Евгений Коломеец – Прохор Шаляпин (страница 3)
– Если станет вопрос, где цепочка, можно сослаться, что сама пьяная, где-то потеряла.
Прошло несколько дней, к нему никто не обратился, тогда он попросил своего знакомого по своему паспорту сдать золото в ломбард. Появление таких легких денег воодушевило его.
Когда следующая жертва спала, то он обыскал ее квартиру, нашел в шкафу под бельем пачку спрятанных купюр. Все деньги брать не стал, взял только две пятитысячные купюры, чтобы не было так заметно.
Опять получилось. Аппетит приходит, как все знают во время еды.
Следующая пассия, напившись, дрыхла без задних ног, Антон заметил в шкафу норковую шубу.
– Скажу, что торопился, ушел пораньше, не стал ее будить, забыл захлопнуть дверь, какой то жулик мог зайти и украсть шубу.
Так он и сделал. Шубу также заложил в ломбард через своего знакомого. Деньги уже были серьезные. Антон чувствовал себя уже королем. Какие наивные дуры!
Однако через два дня за ним пришли. Все-таки эта баба оказалась не наивной и написала заявление на кражу, опера проверили ломбарды, нашли шубу, по залоговому билету вычислили его знакомого и тот его сдал с потрохами.
В связи с тем, что на момент совершения был несовершеннолетним, получил в суде условный срок.
Так как воровать было уже нельзя, то пришлось менять тактику. Достигнув совершеннолетия, он теперь открыл для себя новое поле деятельности – брачные аферы. Его привлекательная внешность, натренированное тело и отточенное искусство работали безотказно.
Он стал искать не просто одиноких, а богатых и отчаянно жаждущих любви женщин.
Первой серьезной жертвой стала 47 летняя Алена. Она владелица несколько торговых точек по продаже оптики. Уверенная в себе бизнес-леди, но в глазах Антона – лохушка. Он ей предложил открыть бизнес по продаже поддержанных автомобилей из Казахстана. Сказал, что у его знакомого есть Лэнд-Крузер, который можно приобрести за полтора миллиона. рублей, перегнать сюда и продать уже за три миллиона. Эта лохушка сначала не соглашалась, но потом он ее уговорил. Получив от нее денежки, он тут же испарился, собрал вещи и, якобы, уехал. Выбросил свою симкарту, чтобы думала, что он пропал в Казахстане.
Следующей даме по имени Марина, Антон предложил взять кредит.
– Рыбка моя, на эти деньги поеду в Москву, куплю автомобиль, пригоню в Барнаул, продам в два раза дороже и потом мы поженимся.
Когда дамочка взяла кредит в банке на свое имя, он получил деньги, однако она заставила его написать расписку о получении денег.
Схема работала идеально. Как правило, женщины были доверчивы и охотно расставались со своими деньгами. Антон оттачивал свое мастерство и схема работала почти без отказа.
Так как в Барнауле уже оставаться было опасно, мог случайно встретить свою старую невесту, то с накопленным стартовым капиталом Антон решил перебраться в Новосибирск, так как. город был побогаче и выбор невест побольше.
Антон снял приличную квартиру в аренду, приоделся, купил поддержанный, но блестящий автомобиль «Мерседес». Он чувствовал себя хозяином жизни.
Познакомившись с одной престарелой богатой дамой, владелицей сети аптек, он представился ей как успешный молодой предприниматель и предложил ей совместный бизнес.
– Галина Степановна, вы человек с опытом, вы меня поймете! – говорил он, разливая дорогой коньяк в ее роскошной гостиной. – У меня на Алтае остались связи. Есть знакомые фермеры, которые занимаются гречихой. Можно с ними весной заключить договора на поставку продукции, сделать им предоплату – небольшую, символическую, а осенью забрать весь урожай и самим его продавать торговым сетям. Купить станки для фасовки, самим фасовать в заказанную упаковку под своим брэндом Навар будет 200-300 процентов. Это же золотое дно. Он рисовал картины фантастических прибылей, их общего процветания. Галина Степановна, хоть и опытная, но одинокая и поддавшаяся обаянию перспективного парня, загорелась. Она уже начала снимать деньги с банковских счетов, Антон предвкушал получение 50 миллионов и уже мечтал, как он будет их тратить, начал присматривать элитную квартиру в Москве.
Однако сказочке пришел жестокий конец.
На улице его встретили двое вежливых людей, которые надели на него наручники и отвезли в Барнаул.
Оказалось, что Марина написала на него заявление на мошенничество, дело сначала не возбуждали, мол гражданско-правовые отношения – состава преступления нет, Однако когда заявления стали писать другие женщины – обманутые невесты, то дело возбудили.
За 15 эпизодов преступной деятельности суд дал Антон 4,5 года лишения свободы. Удар был оглушительным. Антон стоял в клетке, слушая приговор, и чувствовал, как земля уходит из-под ног. Тюрьма. Большой срок. Конец всем мечтам и его беззаботной жизни
Колония встретила его вонью дезинфекции, криками охраны и тяжелыми взглядами зеков. Антон сразу решил, что его единственная цель – условно-досрочное освобождение, тюремная романтика его абсолютно не привлекала. Окружавшие его зеки на 90 процентов были маргинальные личности, неудачники по жизни, общение с которыми могло привести только к деградации. Его стратегия была проста: голова вниз, рот на замке. Устроился на работу в столярную мастерскую. Старался не выделяться из толпы и со всеми поддерживать ровные отношения. Администрация сразу заметила тихого и исполнительного заключенного. Начальник оперчасти стал приглашать его на личные «беседы».
– Ну как, Шаляпин? Осваиваешься? – спрашивал Крутов, развалившись в кресле. – Не обижают?
– Нет, товарищ майор. Все нормально, – монотонно отвечал Антон, глядя в пол.
– Молодец. Так держать. Если что приходи. Поговорим.
Потом вопросы стали конкретнее.
– О чем там у вас в расположении шепчутся?
– Да вроде… ничего особенного, товарищ майор. – бормотал Антон, чувствуя, как холодеют руки.
– Ничего особенного это не ответ, Шаляпин, – голос Крутова стал жестче. – Ты же хочешь на УДО? Или хочешь, чтобы я тебе пару косяков в личное дело подбросил?
Антон, дрожа от ужаса при мысли, что зеки узнают, но еще больше боясь перспективы «завалить» УДО или попасть в разборки, согласился стать «глазами и ушами». Шептал о спорах в бараке, о мелких нарушениях, о подслушанных разговорах. Стукачество стало его воздухом, единственной соломинкой к долгожданной свободе.
Зона – это вечный сквозняк, все про всех все знают. Зеки узнав его прошлое – мошенничество с женщинами, сразу придумали ему погоняло «Прохор». Сравнение его с известным певцом, любителем взрослых дам, было убийственно точным и унизительным для него. Кличка «Прохор» прилипла к нему мгновенно и намертво.
– О, Прохор пожаловал! – орал огромный верзила по прозвищу Боцман. – У тебя откуда такое влечение к бабулькам? Ты чего телевизор насмотрелся что ли? Наверное, фамилия Шаляпин, какая-то особо заразная. А ты может тайный сын Прохора и он тебе передаст лавры правления? – смеялись над ним. – Освободишься, сразу езжай в Москву к папочке.
Смех был грубым, злым, но Антон старался на это не обращать внимание, делая свои тайные дела, мечтая только об одном – побыстрее выйти на свободу и снова оказаться там, где он – сильный. Где он берет. Где унижаются другие. Москва, с ее возможностями и богатыми женщинами, казалась недостижимой мечтой. Но он поклялся себе, что он до нее доберется.
Глава 3
Одним из теплых апрельских дней, в дневное время Антон вышел за границу контрольно-пропускного пункта. Воздух свободы показался ему таким легким и приятным, даже солнышко уже светило более теплым светом. Он оглянулся в последний раз на серые корпуса исправительной колонии, в которой он провел 2 года 9 месяцев и 17 дней, освободившись условно-досрочно за примерное поведение.
– Прощай. Больше меня здесь не будет.
Антон уже заранее решил, что его местом жительства будет только Москва. Все деньги России крутятся в Москве. И ему нужно присосаться к какому-нибудь денежному потоку. А самый лучший денежный поток – это богатая жена.
В жизни Антон ценил только деньги, красивых женщин и красивые машины, тем более всем понятно, если будут деньги, то будут и красивые женщины, и красивые машины.
Нужно сорвать крупный куш – раз и навсегда. Про свой предыдущий опыт нужно побыстрее забыть.
Для того, чтобы обосноваться в Москве нужен стартовый капитал, а его не было. Все украденные ранее деньги ушли как вода в песок. Никаких заначек сохранить не удалось. Воровать он больше не собирался. Богатую женщину на улице просто так не встретишь. Нужны связи.
Поезд, грохоча, въехал под своды Казанского вокзала и на Антона сразу обрушилась какофония звуков, запахов и людского потока. Он был ошарашен увиденным. После серой, размеренной монотонности зоны, Москва поразила его своей кажущейся солидностью. Высоченный потолки вокзала, отделанные темным деревом и мрамором, мощные колонны, блеск витрин дорогих бутиков и даже куда-то спешащие люди выглядели значительными. Здесь пахло не щами и потом, а кофе, дорогими духами и властью денег. Антон, в потрепанной ветровке и дешевых кроссовках, чувствовал себя ничтожной пылинкой, затерявшейся в этом величественном механизме. На последние деньги купил в ларьке самый дешевый телефон и набрал номер Бурого, с которым чалился на зоне, тот освободился еще полгода назад и приглашал Антона к себе в Москву.