Евгений Ильичев – Последний контакт 2 (страница 7)
Картер с удивлением посмотрел на полковника.
– Что смотришь, Картер? – насмешливо спросил полковник, глядя на старпома абсолютно трезвым взглядом. – Вот скажи, ты хорошо знаком с теорией естественного отбора?
– Не особенно. – Ответил заинтригованный старпом.
– Я, собственно, тоже, но основной принцип нам с тобой известен – сильнейший выживает, слабый не выживает! На каждого хищника, всегда найдется хищник более сильный – на этом стоит мироздание. Но, все меняется, когда кто-то из хищников получает интеллект! Этот хищник становится непобедимым! У него не остается конкурентов. И вот такой хищник-интеллектуал забирается на самую верхнюю ступень пищевой пирамиды. Это мы с тобой, Картер, на этой вершине! Мы оглядываем окрестности и не видим себе противников. Но природа дает о себе знать. Она толкает нас на поиски конкурента! И мы начали такие поиски. Мы ищем конкурентов в космосе, на других планетах… Ну, пока не удачно. И скажи мне дружище, для чего мы ведем эти поиски? Ты мне, конечно, ответишь: для установления связей с другими мирами, для осуществления контакта с иным разумом?! Хрень собачья, отвечу я тебе! Мы ищем жертву, которую еще не победили! Чтобы уничтожить, разорить и подняться еще на одну ступень пищевой пирамиды! Вот для чего, Картер, мы с тобой болтаемся в космосе.
Полковник снова взялся за бутылку. Посмотрел сколько осталось. Вздохнул и налил в свой стакан. Старпом с изумлением смотрел на полковника, не понимая куда тот придет в своих рассуждениях. Полковник выпил. Поставил стакан и снова уставился на Картера.
– И вот, Картер, мы летим в неизвестную даль, якобы руководствуясь теми самыми интересами, о которых нам постоянно поют наши боссы, конечно с самими благими намерениями. А по факту для того чтобы овладеть ценными технологиями, если таковые там найдутся, и не дать овладеть ими нашим оппонентам. С теми же «благими» целями туда летят и китайцы, и русские, которые вообще заявили о благородной спасательной миссии. Но, дело в том, что в этом пуле есть лишний шар, в прямом и переносном смысле. Шар, или Объект, скорее всего, является космическим кораблем инопланетного происхождения. А сидит в этом шаре кто, Картер? – Палец полковника уперся в грудь старпома. Картер невольно почувствовал себя курсантом на экзамене.
– Инопланетянин? – с нотками нерадивого ученика предположил Картер, потом догадавшись, закончил мысль полковника, выдохнув, – …хищник!
– Бинго!!! – закричал полковник Шарп. – Хищник, Картер! Такой же хищник-интеллектуал, который ищет себе противника, чтобы сожрать его! Только этот хищник намного превосходит нас технологически, и шансов одолеть его, у нас нет никаких.
Полковник Шарп налил остатки спиртного в свой стакан, посмотрел критически на едва закрывающую дно стакана жидкость, бесцеремонно цапнул стакан Картера и вылил содержимое в свой. После чего отсалютовал бокалом и опрокинул содержимое в рот.
– Вот как всё будет, Картер, – вновь став хмельным, устало произнес полковник Шарп. – Конечно, при условии, что в точке «Рандеву» действительно находится инопланетный корабль, а не куча замершего дерьма, которую со страху наделал тот экипаж русского рудовоза.
Полковник Шарп откинулся на спинку кресла, его глаза стали смыкаться, с каждым разом все медленнее и медленнее. Картер неприязненно смотрел на полковника. Кто вообще ему позволил проносить на борт спиртное? Насколько Картер знал, даже у русских водка на борту была под строжайшим запретом.
– Иди, мальчик… – вдруг тихо произнес Шарп. – Служи своей родине, целуй свой полосатый флаг и не забудь после им же подтереться. И забери это, – полковник протянул Картеру пустую бутылку. – Я хочу хорошо выспаться перед криосном. Может, даже блевану на себя. Разбудишь меня завтра в это же время.
–Есть, сэр, – сухо ответил Картер и поднялся.
– И да, никому не говори о моей маленькой слабости. Я взял только эту бутылку. Больше такого не повторится.
Картер вышел из каюты. Он не понимал полковника и поэтому его недолюбливал. В его, Картера, мире были понятия долга, чести, сверхцели и исключительности американской нации. Если государство приказало им погибнуть, значит, для того есть причина. Значит, они погибнут. Погибнут и станут героями Американского континента. Героями всех СГА. Да, во имя тех самых национальных интересов, над которыми насмехался полковник Шарп. Да, во имя полосатого флага! (И не взирая на то, что полос на нем поубавилось). Картер не мог понять, как могли назначить руководителем миссии этого алкоголика. Все на флоте знали, что полковник Сидни Шарп был прекрасным стратегом. Однако, по мнению Картера, ключевое слово тут «был». Сейчас старпом видел перед собой старого, лысеющего, обрюзгшего мужчину. Человека, опустившегося, заливающего свой страх алкоголем.
Когда Картер ушел, полковник Шарп еще какое-то время сидел в кресле, тупо пялясь в стену.
– К черту все!
Шарп медленно поднялся, шагнул к своей койке и рухнул на нее. А затем внезапно расхохотался. Смеялся полковник долго и заразительно. Его позабавила мысль о том, что он единственный, кто изначально знал, на что идет, и смог протащить с собой эту бутылку виски. Полковник представил, в каком состоянии сейчас находятся капитаны русского и китайского крейсеров, и развеселился еще сильнее.
Глава 4
На крейсере «Юкко» раздалась команда:
Ваэрр проверил те системы, за которые отвечало его подразделение, и коротко доложил:
– Энергетическая установка в норме. Все системы работают в штатном режиме.
В голове его проносились многочисленные доклады коллег. Корабль готовился к старту. Ваэрр вспомнил последние ощущения от работы со своим аватаром на корабле. Подумать только, его коснулась рука инопланетянки. Ощущения были странными. Рука этого существа была горячей, от человека пахло железом и страхом.
«Интересно, – подумал ваэрр, – как бы она пахла тут, на Сцерне?»
Вопрос был отнюдь не праздным. На крейсере «Юкко» аватары ваэрров работали в воздушной среде. В условиях длительного космического полета было нецелесообразно воссоздавать естественную для ваэрров среду обитания – воду. Это существенно увеличивало массу корабля и затрудняло работу по поддержанию гомеостаза. Людям в этом плане было проще. Для этой миссии ученым ваэрров пришлось вывести специальных аватаров, способных дышать кислородно-азотной смесью. Благо земляне уже выдали все свои секреты, и ваэрры понимали, какими будут условия обитания на их планете.
С другой стороны, размышлял ваэрр, тут, на Сцерне, этот человек попросту захлебнется и умрет. Пахнуть будет скверно, решил ваэрр, и приготовился к запуску маршевых двигателей. Отсчет уже шел.
Внезапно его внимание привлек рапорт службы безопасности. На челноке, который земляне использовали как транспорт, произошел взрыв. Его относило к корме «Юкко». Сотрудники СБ сперва решили, что челнок неуправляем, однако вскоре выяснилось, что он способен двигаться и корректировать курс. Было решено провести визуальный осмотр подозрительного челнока при помощи дронов. На борту его был обнаружен один выживший, доложили наблюдатели. Он вышел в открытый космос, добрался до сопел «Юкко» и пытается повредить обшивку.
Ознакомившись с докладом, ваэрр задумался. Что движет этим человеком? Он же представитель высшей формы жизни. Да, безнадежно отсталой, но, тем не менее, высшей. Он не может не осознавать, что его действия не причинят крейсеру вреда. Зачем тогда он изображает бурную деятельность? Ваэрра кольнуло дурное предчувствие.
«Что с грузом рудовоза?» – послал он мысленный запрос службе безопасности.
И тут же получил ответ: «Груз в сцепке с челноком».
Так, и зачем людям понадобилось перецеплять груз? Пошел обратный отсчет.
И только сейчас ваэрра осенило: человек не пытается повредить их крейсер, он отвлекает на себя внимание! Но зачем? Груз! Должно быть, этот груз…
– Немедленно прекратить процедуру! – закричал ваэрр по всем каналам связи, но было уже поздно.
Тут же лавиной посыпались сообщения о критических повреждениях.
Сообщения мелькали одно за другим, ваэрр лихорадочно переключался между системами управления. Связь прерывалась. Поступил сигнал о выходе из строя главного реактора «Юкко». Связь могла оборваться в любой момент.
Ваэрра объял неописуемый ужас. Неужели людям удалось их провести? Да как такое вообще… Он быстро взял себя в руки. Если оборвется связь, они уже ничего не смогут сделать. Он выплыл из-за своего терминала и улегся в капсулу дальней связи. Секунда – и его аватар открыл глаза на «Юкко». Ваэрр оценил обстановку – она была критической. Крейсер трясло, сообщения о системных повреждениях поступали пачками. Аватар ваэрра быстро перевел управление системами связи на себя и с ужасом осознал, что опоздал. Каскад критических ошибок выводил из строя все системы корабля. Сработала автоматика. «Юкко» переходил в режим ожидания. Реактор затухал.
Консервация крейсера займет некоторое время, думал ваэрр. ИИ корабля уже взял управление на себя и сделает все, для того чтобы крейсер выжил. Связь… Все упиралось в систему дальней связи. Если накроется и она, с кораблем уже ничего нельзя будет сделать. Тысячи лет непрерывной кропотливой работы по поиску нового дома пойдут прахом. Сотня аватаров, находящихся на «Юкко», без связи с домом окажутся бесполезными и попросту погибнут.