Евгений Гарцевич – Я – Легенда (страница 3)

— Это все прекрасно, но кто цель? — спросил я, хоть и понимал, что в лучшем случае я смогу ее идентифицировать только после того, как зрение вернется. Поймал себя на мысли, что уже верю в успех, а, значит, внутренне уже согласился. Пару моментов осталось только изучить. — Если вы изучали меня, то знаете, что я берусь не за все заказы.

— Да, я помню, — серьезным тоном сказала Кристина, — никаких детей и в принципе никаких гражданских. Об этом можете не волноваться. На Аркадии вообще нет гражданских. В семь лет дети проходят инициацию, меняют свой геном и начинают путь воина. Все, без исключения, иначе в Аркадии просто не выжить.

— И все же? — нахмурился, не собираясь разводить спор о том, в какой момент гражданский перестает быть таковым и становится опасным. — Кто цель? Или все подробности только на месте?

— О, в этом нет секрета, и, насколько я понимаю, вы даже знакомы — это Драго Мартич, — Кристина замолчала, давая мне время на осмысление.

Может, и реакцию какую-то ждала, но я даже не моргнул. Хотя внутри мне вдруг резко стало жарко. Тело отреагировало раньше, чем пришло осознание, и будто вернуло меня в тот самый день, в то самое место под палящими лучами солнце. В тот самый момент, когда голова Драго скалилась в моем прицеле.

— В чем его обвиняют? — спросил я и тут же захотел забрать свои слова обратно. Идиотский вопрос из серии почему после дождя мокро. Мартич был военным преступником, еще не закончив школу, уже творил беспредел на Балканах. Похищения, пытки, массовые расстрелы и полный букет того, от чего бледнели даже матерые палачи того режима. А когда он подрос, то перебрался в Африку. Собрал вокруг себя банду таких же отморозков и устроил переворот в одной маленькой стране. Короновал себя и начал терроризировать соседей. И так жестил, что несколько племен, враждовавших сотни лет, аж помирились, чтобы найти на него управу. В том числе и наш отряд наняли. Но тогда я так и не выстрелил… — Стоп! Спрошу иначе. Какого хрена он делает в Аркадии?

— Рвется к власти, — невозмутимо сообщила Кристина. — Объявил себя пророком и уже собрал паству. В основном из изгоев и отщепенцев, что-то на грани сатанизма, нацизма и анимализма. Это уже местные верования, связанные с инициацией геномов.

— А попал как?

— Либо завербовался в «Миротворцы», — ответила Кристина. — Наш оперативный Директорат периодически набирает новобранцев. Либо стихийный переход. Как я уже сказала, эта планета похожа на Землю. И там есть довольно активная жизнь. Не он первый, не он последний.

Я повернул голову на голос, если бы не повязка, то скептически прищурился бы. И, как обычно, промолчал, пытаясь представить, что в новом мире может творить Драко.

— Это проблема? — Кристина явно что-то уловила в моем сосредоточенном молчании. — Я имею в виду цель?

— Нет, — задумчиво ответил я. — Скорее наоборот…

— Прекрасно, — усмехнулась девушка. — Чтобы вам было легче принять решение, какие-то базовые аспекты я все-таки попробую осветить. Управляемые порталы открыли недавно, но люди попадали туда и раньше. Как поодиночке, так и целыми группами.

Первый задокументированный случай — падение Тунгусского метеорита, который перенес сразу несколько близлежащих деревень, причем вместе с жителями. Потом Бермудский треугольник, несколько аварий в «Зоне 51», долина Скинуотер, ядерные испытания в Советском Союзе — случаев достаточно много. Грань между мирами рвется в момент резких колебаний или крупных изменений. А в Африке даже чаще происходят стихийные переносы, миражи там далеко не всегда миражи.

Кристина замолчала, сделав новый круг по палате. С резким шипением открыла банку газировки, добавив к сладкому запаху туалетной воды химозного аромата кока-колы. Мне тоже захотелось пить, и я легко дотянулся до тумбочки, но с захватом бутылки пришлось потрудиться.

— Только не спрашивайте, я не знаю, как это работает, — продолжила Кристина и, похоже, замахала руками, обдав меня намеком на ветерок. — И, честно говоря, не интересуюсь. Мне достаточно истории Аркадии с момента, когда открыли зоны с управляемыми порталами.

— Их много?

— Четыре. На всех основных континентах, кроме Австралии. Сейчас каждый портал с этой стороны под контролем Почтового ведомства. И под охраной оперативного Директората. А в Аркадии мы представлены в виде почтовых отделений, предоставляющих услуги для местных. Директорат закупок, который торгует с местными. Вывозит полезные ископаемые и привозит то, что нужно местным поселенцам. Как правило, это оружие. А не марки, как можно было бы подумать.

— И что не было никакой экспансии? Ни одна страна нашего мира не попыталась захватить?

— Пыталась. И не одна, — ответила Кристина. — Но все опоздали лет так на пятьдесят, пока там формировалось свое общество, свои законы и правила. А потом еще лет на двадцать, пока здесь не понимали, что со всем этим делать. Темные времена, много ошибочных решений.

— Например?

— Например, одна большая страна решила устроить в Аркадии эксперимент с тюрьмой для заключенных, отправив их на пожизненное. А другая, не менее большая, слила сюда по дешевке кучу оружия времен второй мировой, обновляя склады длительного хранения, — Кристина помолчала, возможно, решая, нужны ли еще примеры. — И те и другие потом пожалели, но было уже поздно. Поэтому аффилированность к каким-то конкретным странам или компаниям скорее вредит для перспектив среди местных.

— И никто не пробовал взять местных силой?

— Пробовали, но обломались. Так что теперь только партнерские отношения и честная торговля.

— И штурмовые группы со снайперскими винтовками? — я нахмурился.

Звучало, конечно, фантастически. Вот, ни разу не поверю, что все сверхдержавы так легко сдались. Может, в открытую не лезут, но кто знает, сколько по Аркадии таких штурмовых отрядов бродит.

— Ну, что-то типа того. Там очень большие деньги завязаны. Родий, скандий, рений — лишь начало списка, чем богата Аркадия и что востребовано у нас.

— А им самим не надо?

— Нет, в силу ряда особенностей планеты многие технологии отстают, а какие-то в принципе невозможны, — Кристина вздохнула. — Там нет сотовой связи, нет интернета и всего такого, чем сейчас избаловано человечество.

— Электричество есть хотя бы?

— В крупных городах и у некоторых энтузиастов. Большинство предпочитают… — Кристина замялась, будто сама сомневалась в том, что хочет сказать. — Предпочитают магию. Те способности, которые можно получить за счет биохимических аугментаций. А потом и применить для выживания, ну или в борьбе за власть.

Я хоть и рекламирую вам этот контракт, но не будем идеализировать Аркадию. Это опасное место, где, кстати, герои долго не живут. А вот легенда этому миру не помешает, — усмехнулась Кристина, в очередной раз напоминая про опасность. Будто знала, что мне, наоборот, чем опасней, тем интересней. — Вам, кстати, там понравится. Саванна, тропики — практически курорт. — Так что? Еще вопросы или готовы подписать контракт?

— Скорее всего, кровью?

— Отчасти, — усмехнулась Кристина. — У вас возьмут образец, чтобы подобрать вам наилучший геном. Но про контракт, это я так, фигурально. На самом деле достаточно вашего устного согласия.

— Мне нужно мое оборудование. Его тоже перевезут?

— К сожалению, с этим могут возникнуть проблемы, — голос Кристины погрустнел, но как-то не особо искренне. — Мы не очень официально вас сейчас переправим. Поэтому все необходимое получите на месте. Возможно, не такое классное, как у вас было. Но есть очень большая вероятность, что после апгрейда вам даже оптический прицел не понадобится.

— У меня будет время изучить особенности планеты? Особенно интересует внешняя баллистика, — причем сильно, хер знает, как там пули летают.

— Да, конечно. Хоть группа уже там, и они все уже прошли инициацию, но им тоже нужно время на адаптацию, — ответила Кристина. — Соглашайтесь, ближайший переход уже сегодня ночью, а вам еще добраться нужно.

И я согласился.

Чтобы ни ждало меня дальше там, ключевым моментом было то, что здесь я уже ничего не теряю.

И как только согласился, Кристина еще совсем чуть-чуть рассказала про Аркадию и попрощалась со мной. Вместо нее в палату вошли двое не особо разговорчивых мужчин, пахнущих сигаретами и военной снарягой.

С собой сказали ничего не брать, даже документы, по сути, были не нужны. Паспортного контроля нет, а на месте все будет новое: и имя, и биография, и деньги. Так что путешествовать я собирался налегке — только то, что было с собой и помещалось в десятилитровом тактическом дэйпаке (с которым я и по больницам ездил).

В рюкзаке запасной комплект белья, электробритва, минимальная тактическая аптечка и мой стандартный EDC-органайзер. После ранения я им уже не пользовался, но привычка везде таскать его с собой так быстро не выветрилась. Внутри лежал мультитул Leatherman ARC с дополнительным набором бит и макротексовская фронталка, как у Джона Уика. Ни разу еще не применял для дела, но щелкать нравилось. Успокаивало. Раньше еще был фонарик, но я как-то психанул и все-таки его выкинул.

Еще я закинул в рюкзак бутылку воды и книгу, которую подрезал в одной из больничных библиотек и до сих пор таскал с собой.

Читать я всегда любил, а в детстве магия как раз и была в книгах. Такая маленькая коробочка, внутри которой может прятаться целый мир.