Евгений Хитряк – Нормандия 1944. Битва за плацдармы (страница 59)

«Видя, что у AVRE ничего не выходит, я направил танк к подножию ведущей на вершину мола бетонной рампы, перекрытой стальной конструкцией, известной как «элемент С». Мы выпустили фугасный снаряд в угол ворот, подкорректировали прицел и стали делать выстрел за выстрелом, пока эти проклятые ворота не разлетелись вдребезги. Тогда мы отошли назад и позволили AVRE подняться по рампе, чтобы сдвинуть обломки ворот и открыть проход наверх. Но тяжелый AVRE соскользнул одной гусеницей с рампы и опрокинулся на бок. Второй AVRE сумел столкнуть фрагменты ворот и пошел вперед, но налетел на мину на самой вершине бетонной стены. Я выскочил из танка и прицепил трос к заднему буксирному крюку поврежденного танка. С большим трудом нам удалось стащить его вниз, но при этом мы зашли слишком глубоко в прилив, и вода залила нам двигатель… Я дал сигнал Джоку и второму тральщику следовать по рампе и начать траление вглубь берега, после чего отдал приказ экипажу: «Покинуть машину».

Между тем, рота «А» канадских стрелков высадилась среди дюн западнее деревни Берньер и быстро покинула пляж, но у железнодорожной линии попала под плотный минометный огонь. В течение 15 минут почти 50 % личного состава оказалось выведено из строя. Взводы перемешались, и солдаты вынуждены были действовать небольшими сборными отрядами, часто на свой страх и риск, поскольку командиры были убиты или ранены. С прибытием на берег танков кавалерийского полка форта Гарри ситуация стала постепенно улучшаться. «Шерманы» прикрыли огнем солдат роты «В», что позволило пехоте подойти вплотную к огневым точкам опорного пункта и приступить к его зачистке. Это сразу же ослабило минометный огонь по порядкам роты «А», и уцелевшие отряды устремились к восточной окраине деревни Берньер. В 08.30 прибыли резервные роты батальона. В ЖБД подразделения указано: «Несколько десантных барж с солдатами рот «С» и «D», а также элементами передового штаба подорвались на минах при подходе к берегу. Однако, в целом, высадка прошла без значительных сложностей, и пехота сразу же направилась к своим целевым объектам». Надо понимать, что фраза «без значительных сложностей» вовсе не означала «без потерь». Пляж все еще находился под огнем, и, как вспоминал один из солдат роты «D», «морская вода в полосе прибоя был красной от крови». Тем не менее, следующая запись указывает, что «в 09.00 штаб батальона прибыл на берег, вступил в контакт с передовой штабной группой и направился в город, где оборудовал временный КП в доме с координатами 994854… Спустя некоторое время выяснилось, что кафе в нескольких сотнях ярдов от пляжа не только открыто, но и продает вино всем желающим».

Второй штурмовой батальон 8-й бригады высадился двумя штурмовыми ротами с еще большим отставанием от графика — в 08.10. Опорный пункт WN27, расположенный в обращенной к морю части деревни, контролировал берег огнем 50-мм орудия, установленного в каземате на краю мола, и пулеметов и минометов с позиций вдоль границы пляжа. Несколько прибрежных вилл были укреплены и превращены в огневые точки. Как и в Берньер, вдоль берега проходила высокая бетонная стена с несколькими естественными разрывами. Она формировала первую преграду для десантных сил. На первом этапе роте «А», высаженной на правом фланге сектора, предстояло зачистить берег и захватить западные подходы к деревне Сент-Обен. Подразделения роты сразу же попали под плотный огонь, но достаточно быстро переместилась под защиту мола. Более значительные потери рота понесла от мин и ловушек, установленных за пляжами. Это не помешало роте «А» достаточно быстро выполнить поставленную задачу и войти в контакт с высаженной справа ротой «С» батальона личных канадских стрелков Королевы. В секторе ответственности роты задачи первой фазы высадки (цель «Ю») были достигнуты к 09.48 при общих потерях в 25 человек.

Роте «В» предстояло штурмовать опорный пункт, защитников которого разведка союзников весьма оптимистично оценила, как «войска численностью до взвода и чрезвычайно низкой категории, снятые с восточного фронта и пополненные некоторым количеством поляков и русских, одним словом, слабо подготовленные и с низким боевым духом». Начальный этап штурма дотов опорного пункта был возложен на танки DD и инженерные машины. Пехота, по плану, должна была прибыть в тот момент, когда фронтальный огонь по берегу уже был бы подавлен, а выходы с пляжей захвачены. Однако бронетехника прибыла слишком поздно, кроме того, несколько танков были подбиты, едва только выбрались на пляж. Пехоте понадобилось почти все утро, чтобы нейтрализовать опорный пункт. Заместитель командира роты «В» капитан Билл Харви описывал действия своих солдат:

«Мы подобрались к низкопрофильному проволочному заграждению, и вперед пошли бойцы с бангалорскими торпедами. Прогремел мощный взрыв, а когда пыль и дым рассеялись, мои парни помчались в брешь в проволоке, но сразу же оказались на минном поле, которое не было указано ни на одной из карт».

Быстрого рывка не получилось, и вскоре, как вспоминал лейтенант Ричардсон, «снайперский огонь из бетонных сооружений стал приобретать деморализующий эффект, мы теряли одного человека за другим, не имея возможности что-то предпринять в ответ». Особую проблему составляло 50-мм противотанковое орудие в каземате на вершине мола, которое доминировало над восточной частью сектора «Нэн Рэд». Оно терроризировало берег в течение 45 минут, уничтожив по меньшей мере четыре танка, но, в конце концов, само пало жертвой огня танковых орудий. В захваченном каземате было обнаружено более 70 стреляных гильз, очевидно демонстрируя, насколько решительно был настроен расчет. Вряд ли этих бойцов уместно было называть слабо подготовленными и плохо мотивированными.

Как только орудие было подавлено, бронетехника и пехота пошли на штурм опорного пункта. В какой-то момент над сооружениями поднялись белые флаги, но, когда канадцы попытались приблизиться, противник вновь открыл огонь. Тогда пехота позволила танкам AVRE продемонстрировать мощь своих «петард». Спустя буквально десять минут снова взвились белые флаги, но, как записано в ЖБД батальона северного побережья «солдаты батальона не поддались на эту уловку. В ход пошли гранаты и штыки, и позиция была зачищена быстро и безжалостно». Потребовалось два часа, чтобы тщательно взять под контроль главную позицию и подземные галереи. Четыре офицера и 75 солдат были взяты в плен, почти 50 — убиты и ранены. Было очевидно, что разведка серьезно просчиталась в оценках численности противника. В ЖБД батальона указано: «В 11.15 спустя 4 часа и 5 минут после высадки зона штурма была зачищена и один из бастионов Атлантического вала, возводимого 4 года, был полностью нейтрализован». В официальной истории канадской армии, однако, указано, что полная нейтрализация опорного пункта была закончена только к 18.00, когда сдались последние скрывавшиеся в подземных казематах немецкие солдаты.

Солдаты резервных рот батальона — «С» и «D» — ожидали в десантных баржах у побережья и «наблюдали за действиями рот «А» и «В» и трех или четырех танков поддержки, но не могли составить ясного мнения о степени вражеского сопротивления из-за дыма и огня, охватившего населенный пункт». Когда поступил сигнал на высадку, рота «D» достаточно быстро зачистила южную часть Сент-Обен, а рота «С» выступила к своей цели — деревне Тайвиль.

48-й батальон Королевских военно-морских коммандос

Сразу за батальоном Северного побережья в 08.43 в сектор «Нэн Рэд» прибыли шесть малых десантных судов с солдатами 48-го батальона Королевских военно-морских коммандос и штабом 4-й бригады специального назначения. Задача батальона состояла в том, чтобы продвинуться из Сент-Обен в восточном направлении к участку «Сворд» на соединение с наступающим навстречу 41-м батальоном коммандос. Промежуток между участками «Джуно» и «Сворд» был чуть меньше 8 км и включал в себя прибрежные курортные деревни Лангрюн-сюр-Мер, Люк-сюр-Мери Лион-сюр-Мер. План, разработанный командиром батальона подполковником Моултоном, выглядел следующим образом:

«Подразделение высадится сразу за левофланговым батальоном канадцев, повернет налево и зачистит пляж вдоль береговых рифов и затем войдет в контакт с 41-м батальоном коммандос, который будет делать то же самое, двигаясь навстречу, из зоны высадки 3-й британской дивизии. Мы должны встретиться в группе зданий на потоке, проходящем через деревню, Люк-сюр-Мер. Эскадрон легких судов поддержки будет работать вдоль берега, поддерживая нас. Поскольку наш транспорт не будет доступен в течение первого дня высадки, мы должны взять с собой максимальный запас боеприпасов, снаряжения и взрывчатки. Мы складируем все это в Сент-Обен, после чего, легко экипированные, направимся по дороге параллельно берегу в Лангрюн. Деревня станет нашей перевалочной базой, и оттуда мы займемся зачисткой береговых укреплений с тыла».

При первом же контакте с врагом этот простой и красивый план рассыпался, как карточный домик. Опорный пункт в Сент-Обен не был подавлен огнем с моря, и первые серьезные потери коммандос понесли еще до высадки. Подполковник Моултон вспоминал: