей. Спиртного, кстати, не нашли совсем, как позже пояснил Василий – все запасы хранились в сгоревшей столовой.
Из посуды запаслись двумя котелками, фляжками, ложками. Нашли два топора, на всякий случай прихватили пилу. Палатку решили взять одну – четырехместную.
Пока шерудили на складе, Василий вновь завел тарантайку. Из вещей егерь не взял с собой ничего, кроме оружия: свою двустволку-горизонталку, карабин деда Ивана и двустволку-вертикалку, принадлежащую Виталию Валерьяновичу, соответственно и запас патронов. Павел догадывался, что в служебном домике, в сейфе, кое-что еще осталось, та же Катюшина одностволка. Но если учесть, что у Титова есть его табельное оружие, то на участников сплава, за исключением Виталия Валерьяновича, выходило по одному стволу – вполне достаточно. Кстати, карабин Василий вручил Катюше, а Павлу досталась вертикалка диверсанта. Нормально…
Пока мужчины собирались, Катюша умудрилась справиться со второй лодкой. Правда, было видно, каких усилий ей это стоило! Лицо красное, потное, губы опухшие, плечи трясутся… Подниматься на ноги она не спешила. Попросила воды, и Павел сбегал на склад, принес во фляжке морса, напоил ее из своих рук.
Более или менее отдышавшись, Катюша велела ему прихватить еще сковороду, полтора десятка куриных яиц и подсолнечное масло. Не на сплав, а чтобы перед отплытием подкрепиться на берегу. Немного подумав, попросила взять все-таки ровно два десятка яиц, чтобы штук пять-шесть сварить вкрутую и взять с собой на сплав.
Когда все было собрано, неожиданно подал голос Виталий Валерьянович, так и лежавший все время на травке в связанном виде.