Евгений Колесов – Китаец. Незримая война (страница 7)
Серьезно, только представьте, компьютер управляет всеми процессами. 15 лет назад я бы в такое не поверил. Даже так скажу, я бы просто рассмеялся, беря в руки свой кнопочный допотопный Sony Ericsson. Что-что, а те аппараты ни мною, ни кем бы то еще не смогли бы управлять. Другое дело сегодня. Идею Ботвинника и его коллег похерили, и как говорят, во многом из-за того, что система Ботвинника исключала чиновников. Другими словами: государство управлялось бы как некая самодостаточная экосистема.
И нынче все идет к этой самой оцифровке страны. Создание цифрового общества. И вот когда не понадобятся чиновники, за ними врачи, и можно будет обходиться без учителей и дальше по цепочке, тогда и наступит эта самая «небылица» про «золотой миллиард». Люди просто перестанут быть нужными. Как «Водный мир» с Кевином Костнером. История с наднациональными группами, которые стоят даже над масонами, над Ротшильдами и Рокфеллерами, вполне может быть, ведь им и нужен этот «золотой миллиард». Все упирается в вычислительные возможности, поэтому в мире идет настоящая гонка за создание супермощных компьютеров. Следующим шагом будет создание из людей киборгов, которыми будут управлять эти суперкомпьютеры.
В этой связи интересен опыт Китая, который в середине 2016 года разработал новый суперкомпьютер, который на тот момент стал самым мощным на планете. Шутка сказать, что компьютер этот сместил на второе место лидера, другой суперкомпьютер… тоже китайский. Момент в том, что предыдущий лидер был оснащен американскими процессорами, новый – китайскими, коих было больше сорока тысяч. Занял агрегат площадь около тысячи квадратных метров.
Китайцам важно перейти на все свое. Их словно смущает что-то иностранное в их изделиях. Это то ли комплекс, то ли перфекционизм, то ли желание конкурировать с самими собой. Они как будто готовятся жить в мире, где есть только они. А значит, они и должны делать все самостоятельно, чтобы лишний раз не идти ни к кому на поклон. Китайский суперкомпьютер на середину 2016 мог выполнять 93 квадриллиона вычислений в секунду. Это в 4,5 раза больше, чем у швейцарской машины, занимающей третью ступеньку супертопа. Китайцам также удалось значительно снизить потребление электроэнергии. В то же время Китай стал первым по количеству таких машин – их стало 167 против 165 в Америке, которая была на втором месте. Российских суперкомпьютеров в топ-500 рейтинга оказалось всего семь, самый мощный из них «Ломоносов-2» из МГУ, болтается в пятом десятке, на 41-м месте.
Увы… Что же китайцам считать с помощью таким компьютеров? Искусственный интеллект разрабатывать? Совпадение или нет, что как раз в те годы в Поднебесной приняли закон о хранении данных пользователей строго на территории страны. Строго и без исключений! Китайцы понимают ценность данных. А тем паче ценность информации о своих гражданах. «Яблочники» после некоторых провальных попыток «гнуть свою линию» и, вероятно, помня печальный опыт Гугла, который из Китая вышвырнули, решили не спорить с потомками Конфуция. Да и не успели бы американцы построить новый дата-центр, так что китайцы заграбастали всю информацию, почти, как говорится, без боя. «Яблочники» пошли на все условия, выставленные китайцами, и даже на те, о чем их не просили. В частности, Apple запретила создателям кино- и видеоконтента для своих сервисов выступать с критикой правительства Поднебесной, даже если этого требует сюжет, потребовав смягчать критику, корректируя сюжет.
Как показал тогда опыт Китая: у каждого принципа есть своя цена, измеряемая в юанях. Китайцы явно не хотят сюрпризов вроде того, когда спортивное приложение Strava показало с помощью «тепловых карт» военные базы, в том числе и в Антарктиде. Кто владеет информацией на пару миллиардов своих граждан, тот реально владеет миром. Китайцы это понимают и идут к этому. Поэтому они и производят суперкомпьютеры, чтобы все фиксировать, включая своих граждан.
Глава V. Загадка «Водяного»
В кабинет постучали.
– Входите, – громко разрешил генерал.
Дверь открылась, и в переговорную один за другим вошли четыре человека. Все военные разных званий. Все с коричневыми одинаковыми папками. Я встал поприветствовать коллег. По мере того как Мартов их представлял, мы здоровались. Меня называли китаистом-переводчиком.
– Полковник Крыленко Иван Андреевич, бывший резидент в Китае.
– Полковник Березин Антон Павлович, бывший заместитель военного атташе.
– Майор Гаврилин Арсений Иванович, переводчик.
– Подполковник Верхоглядов Семен Семенович, аналитик.
Все еще не успели рассесться за столом, как в дверь снова постучали. Вошел Минин. Шестидесятивосьмилетний полковник, браво сделав несколько шагов, звучно поздоровался с присутствующими. На удивление, он их всех знал. С Мининым мы не виделись больше четырех лет. Ни он, ни я не искали встреч. В голове как вспышки молний пронеслись мысли: «Возможно, если у него будет время сегодня, мы с ним переговорим. Хотя, если его пригласили, значит, нас ждет совместная работа. Вероятно, но не точно. Посмотрим».
– Товарищи офицеры, – начал генерал Мартов, – введите полковника Назарова в курс дела.
Слово взял полковник Березин.
– В 2008 году в Шанхае нами был завербован перспективный китайский ученый-химик, псевдоним «Водяной». За это время его вели два наших сотрудника, сначала, первые пять лет, его вел «Буддист», потом, в связи с окончанием командировки, его передали «Кузнецу». Примерно год назад китаец перестал выходить на связь, а неделю назад объявился. На встрече с нашим резидентом он сказал, что у него есть совершенно секретная информация относительно коронавируса нового поколения. Сообщил, что работает сейчас в исследовательском институте вирусологии под Уханем при Китайской академии наук совместно с Ши Чжэнли – вирусологом, псевдоним «Летучая мышь». В 2015 году там была открыта одна из лучших в мире лабораторий с самым высоким уровнем биобезопасности. Мы точно не знаем, та ли это лаборатория или нет, из которой якобы была утечка, это нужно будет при возможности выяснить.
– Этот Ши Чжэнли не наш еще? – поинтересовался генерал Мартов, внимательно слушавший доклад.
– Это она, – поправил Виталия Андреевича докладчик.
– Ммммм, она, – пометил себе генерал. – Продолжайте, Антон Павлович, – генерал снова дал слово бывшему заместителю военного атташе России в Китае.
– «Водяной» пожелал встретиться с тем нашим сотрудником, который его вербовал в 2008 году, встреча через 5 дней. Он сказал, никаких повторных встреч не будет. Поэтому полагаем, встречу нужно провести.
Я вспомнил нашу первую встречу с Синь Фэньгуанем в Шанхае. Вспомнил, как я его вербовал, это было непросто. Синь был очень падок на женщин, и красотка Гого тогда мне очень помогла. Впрочем, из-за нее же я чуть было не погиб. Интересно, зачем ему именно я? И еще одна странность, Синь – химик, пусть толковый, но химик, а не биолог, и каким боком он имеет отношение к вирусам?
– Разрешите, товарищ генерал? – подключился к беседе полковник Крыленко.
– Да, Иван Андреевич, пожалуйста, – разрешил Мартов.
– Американцы давят на Китай с претензией, что они занижали цифры по пандемии. И китайцы вчера дали новые цифры, по всему получается, что мутят они со статистикой, разрешите зачитать?
– Слушаем, – жестом показал генерал-майор.
– «Америка обвинила Китай в занижении цифр зараженных от коронавируса, а ВОЗ в преступном сговоре с Пекином. Вашингтон считает, что Китай скрыл начало эпидемии, тем самым подставив весь мир, – зачитывал Крыленко. – Под давлением Пекин «перепроверил» информацию и обнародовал данные о чуть более 300 тысяч зараженных и почти 1300 умерших, о которых ранее не сообщалось. Эта новость пронеслась как буря, и даже неизвестно, стоило ли это делать? С одной стороны – это заявка на честность, мол, мы вот даже еще раз пересчитали, ну вот чуть больше получилось. С другой стороны, если раньше в официальных данных из Китая сомневались, то теперь им вообще не верят. Поскольку, пока не началось давление, Пекин даже не думал обновлять цифры. Очевидно, что теперь Америка тему эту не отпустит и продолжит прессинг». Сейчас прошу внимания, – призвал Крыленко. –
– Короче, американцы зашевелились, и если они начнут искать глубоко, они могут найти то, что им находить не надо. Козлами отпущения они сделают либо Китай, либо нас, – резюмировал Иван Андреевич.
– Мы пригласили переводчиков. В чем там сложность? – задал вопрос генерал Мартов. Переводчик майор Гаврилин и аналитик подполковник Верхоглядов обменялись взглядами, решая, кому из них начать. Начал старший по званию Верхоглядов.
– Из Китая мы получили данные, что «Водяной» не назначил место встречи, – начал Семен Семенович.
Я посмотрел поочередно на лица сидящих передо мной коллег, пытаясь понять их отношение к происходящему. Очевидно, что они уже пытались найти ответ на этот вопрос. Безуспешно.