Евгений Гарцевич – Зараза 2: Львиное сердце (страница 9)

Я подозвал Вадика и шепотом обрисовал ситуацию, заодно посоветовавшись и убедившись, что правильно представляю направление, откуда мы слышали крики «чаек». Если есть у Егеря какой-то условный напарник, то надо с ним разобраться первым делом.

Мы вернулись к первым контейнерам, сдвинулись к забору, чтобы хотя бы одну сторону контролировать, и пошли в обход. Прошли первый ряд, второй, а в районе третьего заметили какой-то мусор. Я бы сказал, человеческий мусор: обрывки одежды, обувь, рваный рюкзак, рваные лямки от разгрузок. Плюс оружие, много устаревшего и старого оружия – похожее на то, что я надеялся добыть в контейнере с «эхом войны». Валялось гнутое и покореженное как целиком, так и отдельными кусками. Все это либо сбрасывали охапками, либо пытались собрать в кучи специально, и, похоже, что довольно давно. Мусор покрывал слой песка, пыли и какой-то белой плесени.

Трогать ничего не стали, намного интересней был контейнер с запыленными наклейками в духе: не кантовать, оружие, взрывчатка, осторожно. Контейнер был закрыт, Вадик попытался проверить замок, но тихо не вышло. Заскрипел металл и метрах в пятнадцати от нас раздался визг с тревожными нотками.

За спиной послышался грохот, что-то здоровое гремело прямо по крышам, перепрыгивая с одного контейнера на другой. И неслось в нашу сторону. Над головой взметнулась тень мутанта, Вадик успел выстрелить, вроде даже попал, но без какого-то эффекта. Мы услышали, что Егерь тяжело спрыгнул на землю, и встали спина к спине, контролируя углы.

Я сделал шаг вперед, уперся покрепче ногами в землю и стал ждать, а как только плечо мутанта появилось из-за края контейнера, прицелился, покрепче вцепился в цевье, сосредоточился и выстрелил. Шарахнуло! Мутанта развернуло и отбросило за угол контейнера.

Левая нога поднялась, я качнулся, но выстоял и слегка оглох, потому что визг «чаек», который разнесся по округе, лишь слегка скрипнул по ушам, будто стекло царапнули. А вот Вадика скрутило, он упал на колени и схватился за уши.

Я подкрался к краю контейнера, стараясь одновременно и прикрывать сторону Вадика и не терять контроль со своего угла. Выглянул и увидел спину Егеря, мелькнувшую метрах в сорока у кухонной палатки.

Перезарядился, проверил Вадика и, пока слух не вернулся, бросился на визги. Пробежал мимо двух закрытых контейнеров, все больше убеждаясь, что звук идет именно из того, где Леха выдал мне ТТ.

Под ногами попадалось все больше поломанных винтовок. Но когда я, наконец, завернул за угол и уставился в распахнутые двери контейнера, все мысли о причинах их появления, просто вылетели из оглушенной головы. Жаль только тошнотворные запахи я все еще чувствовал.

В центре распахнутого контейнера, в копошащейся массе каких-то жгутов или корней находился брат-близнец бутона, с которым я уже встречался в больнице Коннаут. Только, похоже, младший, на две головы ниже и пророс он из кого-то белокожего. Тот же силуэт с пастью крокодила, вывернутые ребра, обросшие мясом, грязный позвоночник с черепом, вываленный наружу, будто язык.

В отличии от бутона в Коннауте этот явно выглядел моложе, на черепе еще остались обрывки кожи и пучки слипшихся волос. И да, похоже, это не брат-близнец, а сестра. Как и в больнице, у бутона были щупальца и отростки. Один медленно, но целеустремленно тянулся в мою сторону, а еще несколько уходили вглубь контейнера, где в полумраке из-за бутона выглядывали и визжали три бледных головы.

Я сдвинулся, отступая от щупальца и пытаясь рассмотреть, кто там в глубине. Грязные лупоглазые тетки, назвать женщинами, этих мутанток язык не повернулся. Какая-то жуткая смесь бомжей и призрачных банши хором, открыв беззубые рты, визжала в мою сторону. Выпученные глаза светились, вместо носов темные провалы, тощие плечи и огромные вздутые животы, закрытые каркасом из ребер. По моей внутренней классификации, если все эти паразиты хоть как-то близки к муравьям, то этих теток, я причислил к “нянькам”.

Егеря я скорее почувствовал. Смазанная тень мелькнула на границе зрения. Пасть раскрыта в безмолвном рыке, правая рука повисла плетью, левая тянется ко мне. Прыжок, грациозный, слишком легкий для такой громадины, и он уже на несколько метров ближе. Что-то прилетает в него сбоку. Это Вадик – идет по крыше контейнера, палит из «моссберга» и что-то орет после каждого выстрела.

Но Егерь не реагирует. Часть дробинок дождем пролетает спереди и сзади мутанта, часть застревает в бургах брони, но неспособна даже сбить его с курса. Я не успеваю развернуться и перенести ставший враз таким тяжелым штуцер. Я вижу все, осознаю, будто в замедленной съемке, но не успеваю.

Еще один прыжок, и Егерь просто снесет меня здоровой лапой.

И он прыгнул!

Я давлю на спусковой крючок.

Шестидесяти граммовая пуля разносит вдребезги бледную голову, визжащей «чайке». Даже сквозь грохот нитро-экспресс я слышу, как изменилась тональность в вопле оставшихся двух. Отдачу я все-таки не выдерживаю, меня отбрасывает назад и в этот же момент мимо меня, в том месте, где я только что стоял, проносится перекошенная морда Егеря.

Он моментально вскакивает, но бросается не на меня, а бежит в контейнер.

В тот же момент рядом со мной оказывается Вадик, подхватывает штуцер, и, явно не понимая, что такое слонобой, вскидывает его и стреляет в затылок Егерю.

Они оба разлетаются в разные стороны. Мутант с расколотым надвое затылком рыбкой ныряет в контейнер, аж ноги вверх подлетели, а Вадика спиной впечатывает в соседнюю стену.

Теперь уже я хотел перехватить инициативу и подобрать штуцер. И только дернулся за ним, как что-то крепко схватило меня за ногу. Сдавило ступню и потянуло в сторону контейнера. Чертова лиана, выпущенная бутоном, крепко обхватила меня за ботинок, сокращалась, натягиваясь, как трос, и медленно, но верно потащила меня к бутону.

Я выхватил томагавк, вывернулся так, чтобы прижать жгут максимально к земле и, борясь с паникой, начал лупить по ней топором. После пятого удара она лопнула, я на четвереньках, поднимая кучу пыли, отбежал на безопасное расстояние.

Поднялся, проорался, просто выпуская накопившуюся злость и панику. Достал обрез и, подойдя к контейнеру на безопасное расстояние, расстрелял оставшихся «нянек».

Резко стало тихо.

Только бутон чавкал, поглощая Егеря. Как же мерзко. Я как-то видел, как змея поедает лягушку, раздуваясь в несколько раз, чтобы пропихнуть добычу. Так и бутон раскрылся, а черепашка-носорог, подтягиваемый лианами, уже по плечо погрузился внутрь, только кислотная желчь бурлила на «губах», растворяя броню мутанта.

– Давай это фсе фоффем, – Вадик, кряхтя, поднялся, потряс головой и стал тереть плечо, – Я там видел канифтры, я фбегаю.

– Да, давай сожжем.

Я забрался на соседний контейнер, перезарядился и стал ждать Вадика.

Что-то я устал. Было и грустно, и радостно одновременно. Радостно, что выжили, а грустно из-за Егеря. Не успели мы с ним подружиться, но он все-таки спас меня. Понял, что не готов ждать Вадика и смотреть, как бутон поедает тело бывшего снайпера.

Спрыгнул, вернулся к распахнутым воротам. Прицелился и дуплетом пальнул в основание бутона. Перезарядился и повторил, каждый раз выбивая куски плоти и кровавые ошметки. С третьей двойки, наконец, отстрелил одну челюсть.

Прицелился дальше, но услышал звук мотора на улице. Что-то крупное, явно не байк и не легковушка, скорее грузовик. Отступил в проулок между контейнерами и скрылся в тени. Попробовал по рации связаться с Вадиком, но, кроме шипящих «фыр-фыр-фыф», ничего не понял.

В узкий проезд между контейнерами, чуть ли не вплотную к стенкам въехал бронетранспортер. Остановился, не доезжая, до меня пару контейнеров и оттуда выбрался улыбающийся Вадик.

– Кофмоф! Ты где? Я нам колефа надыбал! Не мой «ниффан», но вроде нифего так птафка.

– Рыбка, а не пташка.

– Фе?

– Это «пиранья», говорю. Швейцарский бронетранспортер фирмы «Моваг», как ты ее завел-то?

– Ааа, ты про это. Да фнаю я, фто это, – Вадик открыл дверь в кузов и стал вытаскивать канистры, – Но раф я фафел, фнафит будет птафкой.

Две открытых канистры просто забросили внутрь, еще две расплескали настолько глубоко, насколько смогли, сделали дорожку и подожгли.

Отошли на безопасное расстояние, смотрели на языки пламени, вырывающиеся из ворот, и устроили минутку молчания.

Хотя получилось всего секунд пятнадцать, а потом зашуршала рация.

– Космос, Вадим, прием, это МакФерси, ответьте лагерю. Прием.

– На фвяфи, прием.

– Вадим, рад, что ты жив, но Космос есть рядом? Не могу тебя понять.

– На связи, – неудивительно, я сам половину Вадиковой болтовни не понимаю.

– Супер! Ребят вы далеко? Мы подскочили на точку, что вы указали. Забрали шестнадцать человек.

– Как шестнадцать? Троих еще не хватает.

– Вот поэтому я вам и звоню. Там пацан с девочкой, вроде брат с сестрой, потерялись и за ними учительница пошла, та, что рыженькая. Парни ждали их, но случился огневой контакт, и мы отступили. В общем, мимо если будете проезжать, гляньте, может живы еще. Отбой.

Глава 6

– Помофем? – спросил Вадик, когда рация стихла.

– Если успеем, – я пошел к контейнеру с наклейками, намереваясь, наконец, набрать все, ради чего сюда приехали, а может даже и больше, – Чем быстрее все осмотрим, тем больше шансов.