Евгений Гарцевич – Киберстар (страница 6)

К открытию второго дня Гранд Финала мы уже сидели в дальнем углу бара, разминались закусками и обсуждали вчерашнюю идею. Захар напрочь про все забыл, а Дима, наоборот, долгие часы ожидания Оли в примерочных взвешивал в голове реальность киберспортивной затеи.

– Я прикинул по финансовой стороне – если все сделать хорошо, то можно и зарабатывать. Во-первых, призовые в доте многомиллионные, в остальных – поменьше, но и конкуренция ниже. В танках стотысячные, сейчас вон триста тысяч на кону. Во-вторых, инвестиции поперли в киберспорт. Недавно сто миллионов вложили, арену крупную строят, турниры планируют. В-третьих, спонсоры, рекламодатели и сувенирка, в-четвертых, видеоблоги, стримы, – начал Дима в излюбленной манере выучившего урок отличника, за что еще в школе мы прозвали его – Знайка.

– Ага, ждут нас в доте. Там дотеры-задротеры с младых лет играют, – ответил я.

– Смотри, из плюсов – в доте самые большие призовые и в команде пять человек, то есть осталось всего-навсего двоих найти. Из минусов – мы в ней ничего не понимаем, – улыбнулся Дима.

– Не страшно, я в двигателях внутреннего сгорания тоже не понимал. Научился же! – отхлебнул пива Захар.

– Сиди пока, – продолжил Дима. – Есть альтернатива. Во-первых, Лига Легенд[16], но там что-то глухо с призовыми, зато, говорят, народу больше, и если в профессиональную лигу попал, то зарплату от игры получаешь. Или Герои шторма[17], или как их там переводят, близзардовская – красивая игрушка и разобраться проще.

– Не, ребят, я пробовал как-то и то и другое, когда статью писал. Там время матча от якобы пятнадцати минут до часа, это тяжело. По сути, если сейчас впряжемся, то за тренировку два-три матча сможем сыграть, а народ там круглосуточно годами сидит.

– Хорошо. Тогда второй путь – стрелялки. Либо контра – мы все ее еще со школы помним. Или новая сейчас вышла – «Овервотч», тоже «Близзард», на «Квейк» чем-то похожа, – продолжил Дима.

– Туда же. Контра как началась в школе, так где-то там и осталась. И, честно говоря, у меня уже тогда с ней плохо было – там реакция на первом месте и контроль мышки. А «Квейк» вообще только на одной из первых работ по ночам с коллегами… хотя скоро новый должен выйти, – я не разглядел нашего будущего и в стрелялках.

– Ок, шутеры отметаем, «Хартстоун» не берем – кто хочет, может там индивидуально играть, – согласился Дима.

– И победитель? Та-дам, конечно, старые добрые танки! – синхронно, двумя руками, выставил большие пальцы Захар.

– Понятно, что танки. Я больше для протокола про остальное спросил, чтоб потом не говорили, что я вам подсунул, – улыбнулся Дима.

– Дай угадаю? Из плюсов – мы давно играем и играем выше среднего, из минусов – команда семь человек и нужно искать еще четверых, – я передразнил его, имитируя тон и жестикуляцию, – только капитаном, чур, ты будешь!

– Угадал. От капитанства тоже не откажусь, – с важным видом кивнул Дима, а мы улыбнулись – других желающих все равно не было. – Какие предложения по игрокам? Из наших Петюня точно играет и Колян.

– Петя вроде в Японии уже несколько лет? Он на вечере встреч не был, открытку в «Одноклассниках» прислал. Что вы так смотрите? Не сижу я там, мне сестра говорила, – смутился Захар.

– Будем уточнять, я точно его видел на русском серваке на прошлой неделе. А Колян? – спросил я.

– Николай Алексеевич, итить, на минуточку. Сестра говорит, что он типа в бизнесе, типографией рулит. Название не помню, но вы точно видели – там вывеска в духе мужика с пальмой на голове. Он ради экономии у прошлого владельца ее отжал, и пофиг, что раньше парикмахерская была. Походу, не играет сейчас, – Захар выбрался из-за стола. – Курить хочу.

– У тебя нет никого из журналистов-геймеров? – спросил капитан.

– Ага, ты видел, чтоб журналисты, которые про футбол пишут, сами в него играли? – Я дождался отрицательного мотания головой. – Тут то же самое, пять минут поиграли, если ответственные, а некоторые просто чужие летсплеи[18] смотрят, но потом на бумаге суперкритики-эксперты. А если есть реальные профи, так тут система наоборот – сначала спортсмен, а потом журналист или комментатор. А у тебя на работе?

– На работе есть, но у меня правило – с подчиненными не играть, а то потом не уволишь.

– У меня механик играет, – втиснулся Захар, – раньше играл, пока его не турнули.

– Плюс один. А если вспомнить, с кем мы в «Героев меча и магии» играли, то список большой получится, – я достал телефон и пролистал контакты. – Стас, Леха, Кастет, Ванек и этот еще пухлый все к нам набивался, как его?

– Пельмень? – уточнил Захар.

– Ну, как-то так, да. Дим, пишешь? Половина мне, половина тебе, Захар, иди кури и звони своему.

Мне достались Стас, Леха и Ванек – почти все довольно приличные люди, насколько я помнил по редким встречам выпускников. Разговор со Стасом не удался: взяв трубку, он скороговоркой пробубнил что-то типа «я в роуминге, в отпуске в Доминикане, вернусь перезвоню». Леха оказался доступен и довольно долго рассказывал мне о своих жизненных успехах, работе, детях и втором браке. Но после вопроса «Не желает ли он тряхнуть стариной?» его переклинило, и мне пришлось еще минут пять слушать про алименты, про двойки старшего сына, про мудака начальника и про первые признаки простатита. Он рассказал чудную байку про то, как вышел на улицу с пикантной процедуры уролога и к нему подошла красивая девушка. Он взбодрился, распрямил плечи, а она вместо желанного флирта спросила, где ближайшая аптека. В этой истории его больше всего возмущал тот факт, что он знал – где, причем не одна, а сразу три местные аптеки. В общем, тряхнуть стариной он не захотел. С трудом распрощавшись, я посмотрел на Диму в надежде, что у него успехи получше. Но он сидел с мрачным видом, лишь рассеянно кивал, поддакивая в трубку.

У меня осталась последняя попытка – Ванек, единственный одноклассник, который никогда не подходил под описание «приличный»: тусовался с панками после школы, играл на ударных и пытался создать свою группу, в институте ради впечатлений вступил в секту, а после – в партию. Колбасило его страшно, но последний раз мы виделись давно, так что я не знал, чего ожидать. Показалось, что он рад меня слышать и узнать новости про Диму с Захаром, но на предложение поиграть в танки отказался. Причем не просто «спасибо, но некогда», а с мутной нравоучительной лекцией о бесполезности компьютерных игр для подростков и откровенном вреде для взрослых мужиков. На том и распрощались.

Вернулся пахнущий сигаретами Захар, а Дима все еще с кем-то оживленно говорил.

– Костик, это же круто! Прям сейчас играешь, семь фрагов[19] уже? Я тебя не отвлекаю, может, тебе тащить нужно? А процент побед какой? Ух ты! – Дима показал нам большой палец, поднятый вверх. – А мы тут команду хотим сделать, играть на профессиональном уровне. Интересно, да? Ага, что тебя смущает? В смысле ты не Костик?

Захар заржал, я еле сдерживался, а на лице Димы выступили красные пятна. Он, не прощаясь, бросил телефон на стол.

– Номером ошибся.

– Ну и что? Игрок-то хороший!

– Нет, шутник какой-то, блин. Постебал меня.

– Тебе еще повезло, я своему оказался пятьсот рублей должен, теперь отдавать придется, – усмехнулся Захар. – Остальные как? Есть подвижки?

– У меня голяк: Костик оказался не Костиком, Колян весь в бизнесе и ему не до детских игрушек, а Пельмень очень-очень хочет, но до сих пор живет с мамой и никогда не слышал про такую игру. Но, повторюсь, очень хочет с нами дружить.

– У меня лучше! Стас на море, у Лехи простатит, а Ваня, если кратко, то цитирую: «Дебилы, займитесь делом лучше».

– Важные все такие стали, – сказал Дима, – куда деваться? Придется искать игроков среди фанатов, плюс Петю еще поймаем…

За разговорами под прохладное пиво и ядреные чесночные сухарики полуфинальные матчи быстро подошли к концу. В рамках продвижения новой игры организаторы устроили показательный бой на кораблях. Морским баталиям не хватало танковой динамики, все чинно и размеренно, и карта больше. Корабли плыли и плыли к горизонту, потом сильно издалека полетели снаряды, и взвился рой бомбардировщиков. Стало поживее, но скорее благодаря взрывам и спецэффектам. Понять, что, в кого и от кого, – без опыта игры не получалось. Бой шел почти в четыре раза дольше, чем в танках. Хотя по таймеру разница всего в пять минут, но если в танках можно слиться практически сразу, то тут сначала нужно было доплыть. Красиво все, конечно, но на любителя. В кораблях больше запомнился игрок с длинной седой бородой и радостный Мясник, явно разбиравшийся в происходящем. Мы встретили его дружным утвердительным приветствием, но он не обратил на нас внимания, распихав, словно ледокол, молодежь в первых рядах у экрана. Виктор принес пиво и, потеснив Диму, присел с краю стола.

– Грустно, что сын вылетел, а эти дальше прошли, – вздохнул владелец бара.

– Ага, обидный бой тогда получился, могли и вытянуть, – посочувствовал Захар.

– Как он? – спросил я.

– Не знаю. Звоню, а он сбрасывает. Хотя, может, и к лучшему. Последний раз, когда говорили, выдал: «Хочешь пообщаться с молодежью – общайся со своей подружкой».

– Логично! Но помни, мы тебе громко аплодируем, а если дома с женами, то тоже аплодируем, но очень-очень тихо! – засмеялся Захар.