Евгений Клейменов – Голая зебра. #Бессмертие (страница 1)
Голая зебра. #Бессмертие
Евгений Юрьевич Клейменов
© Евгений Юрьевич Клейменов, 2022
© Елена Солодская, дизайн обложки, 2022
ISBN 978-5-4493-3283-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Предыстория
«И вот я пишу в газете: Здравствуйте, дорогие читатели! Сегодня изложу гипотезу о бессмертии, мой злостный редактор не оставил мне выбора. Словно пес, пишу я по приказу, но что поделать, денег нет совсем, продал душу за копейки. Наверное, такой исход вам всем знаком, когда делаешь совсем непригодное тебе. Внимательно следите за каждым, словом моей гипотезы. «
Виктор отбросил карандаш в сторону и откинулся на спинку стула.
– Да что за бред?! О каком таком бессмертии может идти речь?! Что тогда? Пенсионный возраст поднимут до миллиона лет?! – запротестовал он.
– Ты давай пиши! К 20-му числу тебе нужно доделать статью, иначе тебя уволят! – с насмешкой ответил Виктору голос.
– А то я без тебя не знаю! – Виктор скинул в рюкзак вещи со стола и направился к выходу. Подойдя к двери кабинета, он остановился. На столе коллеги лежала Библия.
– Быть может, здесь ответ? – задав риторический вопрос, он прихватил ее с собой, захлопнув дверь.
Спешно спустившись по лестнице, направился быстрым шагом к автобусной остановке. На улице уже было темно, изредка встречались прохожие, но стоило им пропасть из поля зрения, как они вычеркивались из его памяти.
На остановке уже стоял 66-ой автобус. Виктор запрыгнул в него, сел на свободное место у окна и открыл книгу. На первых страницах была подпись владельца «Денис Михайлович». Виктор продолжил перелистывать страницы, словно ища ответы, но почти не замечал текст. Мыслями он вернулся в тот день, когда началась эта история.
– Бар, Чертов бар, любая история, всегда начинается с бара, – проговорил про себя Виктор и провалился в воспоминания:
Вечер. Виктор, сидя за стойкой, допивал последний стакан виски. Он был готов продолжить общение с бутылкой, но у молодого писателя-неудачника кончились деньги, не осталось ни гроша. Зато было полно исписанных бумаг, но Виктору никто не предлагал обменять его тексты на купюры. Страницы незаконченных произведений он разложил на половине стойки, и бармен ему не запрещал, надеясь на щедрые чаевые. Виктор начал собирать вещи. Из стопки бумаг выпала небольшая купюра – спасение! Хватит еще на одну бутылку.
Виктор склонился к деньгам и вспомнил: эту купюру ему вручила мать, первый гонорар за рассказ, написанный ещё в шестом классе. Тогда он сохранил деньги как символ будущей сытной и счастливой жизни. Писатели, в его тогдашнем понимании, просто обязаны были получать много, ведь это такой труд – описывать несуществующих людей и меняя жизнь реальных. Как сильно мама им гордилась, но что теперь? «Они выгнали меня из дому», – подумал Виктор. С отвращением и болью в сердце он взял купюру и подозвал бармена.
– Эй! Дружище! Дай мне бутылку, вот тебе, – сказал Виктор и бросил деньги на стойку, словно прощаясь со злейшим врагом.
«Из-за тебя, из-за твоей веры в меня я стал писать, но ты не смогла быть со мной всегда, – записал на бумаге Виктор. Взглянув на алкоголь, перечеркнул запись и продолжил. – Нет, это я не смогу быть с тобой… Не стоит тебе меня прощать, как и мне – твоего поступка».
– Редко увидишь в баре мужчину за работой, – кокетливо произнесла незнакомка, устроившись у стойки. Виктор повернулся. Это была девушка средних лет с прямым носом, светлыми волосами и короткой стрижкой, выглядела очень эффектно. К нему такие и раньше не подходили, а теперь и подавно.
– В таких барах и красоток вроде вас не встретишь, – сухо ответил Виктор.
– А вы хам, раз таким тоном произносите комплимент, – съязвила девушка. – Меня зовут Ольга.
– Я хам, а вас зовут Ольга, – не изменяя тона, сказал он. – Быть может, я смогу вас угостить, – Виктор взглядом указал на бутылку.
– День выдался ужасным, именно за этим я и пришла в бар, – Ольга махнула бармену.
Виктор приглядывался к ней и не мог понять, что она тут делает. По ее деловому костюму видно сразу, что она привыкла к дорогим ресторанам. А как она говорит! Поставленная речь и эта чертова дикция, выделение каждой буквы, возможно, это из-за правильного прикуса. Несомненно! У нее чертовски правильный прикус. «Зачем я думаю об этом, если у нее и с фигурой все нормально?» – размышлял Виктор оценивая Ольгу.
– Почему бы вам не расслабиться в ресторане? Почему бар? – попытался заполнить затянувшуюся паузу Виктор.
– Ох, мужчины, какие вы все предсказуемые… – засмеялась она, но продолжила ещё более доброжелательно. – В ресторанах ужинают, напиваться там – это дурной тон. Вы ещё слишком юны, чтобы знать о таких вещах, – ответила Ольга, будто случайно коснувшись его руки.
– Напрасно вы так! Вообще-то сейчас я угощаю, а не вы меня, – атаковал он, покачивая бутылкой виски.
– Не трясите зря, наливайте, – засмеялась Ольга, поднеся свой стакан. Ему показалось, что она пришла в бар уже слегка выпившей.
– Я Виктор, писатель, – разливая алкоголь, представился он.
– Идеально! Так, значит, вы не совсем зануда, – улыбнулась она. – А что пишете? Книги? Или комиксы?
– Я… Эм… – Виктор не мог похвастаться своей книгой, ведь она даже ещё не готова. Что касается рассказа, за который он получил свой первый и, как выяснилось, единственный гонорар, – название и тема не подходила для завоевания женского сердца. Но больше похвастаться было нечем, и он решил признаться:
– Я написал о зебре, небольшой рассказ… И сейчас мы пьем за счет этого рассказа. Ольга пристально оглядела Виктора, вся ее игривость и беспечность исчезла. – Но сейчас я работаю над книгой и когда я ее допишу… – задумался Виктор. – Я издам ее.
– Книги в наше время никого не кормят. Людям больше нравится читать что-то свежее, легкое, быстрое. Виктор, вы угостили меня, и я хочу вам помочь. Я редактор известного журнала, и я думаю, что мы сможем поработать с вами. У вас будет шанс, но это будет завтра. Вы ведь придете ко мне в редакцию?
– Я знал, что этот вечер будет роковым для меня, и пусть… – остановился Виктор, вспомнив, как сегодня ругался с родителями. И ему пришлось покинуть их дом лишь только с одной сумкой, а комнату смог снять всего на неделю.
– Виктор? Вы здесь? Вы понимаете, что это не простая работа? – дикторским голосом спросила Ольга.
– Я приду, – спешно ответил он.
– Вот и чудненько! – воскликнула Ольга и протянула свою визитку, где был указан адрес и имя: Вороновская Ольга Михайловна. – Ну а теперь мне пора, Виктор. Спасибо за виски.
– Постойте! Может, еще посидим? – он неуклюже подскочил за Ольгой.
– Нет, увы, с коллегами не пью. Завтра в 10.00 ожидаю вас в редакции, и не опаздывайте, – серьезно ответила Ольга и покинула бар.
– Ну, здравствуй, Бог, – иронично произнес Виктор. Он сидел в своем офисе. Утренний свет пробивался сквозь жалюзи и падал полосками света на стол.
Включив компьютер, принялся печать:
«О редакторе больше не слова, он ведь не Бог! Это Бог един, а редакторов много, и почти все они ничего не понимают в работе писателя. Как возможно писать по приказу? Я должен ведь писать по зову сердца, а не приказа!»
– Я творческая личность! – выкрикнул Виктор, но продолжил усердно печатать.
«Что нам говорит история о бессмертии?» – его палец остановился зажатым на вопросительном знаке. Экран стал, медленно заполнятся знаками.
– Бессмертие без предыстории… – по слогам произнес Виктор. – А звучит неплохо! – он стер вопросительные знаки и продолжил писать…
«Изучая теории о вселенной, времени бессмертия, я обратил внимание на тот факт, что человек подвластен предыстории. Возьмём черепаху: она живёт более 300 лет, человек живёт в среднем 70—80 лет, делим жизнь черепахи на эти года. Получаем около трёх поколений людей, которые не узнают о смерти черепахи, для них черепаха будет бессмертной.
Значит, для изучения бессмертия мы должны учитывать не только возраст, но и брать во внимание точку отсчёта, предысторию. Вселенная нам доказывает, что если есть начало, есть и конец. Говоря о бессмертии, мы не можем не вспомнить о теории Эйнштейна «Время относительно», времени нет!»
Виктор остановил взгляд на часах. Потом посмотрел на текст и снова на часы. Было уже восемь часов вечера. Он не понимал, как так быстро пролетело время.
– Говорите, время относительно? – сказал Виктор.
– Ведь ты и так все знаешь сам. Почему ты не можешь принять этого? – ответил голос.
Виктор только еще раз взглянул на часы, оставил вопрос без ответа и продолжил писать.
«Жизнь имеет отсчет, вселенная тоже имеет отсчет, но он нам неведом. Кто изначально был в этой предыстории? Бог? Да, создатель. Где он теперь? Читатель, ты задавался этим вопросом?
Факт: он теперь другой и, возможно, сам противоречит себе.
Интересно то, что Стивен Хокинг изначально доказал, что вселенная имеет начало, после доказывал обратное… Логично это? Думаю, что нет… Логику придумали люди, а не вселенная, она следует только своей системе, а не придуманной людьми».
– Ты уже слишком долго пишешь одно и то же, разве нельзя взять и сказать? Не утомлять читателя своими мыслями? – не унимался голос.