Евгений Герцовский – Цикл. Прорыв в большой космос. Том 1. Книга первая (страница 16)

Нас поставили в роковой момент, когда России требуется идти в сильную контратаку. Поэтому действия нужны взвешенные, а картина развития исчерпывающе раскрытая. Большая Россия сегодня начала Мероприятие Фонда РАН именно для этого. – тут прошел запрос на речь от старейшего члена Группы Лавр Давидович Иофского.

– Я давно живу и видел всё это своей шкурой, анализировал своими мозгами. Вы не все помните, но было сложно, спутано, и приходилось буквально проламывать бетонные стены преград развития ради прогресса страны. Конечно, сначала в Москве воссоздали современные генеральный план и генеральную статистику – Генплан и Генстат.

Потом снабдили эти органы планирования и учета властью над экономическими и финансовыми институтами. А также снабдили всеми доступными способами автоматизации и лучшими образцами электроники, а главное – обученными людьми. Я был там, в их составе, как молодой специалист. Тогда же и определили для России методы, план и стратегию движения и начали намного быстрее выползать из той ямы, где мы оказались в начале двадцать первого века. Только после работы там я был переведён в Группу внутренних и внешних операций России, а потом и РЭБ.

Тогда и помогли прекрасные кризисы, вызванные эпохальной Пандемией череды штаммов коронавирусов. Шум и филигранную операцию мировая закулиса провела мастерски. Все действительно испугались за мир, когда уходили в полную блокаду и выключения из международных связей. Тогда из логистики и экономики выпадали страны и целые регионы. В процессе Пандемии Китай и Америка рубили связи, и в целом друг друга, не стесняясь. Били по своим слабым местам, не жалея друг друга.

Я помню ту чушь, что происходила тогда. Резали мир буквально по живому, как безумный мясник-хирург. Пострадали тогда все: мировая экономика не просто замедлилась, а просто заболела сильной пневмонией, упала на правый бок и громко хрюкнула. После этого ее начали пытаться причесать – хрюкающую мировую тушку западной системы контроля существования экономики. Старые законы уже давно не работали, а новые еще формировались… Это назвали Инклюзивным капитализмом с Ватикасом во главе, в лице Отца Рима. И начался новый этап мирового шабаша большого капитала, работали профессионально.

Но статистика и цифры – жестокие противники. Поэтому для успеха им срочно нужно было кого-то съесть, ведь стол был маленький, не всем хватало места. Нужна была безвозмездная эмиссия. Многим была уготована позиция блюда на столе. А в конце 20 века уже успешна была проведена операция «Развал СССР», вот они и решили повторить её через почти 45 лет. Была готова и армия в соседней стране, и предатели внутри.

Российское руководство смекнуло, что к чему. Благо вовремя, хоть и успели заскочить в крайний вагон. И тут пришёл уже упомянутый украинский прецедент, который привёл к включению СВО. – Лавр говорил неспешно, как опытный вожак стаи, взвешивая слова и подбирая интонацию.

– Тогда в конце февраля 2022 года случилось жесточайшее исключение России из международной экономической жизни. Это уронило мировую глобальную интеграцию, сломав темп того же Инклюзивного проекта, он сильно захромал. Тогда они же рубили по живому, не считаясь с возможными своими потерями. Ожидали, что Москва спасует, но президент пошёл до конца.

Может, там был наихитрейший замысел Ватикаса и мировых элит – вынудить Россию отступить и удавиться в агонии, уйдя в развал. Рухнуть в новую гражданскую войну. Повторюсь с высоты своих лет, мы не только не пасанули, а показали, что сильно готовились по всем фронтам возможной конфронтации с Западным миром.

Тогда власти России работали скрыто над коренными изменениями страны. Важно было не упасть, а даже просто выжить самим. Отсюда выходило осознание в срочнейшей необходимости родной науки, технопарков, собственных производств, школы управленцев, образования, здравоохранения, производства, промышленности, и главное – науки, абсолютно сторонней от всего Западного. Именно автономной и своей русской.

Тогда-то и пошли на самый верх власти первые государственники нового образца мышления. Вроде все их знали, но теперь они действовали по-другому, они были разбуженные мировой депрессией и гибридной мировой войной. Атаки против Москвы.

Пришедшие во власть на спинах убегающих из России чиновников компрадорского толка, осознавших, что все сознательно испорченное ими начали рушиться руками граждан. Это был сладкий момент справедливости. – его лицо расплылось в улыбке, он смаковал воспоминания. С ней же Лавр продолжил.

– Украинский кризис всё ускорил в многократном размере. Страна переходила на военную производственную экономику. Украина ударила по самому больному месту России, не как ранее – чередой попыток белорусских революций и государственных переворотов.

Казахский кризис начала января того же тяжелейшего двадцать второго года. Тот украинский февраль был нашим Рубиконом, перейдя который, у власти и народа пути назад уже не было. Киев ударил по семье, братству и народу, чем запустил неожиданные процессы со всех сторон кризиса. Законы старого мира уже перестали действовать, когда началась специальная военная операция России в Украине. – Иофский перекинул ноги и, сменив позу, уже выбрал иную тональность серьезного и надменного лектора в университете.

– И чтобы не быть погребёнными в момент валящимися структурами государств, и растущей угрозой лишения украдено-вывезенного добра за рубеж, чиновники и близкие к власти бросали посты, хватали деньги и всё, что было честно похищено или присвоено. Они отчаянно надеялись на крышу Запада, уехав под их крыло. Их грела надежда скрыться там, осесть на вечную пенсию. Наивные, они были нужны им внутри России, чтобы гадить изнутри, ломать страну и общество. Не читали они позднего Давлатова, неучи. – и он, скорчив гримасу неприязни, продолжил.

– Этим стихийным бегством нам открыли новые дороги. Освободились посты для дерзких политиков и военных совершенно нового толка, которые настрадались на закате двадцатого и начале двадцать первого веков. Они видели и росли во время кризиса России. Насладились чудесами перестроек и демократизаций Родины и соседних стран. – его лицо уже выражало более приятную мимику.

– А новые государственники России не испытывали стеснений в окружении врагов, поэтому начали работу, высоко засучив рукава. Я сейчас хочу уступить место, точнее свой голос, прямому участнику того момента истории – Сергею Щуплому! Вам слово. – тут подсветка сфокусировалась на фигуре совершенно не подходящей фамилии. Это был здоровенный детина, плечи которого сильно выходили за спинки кресла. И казалось, что мебель с натяжением выдерживает тело мощного мужика. Голос его был под стать телу, но лицо испещрено морщинами, и волосы абсолютно седые.

– Весь мир тогда был занят мутной водой дележа всего сладкого. Это было после очередного мирового экономического кризиса, а он был иной.

Все предыдущие кризисы были явные, а этот латентный, скрытый под шумными новостями. И от этого оказался значительно больше, нежели все предыдущие мировые кризисы. – Анатолий прекрасно знал эту живую легенду – Сергея Щуплого. Почётного ветерана федеральной охраны и ФСБ. Он теперь как Постоянный член Верховной группы вёл те же охранные Мероприятия. Но Щуплый работал уже на высочайшем уровне принятия решений. Именно Сергей и был инициатором сегодняшнего Мероприятия и подготовил всю структуру службы безопасности Матозяна.

– Еще раз акцентирую! – Голос его был твёрд, словно камень: – Вся его подлость была в том, что он шёл скрыто, но одновременно и открыто против нас. Никто не умалчивал, но и не отвлекался от мировой гибридной войны. Она-то, родимая, именно тогда и вышла на новый уровень гнусности: когда все средства хороши для достижения победы.

Кончено же! Попытались во всём обвинить Россию, Иран и кого только можно. Но никак не страны «золотого миллиарда». Как и до этого пытались слить всё связанное с Пандемией на Китай. Чумку провели образцово, но благо тогда в Кремле увидели, к чему идёт развязка той трагикомедии. Я был в колонном зале на принятии решения о старте СВО, это было сильно и страшно. Такого наша страна не делала никогда в новейшем периоде. – тут подал олос Верховный.

– Я помню слова президента Путина: «если драка неизбежна, то для победы нужно бить первым.» – и, не включая над собой свет, продолжил слушать Щуплого.

– Совершенно верно, Виктор Вячеславович. Тогда против Москвы включили все свои угрозы и небывалый пакет более чем десяти тысяч санкций. Постоянно дополняемый и растущий, больше, чем когда-либо и против кого-либо за письменную историю человечества. Гибридная война была как внутри страны и по периметру её границ, так и далеко от неё.

Россия попала под череду, поток ударов со стороны недружественных стран и всех их союзников. Работой патриотов и профессионалов страны Москва сформировала своё новое окружение личных союзников и партнёров. Да, тогда пригодились все связи и старые долги.

Нужны были всё новые рынки сбыта и покупки для страны, которая к моменту уже была вписана в глобальный рынок. Но благо чекисты и охранка России были готовы перейти в особый режим существования.