Евгений Капба – На золотом крыльце – 2 (страница 11)

– А как будто вы еще не поняли? Те штуковины, следящие артефакты, что вы из роботов-уборщиков достали – они ведь эфирные слепки делают, верно? – Тренер снова скорчил уморительную рожу, но взгляд его оставался цепким, хищным.

– Михаи-и-ил Михайлович, вы никак старыми связями пользуетесь? – погрозил ему пальцем Полуэктов. – Ай-яй-яй!

– Да или нет? – Непростой тренер взгляда не отводил, смотрел на высокое начальство пристально.

– Да. На выпускном зафиксировали странную ментальную активность, где-то под землей, – признал директор. – И эти вражеские штуковины, и наша стационарная система дают одинаковые выкладки: у нас тут менталист завелся.

– Молите Бога, чтобы это действительно был Титов. – Мих-Мих потер лицо ладонями. – Он, по крайней мере, нормальный парень. Ладно, Ян Амосович, пойду архаровцев по домам распущу, там уже родители их приехали. Через два дня военно-хтоническая практика, а они и так в Ревеле намаялись… Мы же никому не будем говорить о наших подозрениях, верно? Колледжу ведь не нужны такие проблемы?

– Не будем… – кивнул Полуэктов. – Проблемы нам и вправду не нужны.

И тренер по кулачному бою, пожав руку директору, вышел прочь. А Ян Амосович постоял немного в задумчивости, а потом раздраженно проговорил:

– Старый кхазадский засранец! Он ведь точно знал все сразу! – а потом обошел стол по кругу, открыл ящик и достал оттуда маленькую бархатную коробочку.

Из нее на свет божий появилась изумрудная клипса, которую Ян Амосович с некоторой брезгливостью прицепил на мочку правого уха. Подойдя к зеркальной дверце шкафа, он посмотрел на свое отражение и сказал сам себе:

– Вид, конечно, сомнительный, но деваться некуда… – Мужчина распустил свои седые волосы так, чтобы ушей не было видно и клипса не бросалась в глаза.

А потом продекламировал:

– Вы с равной радостью приветствовали гром И солнце яркое, на встречу выставляя Свободные сердца!

– и лихо подмигнул своему отражению.

Как и все хорошие книжки, «Эльфийская война» слишком быстро закончилась, и я шел в библиотеку, чтобы взять почитать что-нибудь еще. У меня впереди было целых два дня блаженного ничегонеделания. Я намеревался есть, спать, ходить на турники, читать и дурить голову Кузевичу, чтобы он или привез мне смартфон из Ингрии, или взял меня туда с собой.

Кому-то хороший опричный мобильник нужен для того, чтобы фоткаться – например, девчонкам. Кому-то – чтобы играть в игры и смотреть видосы: это большей части пацанов, точно. А мне гаджет необходим, чтобы книжки читать и в сети лазить! Да в нормальный аппарат можно хоть пятьсот книжек записать, это же фантастика! Читай не перечитай! И, опять же, будь у меня сеть под рукой – я бы нашел что-нибудь про Лукоморье, потому как Константин Константинович Иголкин – дед Костя то есть – все еще оставался личностью известной и часто выступал на конференциях и семинарах, уезжал от нас. Да и баба Вася на самом деле отправлялась то курсы повышения квалификации вести, то какую-то очередную научную работу защищать. Тоже – доктор наук, между прочим! И вроде бы даже член-корреспондент какой-то там Академии. Они-то точно информационный след оставили, можно их вычислить, можно!

Но пока все мои попытки Иван Ярославович игнорировал. Зато мы один раз спарринг устроили, и, ей-Богу, Кузевич меня оттырил! Не сбрехал, получается, когда говорил, что в старшей школе участвовал в боях без правил, за деньги. Хотя, думаю, если бы мы с ним еще пару раз в ринге постояли – я бы нашел к нему подход и настрелял бы соцпеду как положено.

Я и теперь надеялся встретить Кузевича и подурить ему голову про смартфон. Если и купил бы мне кто-нибудь его (за мои деньги, понятно) – так это или он, или жена его, или Аронович. Самые адекватные взрослые в колледже! Но к Анастасии Юрьевне я соваться не хотел – осадочек еще не рассосался, а кхазад был постоянно занят на каких-то хозработах и отшивал меня раз за разом…

– Мин херц! – раздался голос из кустов. – А ну, иди сюда, дело есть!

– Людвиг Аронович! А я только про вас вспоминал! – искренне обрадовался я и стал оглядываться.

Гнома нигде видно не было, так что я пошел прямо в кусты.

– Под ноги смотри, думмкопф! – Голос его раздавался откуда-то снизу.

Я сразу не понял, в чем дело и что я вижу, а потом сообразил, что вижу кхазадскую тюбетейку внутри люка. Гном что-то там крутил-вертел, какие-то трубы и вентили.

– На двенадцать! – сказал он.

– Что – «на двенадцать»? – удивился я. – Сейчас – одиннадцать утра вообще-то!

– Дай! – В его голосе появились свирепые нотки.

– Что дать-то? – У меня в голове образовался вакуум.

– Ключ! – рявкнул кхазад.

– Какой ключ? – Я похолодел, думая, что он прознал про мою находку ключ-карты. – Людвиг Аронович, скажите прямо, чего вы от меня хотите?

– Гаечный ключ на двенадцать у тебя под правой ногой, думмкопфише идиот! Дай его мне в руку! – Его голос, усиленный акустикой подземного колодца, был подобен рыку дракона.

– А-а-а-а! – Я протянул ему инструмент и дальше стал помогать, подавая то одно, то другое.

Когда он докрутил там все, то высунулся и сказал:

– Поедем с тобой за роботиками к Цубербюлерам. Ну и покушать заедем.

– Та-а-ак! – У меня внутри начал разгораться огонек азарта. – У меня – предварительное условие!

– Ва-а-ас? Какое условие, мин херц? – напрягся гном.

– Хочу порулить тем желтым роботом! – выдал я.

Лейхенберг медленно выпустил из себя воздух.

– Ну, это можно устроить, – облегченно проговорил он.

Договор подряда на погрузку-разгрузку робототехники никто на сей раз не заключал: в колледже как-то привыкли, что я тусуюсь с Ароновичем, так что обязали только сообщить опричникам. Но и опричники реагировали вяло: знакомый квадрокоптер просто приземлился на крышу кхазадского шушпанцера и лежал там почти все время поездки, только пару раз взлетая и обозревая окрестности.

Лейхенберг откровенно отдыхал: я вел машину, он – ел беляши из целлофанового пакета и чесал пузо, глядя в окно.

– Там это… – наконец изрек он, поковырявшись ногтем между зубами. – Гутцайт снова просит помочь.

– Я уже понял, – покосился на него я. – Все, теперь без анамнеза не работаю. И байки про кошкодевочек мне не травите.

– Да была кошкодевочка! – возмутился гном. – Ты что, не веришь мне?

– О! – Я поднял палец многозначительно.

– Что – «о!»? – удивился Людвиг Аронович и даже как-то подобрался на пассажирском кресле.

– То самое! – Я решил и дальше делать загадочный вид. – Как думаете, могу я узнать правду, если захочу? Вот например: хотите, я спрошу вас, умеете ли вы собирать и разбирать ручной пулемет SIG Neuhausen KE-7, и сто из ста пойму – правду или ложь вы мне ответите?

– «Нейхаузен» – говно, а не пулемет, чего там разбирать это старье-то, смех один: два прихлопа, три притопа… – возмутился гном, а потом закрыл рот и посмотрел на меня очень внимательно.

Похоже, его проняло. Кхазад сидел, выпучив глаза, некоторое время, а потом проговорил:

– Ну, я уже договорился с Цубербюлерами, они тебе дадут порулить тем роботом. Во дворе. Поддоны потаскаешь, пустые, – и добавил: – Мин херц, ты же знаешь, что я твой лучший друг сейчас?

– Ага, – сказал я. – Мне нужен полный анамнез следующего пациента. Я в такое дерьмо, как с Митрофанушкой, больше не впрягусь. И договор заключать будем.

– Матерый стал! – восхищенно покивал он. – Быстро ориентируешься. Там на самом деле все очень просто: кузина приехала к Сигурду Эриковичу, тоже – Гутцайтиха, откуда-то с Полесья. У нее профессиональное выгорание. Посмотришь?

– А кем работает? – заинтересовался я.

– Директором школы, – откликнулся он.

– Ужас, – сказал я. – Матерая дичь. А можно еще одного паразита? Ладно, ладно, посмотрим, что у нее там…

– А какой договор? – уточнил гном. – Давай я сразу Сигурду Эриковичу по сети сброшу, чтобы он бланк подготовил.

– На оказание консультативных услуг по наведению порядка в личных библиотечных фондах! – отчеканил я. – Так и станем деньги проводить.

И пускай хоть сам Приказ Большой Казны по мою душу ярыжек высылает – я ни разу нигде не сбрехал! Мне пофиг!

Людвиг Аронович только крякнул и стал тыкать жирными беляшными пальцами в экран телефона – строчил сообщение Сигурду Эриковичу. Мы должны были приехать к нему часа через два, вместе с роботиками в кузове, и я уже фантазировал себе, как буду выплясывать на том большом желтом роботе.

И, кстати, не зря. Братья – Фриц и Ганс Цубербюлеры – встретили меня как родного. Они уже знали о моем интересе к технике и предложили легкий вариант: пока они будут пить чай с Лейхенбергом и грузить наших уборщиков – я погоняю на тренажере, в VR-очках, минут двадцать. А потом уже сяду в кабину желтого великана. Я так и сделал: на тренажере я грузил рельсы и блоки и чинил опоры моста, орудуя джойстиками. Вот что значит – интуитивно понятный интерфейс! Повинуясь моим движениям, манипуляторы робота так и мелькали, а деловитое гудение сервоприводов здорово поднимало настроение, даже при полном понимании того, что это – виртуальная реальность.

Так что когда я уселся в удобное кресло, которое мигом перестроилось с кхазадских габаритов на человеческие, то уже уверенно взялся за управление и спросил у Ганса Цубербюлера, который командовал моими действиями через динамики в кабине:

– Что делаем?

– Поддоны грузим! Марш на задний двор!