Евгений Капба – На золотом крыльце 3 (страница 3)
Я скинул с плеча рюкзак, оглядываясь, и протянул Ива́нову сверток с книгой. Вокруг меня в квартире царил рай эстета. Подъезд, умноженный на два и возведенный в абсолют. Кажется, это называлось «рококо» – такой стиль со множеством мелких деталей. Здесь интерьерное великолепие сочеталось с самой современной бытовой техникой, максимально комфортной и роскошной мебелью и настоящим мини-музеем: бесконечным количеством полок с книгами, стеллажей с диковинными вещицами и целой галереей живописных полотен на стенах.
Нетерпеливо разорвав руками крафтовую бумагу, Всеслав Иванов радостно воскликнул:
– Она! Не обманул Полуэктов!
Я обернулся. Зеленая книга формата А4 в его руках выглядела старой, но не старинной. Раритет, а не антиквариат, в общем. На потертой обложке золотыми буквами горела надпись:
«Сказ о Светомире-царевиче», Вячеслав Иванов
– Сказка? – удивился я. – Нас чуть не уконтрапешили из-за сказки?
– Да-а-а, – радостно закивал Иванов, и тут меня осенило: одинаковая фамилия!
– Ваш родственник написал, что ли? – не мог не спросить я.
– Дедушка, – улыбнулся он. – Великий маг был! А еще – эстет, писатель, философ, драматург, поэт. А нам с отцом так, крохи достались от его талантов. Но это пустое, пустое… Пойдемте, я дам вам деньги и подпишем все бумаги…
И я пошел за ним в гостиную.
Однако наши планы были самым грубым образом разрушены. Раздался громкий стук в дверь, и зычный голос провозгласил:
– Слово и Дело Государево! Откройте немедленно, это Сыскной приказ.
Глава 2. Благотворительность
Ярыжка, который вошел в квартиру Иванова, выглядел представительно: подтянутый, строгий шатен средних лет, гладко выбритый, коротко стриженный, с четкими чертами сухого лица. Он даже за столом сидел идеально ровно, по его осанке можно было транспортир сверять: наверняка – ровно девяносто градусов.
– Итак, господин Ивано́в… – Голос его был максимально официальным.
– Ива́нов! – погрозил пальцем Всеслав Святославич.
– И господин Ти́тов… – Нотки человеческой усталости проявились в тоне мужчины в форме.
– Тито́в! – не удержался я.
– …душу мотал!.. – почти беззвучно выругался сыскарь, на секунду прикрыл глаза, успокоился и снова ровным тоном продолжил: – Вы – хозяин квартиры, а вы – курьер, значит?
– Именно так, это моя наследственная и неотчуждаемая собственность, право на владение перешло от моего деда – Вячеслава Ива́нова, великого мага, к Святославу Ива́нову…
– История вашей семьи меня мало интересует, – строго посмотрел на него ярыжка. – Меня интересует скорее момент передачи ценного раритетного издания, библиографической редкости из подшефного царевичу Феодору Иоанновичу, многая лета жизни ему, благодетелю, магучебного заведения – в руки частного лица. Поясните?
Я сидел и тихонечко внимал. Мне самому было интересно: на фига козе баян? То есть – зачем Амосовичу курьер?
– Аренда и благотворительность, – пояснил Иванов, как ни в чем не бывало поблескивая стеклышками очков. – Может быть, вы не знаете, но Пеллинский колледж славится своими учебно-производственными мастерскими, а еще – отличной библиотекой. Среди высшего света и полусвета Ингрии полно благородных людей… И нелюдей – тоже, которые готовы помочь экспериментальному магучебному заведению, особенно если эта помощь будет еще и взаимовыгодной. Книги в аренду, с соответствующим договором, например, на месяц – для снятия полностью идентичной копии – лишь один из примеров. А вот этот рунный камень с парализующим стихийным заклинанием – взгляните, не бойтесь, он уже разряжен – тоже сделан в Пелле старшекурсниками. Это – второй пример. Внебюджетное финансирование, слыхали? Студенты и преподаватели создают во время занятий полезные вещи, продают, а деньги идут на содержание колледжа. Дешевле, чем на рынке, поскольку – сделано не дипломированными специалистами, а учащимися. Но качество не хуже. У меня есть амулет против зубной боли, хотите?
– Мне не нужен амулет против зубной боли, у нас в приказе есть своя клиника и свои дантисты. – Сыскарь не переставал помечать что-то в планшете. – А мотивы нападения? Три в одном, понимаете? Три интересанта в то же время, в том же месте…
– Вы их задержали? – поинтересовался Иванов.
– Только киборгов, – поморщился ярыжка.
– Значит, скоморох и зоотерик скрылись? Ну, так наведайтесь к ним в штаб-квартиры и вытряхните всю душу из тех, кого там найдете! – воинственно заявил Всеслав Святославович. – Никогда не понимал, почему Государь терпит этих мерзавцев!
– Юридически – нет никаких Зоотерики, Формации и Скоморохов, понимаете?! – взорвался вдруг сыскарь. – Вам лишь бы языком толочь попусту, а нам – работать в этом бардаке. Штаб-квартира… VR-клуб, скалодром и Центр инклюзивной культуры! Как вы себе это представляете? Мы вламываемся на занятие секции по скалолазанию и потрошим трудных подростков, с которыми только эти сумасшедшие акробаты и могут справиться? Этот ваш волосан с гитарой – он ведь не наш, не ингриец. Небось, из Братска или Сан-Себастьяна какого-нибудь гастролер или из другой Богом забытой дыры… А наши экстремальщики будут глазами хлопать и в разрешение от магистрата на работу секции тыкать. А вот медведя-мутанта поищем, он и до этого засветился – но не как член этой вашей Зоотерики, которая официально вообще не существует, а как наемный боевик! – Он вздохнул, успокаиваясь.
Я ему даже сочувствовал: работа у Сыскного приказа адова, в их ведении – все преступления, совершенные в разных юрисдикциях. То есть если преступник наследил в какой-нибудь юридике, а потом – в земщине, то это уже их клиент. Это же прорва дел, а в таком городе, как Ингрия, и вовсе – настоящее месиво!
– Итак, мотивы у них были? – вернулся к опросу сыскарь. – Как думаете, чего они хотели добиться?
– Как обычно – отжать жилплощадь, наверное, – пожал плечами Иванов. – На меня раз в полгода надавить пытаются, один раз даже похищали. Жилищный вопрос – страшное дело, кого угодно в мерзавца превратит. А состоявшегося мерзавца и на убийство толкнуть может. Но квартиру я никому не отдам!
– Этот тип… Ну, гитарист с волосами, – подал голос я. – Он сказал, что его только моя посылка интересует. А Всеслав Святославович – не интересует. Сказал, мол, чтоб я ему груз отдал и валил.
– А ты? – поднял бровь ярыжка.
– А я сказал, что не отдам, – ответил я.
– Это Скомороху – из Старших? – Он поднял и вторую бровь. – Силен! Ты понимаешь вообще, что это за зверь? Под эликсирами Скоморох такого уровня даже боевого мага один на один остановить может!
– Так нет никаких Скоморохов, – делано удивился я. – Юридически. Вы же сами говорили! Я увидел уличного музыканта, который стал драться с дорожными рабочими и электриком. И потом он потребовал у меня груз! И тут я был в своем праве: я курьер, и в моей должностной инструкции прописано право и обязанность доставить посылку в целости и сохранности адресату. Вот я и обеспечивал целость и сохранность.
– И ты применил магию? – уточнил сыскарь, хотя ему это было прекрасно известно и без меня.
– Именно так, применил телекинез, поскольку являюсь магом первой ступени с мая этого года. Личное дворянство имею, а стало быть, и оружие, и магию для самообороны применять могу и хочу! – отрапортовал я. – И применяю.
– Личное дворянство… Уже ударение бы в фамилии поменял, что ли, господин Титов… – посоветовал ярыжка. А потом сообщил: – Вашему куратору будет направлен полный отчет о произошедшем и администрации колледжа – тоже. Имуществу и здоровью существенный вред не нанесен, потому – на сем откланяюсь и займусь поиском преступников. Когда вы понадобитесь в качестве свидетелей для опознания – вам сообщат.
Он встал, поправил складки формы, спрятал планшет, прошел в коридор, снял с металлической руки голема фуражку, надел ее на голову, коротко откланялся и вышел. Иванов зачем-то перекрестил ему спину на дорожку, закрыл за сыскарем дверь, а затем поманил меня за собой в гостиную.
– Теперь давай наконец книгу посмотрим, – предложил он. – Я ведь вижу – ты книжный мальчик, у тебя свербит!
У меня свербело, это точно. Потому что от фолианта фонило со страшной силой. Это была настоящая Волшебная Книга, вот в чем все дело! И мне страшно хотелось в нее заглянуть. Ну а кому не хотелось бы? Я ведь должен был узнать, за что вступил в бой с представителями трех самых опасных интернациональных группировок: Формации, Зоотерики и Скоморохов (они же Арлекины, если за пределами Государства Российского).
– Открывай и читай, – взмахнул рукой хозяин, указывая на зеленый томик на зеленом же малахитовом журнальном столике. – Первое, на что взгляд ляжет.
– Предсказания? – засомневался я. – Я как-то не очень люблю все эти гадания на кофейной гуще.
Мне уже одного одноглазого орочьего провидца хватило, набормотал всякого, а мне с этим живи! Дед в гробу, которого то ли лечить, то ли не лечить, мосты какие-то…
– Не предсказания, нет… Так – ветры эфира. Давай не тушуйся. Может быть, прочтешь что-то знаковое для тебя. – Ему и вправду было любопытно, что из этого выйдет, я это чувствовал.
И я не стал тушеваться, открыл и прочел:
– «