Евгений Горохов – Большая игра (страница 2)

– Признаков психического расстройства у него обнаружено не было, – возразил доктор. – После госпиталя он был переведён в другое место службы. Больше голосов не слышал. Что касается дембелей, он сам был старослужащим. Из всего этого следует один вывод – мозг человека неразгаданная тайна.

– Очень интересно, – поддакнул я.

– Правда все эти сведения вряд ли вам помогут в вашем расследовании, – заключил Велесов.

– А тут нечего расследовать, – улыбнулся я.

– Следовательно, можно сказать, ваша миссия закончена?

– Да это так.

– Хорошо, – кивнул Владимир Семёнович. – Взгляните, песок ещё не весь вытек, следовательно, время у нас есть. Извините Игорь Дмитриевич, но мне хотелось бы задать вам нелицеприятный вопрос.

– Валяйте.

– У вас проблемы с алкоголем?

– Как и у всех. А к чему этот вопрос?

– У вас усталый вид.

– Суточное дежурство, потому и вид помятый.

– Вам нет ещё и тридцати, следовательно, организм легко должен справиться с таким испытанием как бессонная ночь. По цвету вашей кожи и белков глаз легко можно догадаться, о вашем пристрастии к алкоголю. Вам следовало бы отказаться от этой пагубной привычки.

– Полностью с вами согласен, но, к сожалению, в данный момент я к этому не готов. После развода с женой, дома меня ждёт лишь кот Тимофей. Пусто как то в квартире, вот я и пристрастился к пиву. После него хорошо сплю, а иначе уснуть не могу.

– Знаете, Игорь Дмитриевич, вы мне симпатичны, и я попытаюсь вам помочь.

– Каким же образом?

– Проведу сеанс гипноза. У вас значительно уменьшится тяга к спиртному. Если вы не хотите полностью от него отказаться, то, во всяком случае, употреблять его будете меньше. Усаживайтесь удобнее, приступим.

Всю обратную дорогу я ехал в приподнятом настроении, и словно дурачок, блаженно улыбался. Хорошо, водитель дежурной машины, смотрел за дорогой, а то бы бог весть, что подумал обо мне. Едва я вошёл в дежурку, ко мне подскочил Шмонов:

– Ну, Гоща вовремя же вы приехали! На помойке, Космонавтов 12 труп криминальный.

– Кто сообщил?

– Один из жильцов позвонил, спозаранку ходил мусор выкидывать. Из отдела милиции «Танкодром» как раз собачку по следу привезли. Так что вы с кинологом прямо туда езжайте, а потом я опергруппу, и медика с прокурором подвезу.

Всякая насильственная смерть – мерзость. Умереть же на помойке, такого, пожалуй, и врагу не пожелаешь. Беднягу притащили к мусорным контейнерам ещё живого, он пытался ползти, да так и умер от потери крови. От ближайшего дома, по земле, тянулся кровавый след. По нему мы и пошли с кинологом.

– Давай я собаку вперёд пущу, – предложил тот.

– Зачем? – удивился я. – По кровавому следу.

– Нам нужны раскрытия по следу.

– Ну, коли так, пойдём делать тебе «палку», – согласился я.

– След Аракс, – скомандовал кинолог, и пёс рванул вперёд.

У первого подъезда крови не было видно, но была она у следующего подъезда. Кинолог подвёл Аракса туда. Кровавый след явно вёл по второй подъезд, однако пёс лез в соседний, первый подъезд. Кинолог волоком доставил Аракса обратно, но пёс упрямо тащил нас в крайний подъезд. Как не сопротивлялся Аракс, однако его всё же приволокли к нужной квартире, где были ясно видны капли крови.

– Стань сбоку, – сказал я кинологу. – Мало ли…

Дверь открыла всклоченная личность, с лицом явно не обезображенным интеллектом.

– Привет Лёлик, – поздоровался я с ним, и, оттолкнув, прошёл в квартиру.

Лёлик в отделе был личностью известной. Он явно не дружил с головой. Работал сторожем в гаражном кооперативе, а свободное время проводил в опорном пункте с участковыми. Те рады таким помощникам. Повестку ли отнести, или за водкой сбегать – всегда есть свободные ноги.

– Вы чего спозаранку? – зевая, поинтересовался Лёлик.

–Ты один дома? – спросил я.

– С отцом, – ответил Лёлик.

– А где третий? – поинтересовался кинолог.

– Ушёл, – Лелик снова зевнул. – А откуда вы знаете, что был третий?

– Вон у тебя три стакана на столе, – пояснил кинолог.

– Ванька кто там? – заорал из спальни отец.

– Милиция, – пояснил Лёлик.

Отпираться Лёлик не стал, и тут же написал явку с повинной: история самая обычная, сидели втроём, выпивали. Гость стал хамить отцу. Такого Лёлик стерпеть не мог, и два раза ударил грубияна ножом. Хлопнув с отцом по стакану водки, решили выбросить несчастного на помойку. Сделали дело, и пошли спать. Сладко почивали до нашего приход

***

Утро выдалось весёлым и пригожим. Ласково грело солнышко, голуби принимали в луже водные процедуры. От отдела до дома всего две остановки, и я пошёл пешком. Всю дорогу, решая дилемму, что лучше, пропустить в пивном баре две кружки, или взять пиво с собой.

Водка коллективный напиток, и одному пить её совсем тоскливо, а мне в последнее время всё больше стало нравиться одиночество, потому я и отдаю предпочтение пиву. Дойдя до пивнушки, я неожиданно для себя решил идти спать трезвым. Сильно изумлённый самим собой, я добрался до своей квартиры на четвёртом этаже. И похоже, удивился не я один. Кот Тимофей потянув носом воздух, и не почувствовав запаха алкоголя, в недоумении уставился на меня. Впрочем, рассудив своим мудрым, кошачьим умом, что не его это дело, позвал меня на кухню, стал требовать еды.

Позавтракав, я лёг на диван. Едва закрыл глаза, меня куда-то потянуло, да с такой страшной силой!

Глава 2

Ах, как тащило меня! Летел я с огромной скоростью, аж в ушах свистело. Потом всё стихло, и увидел я синее, безоблачное небо. Посмотрел в низ, а там какая-то каменистая пустыня, с высокой горой в центре. У подножия горы зеленел оазис. Я два года прослужил в Афганистане, часто во сне видел его пыльные дороги и крутые ущелья. Но голову даю на отсечение, пустыня, что раскинулась внизу, не афганский пейзаж. Интересно, что это за местность?

Облетев вокруг горы, я рассмотрел её отвесные склоны, а потом меня опять потянуло вверх, и снова потащило куда-то. В ушах послышался уже знакомый свист. Когда полёт прекратился, я со страхом открыл глаза: белый потолок, с люстрой посередине, а я лежу на диване. На всякий случай пощупал диван рукой, но вниз посмотреть не рискнул. Сначала для верности потрогал пол. Вставать я побоялся, вдруг ещё провалюсь и осторожно сполз с дивана. Потом долго тряс головой, прогоняя остатки сна. Пригрезится же такое! Из раздумий меня вывел телефонный звонок.

– Да слушаю, – сказал я в трубку.

– Добрый день Игорь Дмитриевич, – узнал я голос Велесова. – Извините, что побеспокоил. Вы, наверное, спали после дежурства?

– Нет, я перед вашим звонком проснулся. Как вы узнали номер моего домашнего телефона?

– Дежурный вашего отдела, оказался столь любезен, что дал мне его.

«Мудак! – со злостью подумал я о дежурном. – Первому встречному дал мой номер!»

– Не сердитесь на него, – словно угадав мои мысли, продолжал Велесов, – я умею убеждать людей. С некоторой долей самовосхваления, могу сказать, что я отличный психолог. Но звоню я вам не для того что бы хвастаться. Игорь Дмитриевич приглашаю вас к себе в гости. Посидим, поболтаем, чайку попьём.

– Хорошо, – легко согласился я.

– Вот и славно! В семь часов вечера вас устроит?

– Вполне.

– Тогда я жду, – и Велесов назвал свой адрес.

***

Два дома находящиеся сбоку артиллерийского училища зовутся «генеральскими». Построены они для высшего командования училища лет тридцать назад. Огромные комнаты с высокими потолками, мне выросшему в «хрущевке», показались царскими палатами.

– Я переехал в Казань из Москвы около года назад, – говорил Велесов, расставляя чашки на журнальном столике.

– Как же вы решились поменять столицу на провинцию?!

Велесов внимательно посмотрел на меня, обдумывая что-то, а потом сказал:

– Здесь очень интересная работа, а жить в Москве или в провинции, для меня нет принципиальной разницы. Главное работа! Возможностей для моей деятельности здесь значительно больше чем в столице.

Весь кабинет Велесова уставлен стеллажами с книгами. Они всюду, на полках и на письменном столе, стопкой лежали в кресле.