Евгений Константинов – Искатель. 2009. Выпуск №04 (страница 38)

А снимал кассету, наверно, сам Капецкий. А может быть, Николай Иванович раскрутил их аферу и припугнул Семена и Пройдоху или предложил им деньги вернуть, а те его за это и убрали?

Интересно, кто еще знает об этой кассете? Ведь если бы не ее желание отвлечься и посмотреть фильм «Гусарская баллада», ей и в голову бы не пришло, что здесь что-то другое записано.

Что же делать? Или передать не капитану, а Нестору Сахно? Этот точно свои деньги из кого хочешь выколотит. А вообще, нужно ли ей это? Могут ведь и убить ни за что!

И еще вопрос. А нельзя ли было освободиться от Капецкого в любом другом месте, а не здесь? Кирпич проще в подъезде на голову уронить. Что это? Показная месть? Или наглядный урок другим? Или хотели направить милицию по ложному следу, чтобы думала на будущих жильцов?

Ответа ни на один вопрос не было. Где капитан? Она позвонила по указанному на визитке телефону и попросила соединить ее с капитаном Стецким.

— Он на выезде. Кто его спрашивает? — спросил строгий мужской голос.

— Он меня должен был после работы встретить! — отговорилась Лиза.

— Боюсь, он не скоро освободится. А вы Лиза?

— Да!

— Меня капитан просил сопроводить вас домой.

Лиза не знала, что ответить. А потом, когда подумала, как будет злословить в ее адрес Гапа, увидев нового провожающего, отказалась:

— Спасибо, меня есть кому встретить.

На том конце с облегчением вздохнули. А без пятнадцати шесть дождалась она наконец звонка.

— Елизавета, тебя к телефону, — обрадовала ее Гапа, — по-моему, это он. Ты, кстати, так и не рассказала, как он тебя довез.

Лиза плотно сжала трубку.

— Да я слушаю!

Голос доносился откуда-то издалека. Капитан говорил, что он слишком далеко и не сможет вечером подъехать ее встретить, но он попросил товарища… Лиза осторожно положила трубку. Не могла она при всех сказать, что у нее есть для него сообщение. Пугала ее эта кассета. Хотя, может быть, на ней и не было ничего такого криминального. Даже если Семен Фасонов и встречался с Пройдохой, которого она назвала Лисом, — это еще ничего не доказывает.

Глава 13

На похороны они поехали все вместе. Перед моргом стояли группами родственники и близкие других покойных. Гапа, как предводительница, уверенно повела сотрудников «Парадиз-сити» к одной из групп. В центре стояла молодая красивая дама в шляпке с наброшенной черной вуалью, а по бокам ее несколько родственников.

— Вот его жена! — успела шепнуть Марья Ивановна и первой направилась к ней.

Это же девица с кассеты, приезжавшая на Ленинский проспект и встречавшаяся. с банкиром, удивилась Лиза. Следом двинулись главный бухгалтер Любовь Гурьевна, затем Лиза; сзади шли Кузьмич и Мыкола. Они несли венок.

— Оленька! Какое горе! Какое горе! Соболезнуем всем коллективом, — Гапа обняла ее и поцеловала.

Вслед за Гапой подошли все остальные и пожали вдове руку.

— Спасибо, что пришли! — поблагодарила их Ольга. Она довольно внимательно оглядела венок и поискала глазами второй.

— Когда наша очередь? — спросила ее Гапа.

— Минут через пятнадцать!

Лиза против своей воли изучала жену Капецкого. Натуральная блондинка со слишком красивой фигурой и точеными ногами была похожа на большую куклу. Лицо ее не выражало никаких эмоций. Да и на вдову-то она не была похожа. Вдова платком глаза или нос трет, а эта красавица достала губную помаду и стала подкрашивать губы. Затем вытащила пачку сигарет и закурила. Ее взгляд остановился на Лизе.

— И давно вы на фирме работаете?

— Третий день!

— Значит, вы не застали моего бывшего мужа живым?

— Застала, он мне заявление на работу подписал. А потом в течение часа это случилось.

Лиза подумала, что Ольга начнет интересоваться подробностями, тем, как это случилось, а та только согласно кивнула.

Без пяти одиннадцать сразу на четырех машинах подъехали учредители: банкир Помпей, риелтор Семен Фасонов и Нестор Сахно. За банкиром, как всегда, тянулась охрана. Сначала они поздоровались между собой и лишь затем поочередно стали подходить к жене и родственникам, произнося дежурные слова соболезнования. Молодая вдова вместо приличествующей случаю скорби не могла скрыть на молодом лице удовольствия, получаемого от внимания такого количества мужчин. А метрах в тридцати от них кто-то в открытую снимал их на видеокамеру. К фотографу быстро подошел начальник охраны банка, поговорил и, видимо, удовлетворенный ответом, вернулся обратно. Лиза расслышала, как он шепнул Помпею:

— Из убойного отдела.

Наконец работник морга объявил фамилию Капецкого, и родственники вместе с женой прошли в зал прощаний.

— Речи здесь будем говорить или на кладбище? — спросил Нестор Сахно жену убитого.

— А это обязательно?

Тот неопределенно пожал плечами. Создавалось впечатление, что жена хочет побыстрее закончить тягостную процедуру. Похороны были какие-то цивильные. Никто не плакал, не вытирал носовым платком нос и глаза.

— Те, кто не поедет на кладбище, прощайтесь здесь! — подсказал работник морга.

Подошли несколько человек, в том числе и Помпей с Семеном. Гражданское прощание в морге закончилось. Рабочие переложили гроб на тележку и повезли его к автобусу. Провожающие стали рассаживаться в автомобили. Банкир Помпей и Фасонов подошли к жене и родственникам и пожали всем руки. Автобус тронулся, а за ним выстроилась череда легковых автомобилей.

Любые похороны оставляют тягостное впечатление. Кладбище было старым. Место для убитого оказалось в самом его начале, на одной их боковых аллей. Гапа сразу высказала свое мнение:

— Здесь ведь давно уже не хоронят! Интересно, кто постарался и сколько за место заплатили?

— Нестор, наверно, как обычно, и заплатил! Кто еще раскошелится? — предположила главный бухгалтер.

Лиза оглянулась. Их продолжали снимать на видеокамеру. Речей и здесь не стали говорить. И вдруг, когда начали прощаться, Гапа вспомнила, что не пригласили священника.

— Не по-христиански получается! — недовольно заявила она.

Ее одернул Кузьмич:

— Марья Ивановна, какое ваше дело? Он, может быть, был атеист.

— Все равно не по-христиански!

— Ладно, мы вас по-христиански похороним, со священником, — пообещал Кузьмич.

— Я сама вас всех переживу!.. — оскорбилась Гапа и отошла в сторону.

Банкетный зал был снят недалеко от кладбища. Когда все расселись, в роли распорядителя выступил Нестор Сахно. Он сидел рядом с женой убитого.

— Уважаемая Ольга, близкие и сослуживцы, позвольте мне в этот скорбный час…

Нестор пообещал достать убийцу из-под земли и описал недлинный, но извилистый жизненный путь покойного. Оказывается, их пути когда-то пересекались, и он хорошо знал бывшего директора. Затем было дано обещание не оставить в беде вдову, на что Гапа тихо заметила:

— Подождал бы хоть немного для приличия.

Сотрудники «Парадиз-сити» сидели у края стола и могли совершенно свободно обмениваться впечатлениями, уверенные, что их не расслышат. В зале тихо звучала траурная музыка.

— У вас только одно на уме! — поддела Гапу главный бухгалтер. — Насмотритесь вечером по телевизору порнухи, а потом никому прохода не даете. Вы ей еще Мыколу моего припишите.

— Именно твоего!

— Давайте лучше помянем Николая, — предложил Кузьмич, — никому ничего плохого он не сделал, не пойму я, за что его убили. Кому надо было?

Гапа обиженно поджала губы.

— Не видишь, как Нестор около этой красивой увивается? Она ни одной слезы даже не уронила. Вот и соображай, кому надо было, а то мозги пропил и думаешь, что и все остальные такие же. Неспроста, ох неспроста он возле нее трется.

— Ну и не из-за того, о чем вы с вашим болезненным воображением думаете, — возразила Гапе главный бухгалтер. — Между прочим, Нестор единственный порядочный человек, который помог ей в трудную минуту.

А Лиза вспомнила про кассету и подумала о том, что ключ к разгадке убийства находится у нее, а к пропаже денег уж точно. Кассета, где сидели вместе Семен и первый директор Пройдоха, все объясняла.

Пока Семен Фасонов, не торопясь, продавал квартиры, его подельщик, Пройдоха, собрал три четвертых части денег по поддельному паспорту и сбежал с ними за границу. Там они их поделили, сохранив на расчетном счете тот минимум, на который можно возвести дом. Пенки собрал Семен, оставив двум остальным пайщикам головную боль.

А старушка Гапа откровенно намекает на любовную интрижку, на связь Нестора и молодой красивой вдовы Ольги. Какие еще выводы может сделать Гапа, если вдова, вместо того чтобы быть безутешной, вон как улыбается Нестору, подумала Лиза.

А в это время на противоположном конце стола между Ольгой и Нестором шел оживленный разговор. Он склонялся к ее уху и что-то шептал. А она, забыв про поминки, неприлично улыбалась.