Евгений Гарцевич – Геном хищника 7 (страница 23)

Мы с Осой перебрались в прицеп, и, когда я уже почти уснул под мерное покачивание и ровный гул «Пираньи», Анна всё ещё ворочалась, будто какая-то мысль не даёт ей покоя. Ворочалась, ворочалась, сопела и, наконец, не выдержала.

— Сумрак, а что у тебя произошло с Драго? Я слышала некоторые истории, но, сам понимаешь, говорят-то разное.

— Ничего не произошло, — ответил я. — Я не выстрелил.

— Почему? Условия были не подходящие или засомневался?

— Наоборот. Мне кажется, что тогда я, наоборот, первый раз не сомневался.

Я вздохнул, не желая возвращаться воспоминаниями в то время и то место. Но, похоже, перегорело. В том смысле, что если бы тогда всё вышло иначе, то сейчас бы ничего и не было бы. Не было бы Аркадии, не было бы шакраса. Он, мягко говоря, проблемный, но это уже не проблема, это — задача. Не было бы мелкого, Анны, моих крестников, новых целей и желаний. Я ещё раз вздохнул, но уже облегчённо отпуская ситуацию.

— В какой-то степени всё довольно банально вышло. Он приехал в деревню на встречу с кем-то из своих подельников. А, может, кстати, это его уже UNPA вербовали? Не суть. Прежде чем выйти и бронированной машины, там всё оцепили его бойцы. Судя по его досье, он всегда был осторожным параноиком, но в тот вечер он превзошёл сам себя. К ним подогнали школьный автобус и высадили толпу детей. Много, небось по всем деревням собирали, так чтобы картинку с беспилотника невозможно было трактовать иначе как детский сад. А то ведь и прилететь могло, Драго многих к тому моменту не устраивал.

Оса слушала, кивая каким-то своим мыслям. Возможно, рисуя себе эту картину, но не перебивала.

— А двух каких-то совсем ещё карапузов Драго сразу же на руки подхватил, — продолжил я. — У меня окно было всего несколько секунд, пока он от машины до дома шёл. Я мог выстрелить. Но расстояние большое, ветер неспокойный, а такого сопутствующего урона мне не хотелось. Как-то к этому времени уже накопилось к себе вопросов за прошлые разы. И видимо, чаща-то переполнилась.

Понимаю, что нашлись бы люди, кто сказал бы, что у этих карапузов всё равно никакой жизни впереди. Через десять лет тот же Драго даст в руки ржавый «калаш» и направит на очередное кровавое восстание или грабеж алмазной шахты.

Я решил подождать и поймать его на выходе. Чтобы дети рассосались, а охрана расслабилась, но не успел. Всё-таки прилетело. И не по Драго, а по нашей позиции. Меня сразу накрыло, парни вытащили.

— Думаешь, слил кто-то?

— Скорее всего. Не удивлюсь, если там уже вовсю разведывательный Директорат UNPA вовсю уже работал, — я зевнул. — Давай спать, нам завтра работать.

Я повернулся на другой бок, потеснив сопящего шакрасика, и закрыл глаза. Однако и правда отпустило, первый раз, вспоминая ту картину перед глазами, я видел не сальное перекошенное гневом лицо Драго, а улыбки тех самых карапузов.

На месте мы были перед самым рассветом. Большую часть дороги я проспал, поэтому горы навалились на меня совершенно неожиданно. Когда засыпал, вокруг была саванна, а когда проснулся, впереди высилась громадина на пару-тройку километров в высоту. Довольно плотный горный массив, который разделял Ганзу от Пограничья и тянулся в разные стороны на десяток с небольшим километров. Где-то внутри, в одной из раскинувшихся долин и была наша цель. Идеальное место для обороны — узкое ущелье, перекрытое блокпостом, и три стены практически неприступных гор.

Почти неприступных. Так-то мы с Осой довольно быстро на них забрались, прикрываясь маскировкой и рассветной дымкой. Когда мы заняли отличную обзорную позицию, нефтезавод как раз просыпался. Менялись патрули, а рабочих выгоняли из бараков. Сомневаюсь, что здесь был профсоюз, отпуска и выходные. Скорее всего, захваченных работников просто перевели в статус рабов. А кого-то могли добавить и в статусе заключённых.

Завод построили практически по центру долины. Как добывали, как перерабатывали, как строили, что за технику использовали — для меня это был тёмный лес. Выглядело всё довольно кустарно, на стыке времён и технологий. Башни, цистерны, баки, что-то проржавевшее, а где-то были видны свежей покраски. Добывали нефть здесь же, чуть в стороне проглядывались совсем какие-то архаичные деревянные вышки-башенки.

Чем больше я на это смотрел, тем меньше видел себя промышленником, владельцем заводов-пароходов. Ладно. Покажите мне, куда точно нельзя стрелять, а с остальным разберёмся.

— И что думаешь? — спросила Оса, забирая у меня дальномер.

— Думаю, что знаю с десяток способов, как всё здесь разрушить и не одного, как этим всем управлять, — усмехнулся я.

— У Купера есть список людей, которые смогут здесь всё организовать.

— Главное, чтобы они ещё были живы.

— Уверена, что «Искатели» тоже не умеют этим управлять, — хмыкнула Оса. — К тому же большинство отрядов не обдолбанные.

С этим, конечно, можно было поспорить. Потому что гражданских работников охранял именно отряд карателей, включая, как минимум трёх ищеек. Эти патрулировали бараки рабочих. Боевых отрядов было два: один охранял периметр, второй занимал блокпост на въезде в ущелье. А в административном здании разместился элитный отряд «красных». Плюс дальние патрули в горах, которые уже дважды прошли в опасной близости от нашей позиции.

Итого, почти сорок «Искателей» на наш небольшой отряд. Плюс, куча ограничений. Ничего не ломать и не взрывать, и максимально обезопасить гражданских. Не, если не захватим или удержать не сможем, то подорвём, конечно. Но это крайний случай.

Оса тенью скользнула между камней. Отошла всего на пару метров, а я уже толком не смог её разглядеть. Размытое пятно, практически неотличимое от камней. Я сейчас должен был выглядеть примерно так же. С той лишь разницей, что рядом со мной скрывался ещё один маленький холмик, которого звали Пепел.

Ящерки тоже были рядом, закопались около тропы, по которой раз в час проходил патруль. Прежде чем они появились снова, я сменил позицию, чтобы охватить максимальное количество ключевых зон. Блокпост, ворота, пара вышек, бараки и администрация. Всё как на ладони, рабочая дистанция предельная, но и меня отсюда не достать. Блокпост дальше всего, и виден только сзади, но там должны без меня справиться. Я только подстрахую, если кого-нибудь упустит Анна.

Начинает она.

Как только вернётся к команде и разложит им на пальцах, всё, что мы узнали. Обрисует план, согласует тайминги и снова растворится, только уже не в тенях, а в полуденном зное. Мы решили не ждать наступления ночи. Жара нам в помощь, и без ночного видения генома мне сейчас будет проще работать. Ставка на незаметность, потом на стремительность, и параллельно постоянный контроль.

Пока ждал команду, срисовал все патрули. А заодно разглядел не замеченную с прошлого ракурса нычку, где залёг вражеский стрелок. На боевого снайпера он не тянул, скорее сторож для работников. Чувствовалось, что навык маскировки у него есть. Периодически воздух вокруг него дрожал, размывая силуэт. Но с той же периодичностью он просто вставал и разминался, демонстративно целясь в работяг внизу. Хоть и тренирует навык, но видно, что они здесь расслаблены. Не ждут нападения извне и изнывают от жары и безделья.

Нам же проще.

Я уже тоже успел заскучать, по несколько раз пересчитав все цели. По моим представлениям Оса уже должна была приступить. Но солнце уже было в зените, исчезли тени, а воздух раскалился уже так, что на ржавых крышах можно было яичницу жарить.

Блокпост — каменное двухэтажное здание, деревянный шлагбаум и цепь из самодельных ежей, тянущаяся до края ущелья, возле которого под тентом из дырявой простыни прятался пикап с пулемётной установкой. Бойцов «Искателей» там было двое: один подрёмывал в кабине, второй вместе с пулемётом, укрылся масксетью. На улице никого не было, но в распахнутых окнах периодически мелькали люди в военной форме. За блокпостом, под таким же тканевым навесом стоял открытый багги и два мотоцикла.

Потом дорога метров пятьсот, и уже начинался периметр завода, окружённый забором из стальной сетки. Две сторожевых вышки с часовыми, но опять же всё внимание во внутрянку. Одна как раз была рядом с бараками, а со второй прекрасно проглядывалась дорога, ведущая к вышкам нефтяным. Внутри каждой было по «Искателю» с СВД. Среди цистерн и железных конструкций сновали в основном рабочие, а за ними приглядывала всего парочка патрулей.

Очень не хватало связи как внутри команды, так и с местными. Предупредить бы, даже помогать не надо, а просто, чтобы уцелели. В этом плане меня больше интересовало главное здание, построенное в одном стиле с блокпостом. Только здесь на втором этаже ещё был балкон, на котором периодически вертелся один из «красных». Солидный, крепкий дядька в бейсболке и плечевыми кобурами по бокам, который, похоже, был здесь главным. Пару раз он высовывался за перила и что-то кричал тем, кто был внизу. Но кто там, я не видел, здесь тоже натянули тенты, которые частично перекрывали мне обзор.

Я вернул прицел обратно к блокпосту и чертыхнулся, поняв, что чуть не пропустил сигнал. С одной стороны вроде бы ничего не поменялось — та же пыльная дорога и плотный, густой зной. Едва-едва колышатся занавески в окнах, бликуют окна, и часовой рядом с пулемётом будто бы прихлопнул назойливую муху на потной шее.