Евгений Горохов – Преданье тёмной старины 2. Кыпчакский поход (страница 2)
В центре столицы располагался ханский дворец, по бокам к нему примыкали два прямоугольных каменных здания. В левом хранились вино и съестные припасы для хана, его гостей и свиты. В правом здании находилась ханская казна. Там в сундуках лежали золотые и серебреные монеты, драгоценные камни. Всё добро требовало учёт, эти обязанности лежали на Чинкае, как на правом министре. Конечно, он не сам считал золотые монеты в сундуках, тюки шёлка, кувшины с вином и сладким шербетом. Для этого были битички,25 они вели учёт.
Позади «Тумэн Амгалан» Чинкай выстроил дворец для себя. Он был скромнее ханского, рядом располагалось каменное здание, где сидели битички правого министра. Далее следовал квартал хорезмийских и уйгурских купцов, базар. Там можно купить: китайский шёлк из Ханчжоу, персидские ковры из Гиляна, сладкие итальянские вина из Тосканы. Около базара стояла мечеть.
Перед дворцом «Тумэн Амгалан» находилась юрта Угэдэя, дальше юрты его жён и сыновей, брата Чагатая и многочисленных племянников. За юртами ханской родни располагался дом начальника великой имперской канцелярии. Елюй Чуцай воспитывался во дворце китайских императоров, потому жилище его было выстроено в стиле сыхэюань. В домах внешнего квадрата находились помещения, в которых сидели писцы (битички), кухня и комнаты для прислуги. В зданиях внутреннего периметра, покои Елюй Чуцая и его семейства, библиотека, зал для приёма гостей, комната для посетителей.
Придя домой, Елюй Чуцай бросил на ходу секретарю:
– Передай Ягун-черби, я жду его в зале Раздумий, – секретарь поклонился, и отправился выполнять приказ своего господина, а Елюй Чуцай пошёл в зал, где совещался со своими приближёнными.
***
Ягун-черби26 вошёл и согласно китайскому этикету, сделал глубокий поклон на север, хотя Елюй Чуцай стоял в центре зала. В ответ начальник великой императорской канцелярии сделал кивок на восток. После чего он подошёл к ковру, где лежали красные атласные подушки, сел на одну из них. Другую подушку поправил, в знак глубокого уважения к собеседнику. Ягун-черби сел на неё. Он был одет как знатный монгол, в белый шёлковый халат, расшитый золотыми нитями. На вид ему было лет тридцать. Высокого роста, широкоплечий, кожа светлая, а глаза голубые.
– К хану прибыл гонец, – Елюй Чуцай взял пиалу с чаем и подал её Ягун-черби.
–Я не достоин такой чести, пить чай из рук самого чжун шун лина, – приложил руку к груди Ягун-черби. Согласно этикету, следовало отказываться три раза.
– Ты многого достиг, не теряя чести, – Елюй Чуцай слегка качнул рукой, в которой держал пиалу. Этот жест означал, что дальнейшее соблюдение придворного ритуала излишне.
Ягун-черби взял пиалу из рук Елюй Чуцая. Монголы, воюя в Китае, полюбили чай. Они пытались выращивать чайные кусты в степи, но они не прижились. Монголы стали делать чай из травы бадан, которой в степи было много. При этом, чай они готовили своеобразный, добавляя туда молоко, соль, сливочное масло и бараний жир.
Чай из Китая был очень дорогой, потому монголы (от простого пастуха до знатного нойона), пили бадан-чай. Однако Елюй Чуцай воспитанный в китайских традициях, любил зелёный чай.
– В Каракорум приехал Берке, он сообщил, что Майтан-бий убедил башкирских биев склонить голову пред ханом Угэдэем, – Елюй Чуцай сделал маленький глоток чая. – Теперь ничто не мешает монголам дойти до Шарукани.27 Кыпчаки враги Монгольского Улуса, и они не дадут нам жить спокойно. На ханском совете решили покончить с ними.
– Для того чтобы добраться до Шарукани, нужно пройти Булгарское ханство и Русь, – покачал головой Ягун-черби.
– Берке сообщил, что Майтан-бий договорился с Пургешем, князем мокши. Тот согласен склонить голову под властью монгольского хана, – Елюй Чуцай поставил пиалу на столик. Он погладил бороду: – Пробовал Майтан-бий договриться и с Пургазом, князем эрзя. Однако тот отказался подчиниться нам. Тем хуже для него.
– Я слышал, что эрзя и мокша враждуют между собой, – Ягун-черби сделал глоток чая.
– У тебя верные данные, – кивнул Елюй Чуцай, – башкиры и мокша помогут нам одолеть эрзя. К тому же башкиры и мокша союзники булгарского хана, без них его войско слабо.
Елюй Чуцай улыбнулся:
– Мусульмане хорошие торговцы, но плохие воины. Монголы одолеют Булгарию.
– Но дальше Русь! Там много хороших воинов.
– Ты не забыл Ягун-черби свою Русь, – улыбнулся Елюй Чуцай.
Пятнадцать лет назад Ягун-черби звали Яковом, и жил он в маленьком городке Москва на окраине Владимирского княжества. Якову с двумя друзьями, Алёшей и Ефимом, пришлось бежать из Москвы. Они оказались в половецкой орде хана Бачмана. В 1222 году тёмник Субэдэй-богадур повёл два монгольских тумэна на аланов. Царь аланов Хас попросил помощи у кыпчаков. Орда Бачмана в составе половецкого войска отправилась воевать с монголами. Пошли на войну Яков, Ефим и Алёша. В стычке с монголами все трое угодили в плен, а потом судьба разлучила друзей. Алёшу и Ефима монголы продали в рабство арабскому купцу. Тот увёз их в Египет и продал на невольничьем рынке. Яков остался у монголов. Сначала он был нухуром в тумэнэ Субедея, а потом познакомился с Елюй Чуцаем. Тот, узнав, что он русский, взял его к себе.
– Недавно я беседовал с купцом из Бухары. Он торгует на Руси, – Елюй Чуцай взял пиалу со столика. Сделал глоток чая: – Купец сказал, что между русскими нет мира. Их князья воюют друг с другом. В таком случае, мы перебьём их поодиночке.
Елюй Чуцай усмехнулся, заметив, как дрогнуло лицо Якова.
– Испугался?
– На Руси у меня остались родители, братья и сёстры.
– Да, есть чего опасаться, – вздохнул Елюй Чуцай. Он допил свой чай: – Будем надеяться на благоразумие русских князей. Однако гораздо страшнее сабли нухуров, алчность купцов. Едва великий хан принял решение о западном походе, Абдурахман послал гонца к Махмуду Явлачу. Купцы могут уговорить Угэдэя, отдать им на откуп сбор дани на Руси. Они пытались это сделать в Китае, но я помешал им.
– Что же делать?!
– Ты поедешь на Русь баскаком.28
– Я поеду вместе с войском?
– Нет, вначале тебе нужно будет съездить в Египет. В нашем войске тринадцать тумэнов.29 Из них шесть нужно держать в Китае, чтобы там был порядок. Тумэн кешиков охраняет Каракорум. Четыре тумэна в войске нойона Чармогана, о них мы поговорим позже.
– Двумя тумэнами идти в поход на Волжскую Булгарию и Русь?!
– К нам примкнут башкиры и мокша, – улыбнулся Елюй Чуцай. Он кивнул: – Да, мало войска. На ханском совете принято решение, собрать курултай. Там объявят решение: в каждой кочевой семье забрать старшего сына. Это даст ещё четыре тумэна.
– Всё вместе составит шесдесят тысяч воинов, этого недостаточно!
– Субэдэй-богадур говорит, что если башкиры будут с нами, то этого войска вполне хватит, – развёл руками Елюй Чуцай.
Монголы воевали с башкирами четырнадцать лет. Начали ещё при Чингиз хане, однако успехов добиться не могли. Башкирские племена, уклоняясь от сражений, уходили в леса, а монгольские нухуры в них себя чувствовали неуверенно. Впрочем, Чингиз хан не ставил целью покорить башкир, ибо в то время его больше беспокоил Джелал ад-Дин, который собирался вернуть себе земли отца – хорезмшаха Мухаммеда.
Джучи – старший сын Чингиз хана, получил от отца земли на западе Монгольского Улуса. Свою ставку Джучи основал возле озера Гаган.30 Северные владения хана Джучи простирались до реки Яик.31 На другом берегу реки земли башкирского хана Майтан-бия. Джучи был мудрый правитель и миролюбивый сосед. Он подружился с башкирским ханом.
Башкиры – мусульмане, а третий сын Джучи, Берке, тоже мусульманин. Он рождён от хорезмийской царевны Султан-хатун. По заданию отца, Берке сблизился с Шакмуллой, старшим сыном Майтан-бия. Они побратались, став андами (побратимами), а по кочевым обычаям, это ближе кровного родства.
В 1226 году Джучи на охоте упал с лошади и разбился насмерть. Улус Джучи по решению Чингиз хана перешёл к его второму сыну Бату.32 Чингиз хан всего на полгода пережил своего старшего сына Джучи.
Хан Бату продолжил миролюбивую политику отца, склоняя башкир на сторону монголов. В 1235 году это принесло свои плоды, о чём он уведомил Угэдэя, послав к нему своего младшего брата Берке.
– Что я должен делать в Египте?
– Джелал ад-Дин мёртв, – Елюй Чуцай погладил бороду, – до нас доходят вести, что многие хорезмийцы из его войска ушли на службу к султану Египта Аль Камилю. Египетское войско состоит из мамлюков,33 и больше чем на половину это кыпчаки, а они враги монголов. Хорезмийцы тоже наши враги. Объединившись, они могут заставить султана Аль Камиля выступить против Чармогана, который находится в Персии. Твоя задача не допустить выступления египетского войска против тумэнов Чормогана.
– Понял, – кивнул Яков.
– Если добьёшься, чтобы Аль Камиль не выступил против Чормогана, я смогу уговорить хана Угэдэя послать тебя баскаком на Русь. Ты спасёшь свою родину от разграбления и опустошения, алчными хорезмийскими купцами, также, как я спас свою.
***
В мае 1235 года на берегах реки Онон34 собрался курултай монгольских нойонов, ханов и темников. Великий хан Монгольского Улуса Угэдэй провозгласил:
– Чингиз хан говорил: «Война кончается с разгромом врага». Кыпчаки последние наши враги, пока они не разгромлены, не может быть спокойствия в Монгольском Улусе.