Евгений Капба – Седьмая вода (страница 48)

Он потер бровь, которую пересекал косой шрам.

- Камешком прилетело. А с ведьмами мы справились - со всеми по очереди. Выследили и схватили - одну за другой, одну за другой... Кошмар в чистом виде. Это не дело миссионеров - сражаться с ведьмами. Это - призвание зилотов!

- Но ты справился, брат. Горожане выстроили на месте твоего шатра огромный собор, теперь у них там настоящий Экзархат, людей учат грамоте и гигиене, каменному зодчеству и четырехполью...

- Справился, - покачал головой Флавиан. - Папаша сжег первую ведьму в семнадцать, когда служил зилотом-храмовником на Юго-Востоке.

- А собор они деревянный выстроили? - спросил Рем.- Ну, если каменному зодчеству их пришлось учить?

- Деревянный. У них удивительный срубы, хотя мы и считаем их дикарями - традиция деревянной архитектуры, резьбы, плетения там просто потрясающие! Я когда нибудь вернусь в те места, видит Бог, обязательно вернусь!..

- Это всё, что тебя интересует, Рем? - поднял бровь Децим. - Деревянный ли был собор?

- Не-а. Меня интересует твое кольцо на пальце и замок Ларкеро, - подмигнул ему младший. - Ты ведь женился, да?

- Это и есть история про мой бунт, братики. Флавиан слышал ее последнюю часть, и даже венчал нас с Аглаей, но...

- Да-да, я с удовольствием послушаю еще раз... Очень, очень романтично.

***

- Ладно, ладно! - кислятина в кубке не смущала старшего братца, он пил ее с видимым удовольствием, и кривился тоже - с удовольствием. - Я искал базу для наемной компании. О бригаде я тогда и мыслить не смел: какая бригада из дюжины сельских парней? И вот, мотаясь по предгорьям в поисках какого-нибудь сносного убежища подальше от отцовских глаз, я остался ночевать в лесу. И, черт побери, коня моего сожрало зверье! В общем - я один, посреди леса, в какой-то глуши, до ближайшего жилья не меньше суток пути... А тут еще дождь полил, с гор хлынули потоки воды, и ориентироваться стало совсем трудно... Брел практически на ощупь, целый день. Вымок как собака, вся еда размокла, я замерз, но к вечеру ноги мои почувствовали брусчатку. Брусчатка - в лесу? Так, как кретин постукивая каблуками, я и шел, пока не уперся в заросшие плющом стены замка... Точнее - уперся-то я в ворота в стене. Ров затянуло тиной, замок находился в жутком состоянии - но пара окошек горела. Я стал стучать в ворота, и окошечко в них отворилось, и высунулась оттуда совершенно жутка рожа, скажу я вам! Огромная образина, в плечах пошире тебя, Рем, а ростом аки пожарная каланча! Он спросил по какой я надобности, я сказал - мол заплутал и всё такое... Привратник пустил меня, и разрешил переночевать в конюшне. А ночью дождь кончился, и я услышал прекрасный девичий голос, который раздавался во тьме. Покинув конюшню, я понял - девица поет в окне на вершине донжона, и взобрался туда по побегам плюща.

- Слушайте, это просто рыцарский роман какой-то! - улыбнулся Рем.

- Черт меня подери, так всё и было! Дальше - больше! Девица - и премиленькая - оказалась Аглаей Ларкеро, наследницей окрестных земель и замка. Она, конечно, сразу меня испугалась, а потом увидела в таком внезапном визите шанс для спасения. Ну и меня получше рассмотрела тоже! - Децим приосанился. - Ларкеро - род захудалый, но известный в свое время... В общем, Аглаю взаперти держал родной дядя - Люсьен дю Ваграм, пропащий человек, смутьян и мот. Его лишили наследства, но после скоропостижной кончины ее родителей он наложил лапу на замок, казну и припасы, забрал всё это и убрался в Кесарию, оставив сторожить пленницу двух дегенератов - привратника и дворника - такого же огроменного верзилу. Девчонку они не трогали, приносили ей попить-покушать, воды помыться, а сами пьянствовали и жрали днями напропалую. Раз в пару месяцев наведывался дядюшка, чтобы утащить очередной антиквариат на продажу, напиться вместе с этими уродами и поуговаривать Аглаю выйти замуж за какого-то своего дружка, которому, понимаешь ли, хотелось заиметь наследников от девственной наследницы знатного рода, а за это он обещал милому Люсьену долги списать. Короче - девушка была в беде, и, честно говоря, мне жуть как понравилась. Ну и ситуация располагала. В общем, я спустился по стене обратно, и увидел, как эти ублюдки копаются в моих вещах, а в руках у них - здоровенные такие дубины! Ну, это уже был перебор - хотели убить меня спящего, а песенка Аглаи меня спасла, выходит! Я вступил с ними в схватку, и прикончил обоих, хотя это было и непросто, уж больно великоваты они были. Может, там не обошлось без фоморской крови? Я нашел ключи, и отворил башню, и... Ну, в общем, мы решили пожениться, да. Тем более она была приличная ортодоксальная девушка, и после всего, что между нами произошло, у нее и других вариантов-то не было. А я что? А я только за! Ну, ситуация располагала, сами понимаете... А наутро заявился Люсьен. С целой вереницей мулов и двумя слугами - такими же уродливыми как и те мрази, которых я прикопал на заднем дворе. Я прикончил его к чертовой матери, в два удара, и пообещал погонщикам, что выпотрошу и их тоже, если они тут же не отправятся со мной в Аскерон и не расскажут о делишках своего хозяина коннетбалю. Они, конечно, согласились!

- Ситуация располагала, сам понимаешь! - подмигнул Рему Флавиан.

Рем улыбнулся - история получалась что надо! Его братики тут, оказывается, тоже времени даром не теряли, пока он разливал пиво в Смарагде и корячился над фолиантами, а потом - махал веслом и рубал в капусту гёзов вперемешку с зубастыми эльфами.

- И какой счастливый конец у этой великолепной истории?

- Два беловолосых и черноглазых пацана, Рем! Твои племянники - вот счастливое продолжение истории!

- А? Это я - дядя что ли теперь? Де-е-е-ецим! - Рем облапил брата. - С меня - подарки! Как зовут-то племянничков?

- Тибериями, как же еще? - почему-то смутился старший брат.

- Этот ирод назвал их Прим и Секунд, - хихикнул Флавиан. - Ты ведь знаешь - с воображением у него того, этого...

- Отстань, святоша! - Децим ткнул его куском мяса в лоб, и средний брат принялся отбиваться от него обеими руками.

Рем вдруг заржал в голос - так громко, что на него стали оборачиваться люди из-за соседних столиков.

- Э-э-э-э, да ты чего?

- Да мы это.. О-о-о-ох! Мы решили всем доказать что мы отличаемся от старших Арканов, да? Ой, не могу... Мы не такие, да? Аркановская репутация - это на про нас, да? Хо-хо, братики, мы с вами матерые кретины, да?

Децим и Флавиан недоуменно переглянулись а потом до них дошло.

- То есть ты в эльфийской сказочной стране сражался в пещере с драконом, я освобождал юную деву из замка великанов, а Флавиан снимал с города проклятье, причинял добро и наносил счастье для всех и даром, да? У-у-у-у-у.... Старый над нами будет смеяться до конца своих дней! - Децим не выдержал и нервно хихикнул.

Флавиан подхватил, и трое братьев разразились продолжительным приступом дурного смеха.

***

Замок Аркан показался как всегда внезапно - серые башни с реющими над ними черными знаменами мрачным пятном врезались в зеленую безмятежность беленнорских холмов. Поля вокруг замка колосились - урожай обещал быть знатным!

Поселяне-ортодоксы с достоинством приветствовали молодых баннеретов, девушки и женщины тут же бежали поделиться новостями с подругами и соседками: младший Аркан, которого считали мертвым, вернулся!

Вперед, к замку, галопом рванул всадник-мальчишка, чтобы успеть донести радостную весть первым.

- По поводу эльфов, как думаешь - смогу я завербовать у них пару дюжин лучников в бригаду? - поинтересовался мимоходом Децим. - Говорят, они в этом деле очень талантливы.

- Познакомлю тебя с Эадором - отличный мужик, хоть и эльф. Кажется, его заинтересует твое предложение, - вспомнив, как хладнокровно милостивый государь Нилэндэйл расстреливал тонущих гёзов, Рем подумал, что они вполне могут найти с Децимом общий язык.

Лошади цокали подковами по мощеной диким камнем дороге, грохотал колесами фургон, набитый долей добычи одного ушлого квартирмейстера.

Ворота замка уже были распахнуты, мост - опущен. На мосту стоял человек в сером плаще с багряным подбоем. Его седые волосы развевались на ветру. Рем соскочил с коня, сделал пару шагов в сторону отца и проговорил, опускаясь на колено и пряча глаза:

- Отче! Я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим...

Сервий Тиберий Аркан сделал шаг вперед и прижал голову младшего сына к груди. Во взгляде его мелькнули смешинки:

- Принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги его! - провозгласил он. - И станем пировать: есть, пить и веселиться! Ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся!

А Децим с Флавианом, давя ухмылки, подсказали:

- И тельца! Еще нужно сказать про откормленного тельца, отец!

- У-у-у, вам лишь бы жрать, проглоты! Обойдетесь курятиной сегодня, никаких вам тельцов, тоже мне! - сверкнул на них глазами папаша.

Новый приступ дурного аркановского хохота слышали, кажется, даже в Аскероне.

***

И это конец первой истории про Рема Тиберия Аркана, его замечательную семью, ортодоксов и Аскерон.