Евгений Гарцевич – Геном хищника 7 (страница 15)

Вот ведь чёрт! Всё-таки сделала Аркадия из меня адреналинового наркомана. А с другой стороны, когда терять нечего, инстинкты самосохранения нет смысла включать. Откатится таймер, тогда и сбавим обороты. Но, чтобы не спугнуть своим энтузиазмом техника, я нахмурился. А потом обратился к Джуни.

— Джуни, — позвал я, — что думаешь? Почему «Крысоловы» свернули с этого пути?

— Без понятия, — «мышка» развела руками. — Это до моего рождения было. А по рассказам старших, им просто там стало тесно, а община в Хардервайке, наоборот, зазывала всех к себе. Вот и переехали.

Я выразительно посмотрел на Чейкера, типа видишь? Всё в порядке, никакого криминала. А вслух сказал.

— Всё равно надо проверить, у нас заказ на доставку, отменить который мы не можем.

— Там тройной барьер должен быть, — покачал головой техник и посмотрел на Купера, будто искал у него поддержки. — Я как-то видел протоколы, по которым они работают.

— Я тоже видел, — сказал Сапёр. — Дайте мне минут двадцать, я всё расчищу.

— Не надо это открывать, — пробурчал Чейкер, сделав акцент на слове «это».

Я его уже не слушал. Времени нет. У меня даже двадцати минут лишних нет.

— Купер, организуйте прикрытие. Сапёр, подготовь взрывчатку. Если оттуда вылезет кто-нибудь кроме меня, валите на фиг, потом подрывайте и…

Я задумался, что сказать. Показалось, что обычный инструктаж превращается в прощание. Не, фигушки.

— Подрывайте и дуйте за горючкой, — я махнул рукой и добавил, — а я вас догоню. Чейк, приятно было познакомиться.

Ну а что? Сомнительно не то, что вернусь, а то, что он с нами останется. Я почувствовал, как меня буравят взглядами с двух сторон. Слева — Джуни, справа — Оса. Первая явно хотела сказать, что знает ловушки и логику помещений «Крысоловов» и ей надо пойти со мной. А вторая просто хотела быть рядом. Но я помотал головой. Простите, но мне надо покормить своего зверя. И зрелище это вряд ли будет аппетитным.

Чейкер только открыл рот от удивления и косился на бывших «Миротворцев», в надежде, что ему объяснят, что происходит. Но парни лишь с улыбкой отсалютовали мне. А когда я уже спускался по ступенькам, до меня донёсся тихий разговор.

— Это что такое было? — спросил Чейкер.

— А не обращай внимания, — ответил Шустрый. — Это Сумрак, он по какой-то своей особой программе тренируется. Пойдём лучше лагерь делать, он голодный вернётся.

— Вернётся? — усмехнулся техник, но смешок явно вышел каким-то нервным.

— Ну если не вернётся, то сами его притащим. Но потом точно голодный будет…

Хм, вообще-то, я и сейчас голодный. Но попавшие в организм металлы, видимо, сбили мне метаболизм, так что острой нехватки в калориях я не испытывал. Ладно, пара батончиков в разгрузке есть, эликсиры, вода. Продержусь как-нибудь.

Я вернулся к арке, спустился по ступенькам и увидел шакрасика, от скуки пинающего лапой половинки мокрицы. Он посмотрел на меня и фыркнул, никакой мыслеречи не было, но и так было всё понятно. Этот от меня так просто не откажется, в отличие от его старшего собрата, засевшего у меня в ДНК.

Я закатал рукава, активировал браслеты, а потом и «Стальную кость». Визуально ничего не изменилось, лезвия и шипы из меня не полезли, но костяшки приобрели стальной блеск. На руках практически кастеты, усиления в броне мигает две ячейки из четырёх. Похоже, со «стальными» геномами увеличилась скорость заряда. В общем, не вижу причин долго рассусоливать с барьером. Я размахнулся и нанёс первый удар.

Глава 9

Гнилые доски, вместе с ещё десятком мокриц, разлетелись сразу же. Каменная кладка сопротивлялась чуть дольше. Было видно, что лепили её из подручных средств — камни были разного размера, плохо подогнаны друг к другу и обильно залиты каким-то местным строительным раствором. В общем, делали тяп-ляп и на скорую руку. А единственным примечательным, что нашлось в стене, как раз и была та самая рука. Растопыренные скрюченные кости вмуровали с другой стороны.

Не думаю, что специально. Такое впечатление, что «Чистильщики» бежали, бросив своих. И лили раствор, уже плохо понимая, что кто-то ещё пытается пробраться. А, может, хорошо понимали, учитывая, как торопились.

Продолжение руки, в виде истерзанного трупа, нашлось дальше. Стоило выбить неровный кусок по центру кладки, дождаться, пока осядет пыль, и включить фонарь, как впереди открылась история «Чистильщиков». Короткая, явно печальная и очень кровавая. Тела сохранились плохо. Точнее, лучше сказать: не сохранились вовсе. В голове включился воображаемый режим «Криминальной лаборатории» или в моём случае: «Криминальной археологии».

Я просветил тёмный коридор и насчитал три тела, плюс четвёртый, болтавшийся у меня на уровне глаз с застрявшей в стене рукой. Из провала дыхнуло сыростью и затхлостью, в носу защекотал запас плесени. И не просто защекотал, показалась, что плесень уже по волоскам в ноздрях побежала, осела там и начала раздуваться. Я чихнул, прогоняя наваждение, и почувствовал ещё какой-то запах. Что-то кислое и сырое, похожее на грибы.

М-да, в лесном влажном подвале, наверное, благодать для всякой такой живности. И ужас для моей «криминалистики». Определить, как давно они здесь лежали, я не смог. Может, пару лет, а может, и все двадцать. Это какие-то полумумии, затянутые плесневелой плёнкой. С другой стороны — это тоже о многом говорило. Тела никто не съел, никуда не утащил, и гнездо в них никто не свил. Хотя…

Я вздрогнул, когда из пустой глазницы плешивого черепа, что-то юркнуло в свете фонаря.

— Бритвочка, фу! — прошипел я, когда разглядел, что это уже мои острохвосты на разведку пошли, за ними ещё и мелкий решил направиться, попытавшись оттолкнуть меня от проёма. — Ты то хоть сиди пока…

Я выломал ещё несколько камней, расширяя проход и, надеясь, что хоть какие-то капелюшки света дойдут с улицы. Но нет, и ступеньки глубоко, и деревья вокруг арки входа. На улице яркий день, а здесь будто в другое измерение попал. Или хотя бы в царство мёртвых, если судить по первым находкам.

Внутри было темно. Насыщенный густой чёрный свет, как если бы тот самый квадрат Малевича, на котором «битва негров ночью» показывали бы не вживую, а на «олед» мониторе с миллионом оттенков чёрного. Луч фонаря, который не раз меня выручал, сузился в тонкий пучок, которого не хватало, даже чтобы целиком осветить хоть одно тело «Чистильщика». А когда я переступил порог и пропали хоть какие-то ответы с поверхности, темнота буквально превратилась во тьму. Которую можно было черпать ложкой и ощущать физически.

По коридору, добавив ещё больше запаха грибно-плесенного соуса, прошелестел прохладный ветерок. Хрень какая-то! Мне явно нужна аура приглушённого воображения, потому что иначе череп замурованного «Чистильщика» что-то прошептал мне на ухо, когда я прошёл мимо. Я посветил на него фонариком и зачем-то сделал это снизу вверх, лишь добавив красноречивости его мумифицированной ухмылке.

Я осмотрел тело на предмет того, что его убило. Если и были пулевые, то их уже затянуло плесенью. Но пробитый чем-то тяжёлым и большим затылок замаскировать было сложнее. С этим понятно — бежал, хотел наружу, попытался расковырять ещё не застывшую стену, догнали и успокоили. С остальным плюс-минус ситуация похожая: ещё один убегал, а остальные двое успели развернуться и дать бой.

В ещё более жутком состоянии, чем тела, на полу валялось оружие. В покрытых ржавчиной и плесенью бугорках с трудом, но угадывались американские М16. Причём, судя по треугольному цевью, самая первая модификация. Небось, ещё в войне во Вьетнаме побывала, прежде чем на Аркадию попасть. Под ногой хрустнул пустой магазин, а потом даже через подошву ботинка прочувствовались разбросанные гильзы.

Чем глубже по коридору я продвигался, тем больше следов от пуль видел на стенах. Палили парни, не жалея патронов, и пару гранат точно закинули. Вот только в кого, пока было неясно. Я осмотрел ещё один труп, который выглядел чуть более сохранившимся. По крайней мере форма, на которой нашлась нашивка UNPA и не было пулевых отверстий. Всё остальное у него сохранилось хуже, как голова на месте осталась, было загадкой для моей криминальной лаборатории. Её ему тоже пробили, но сделали это снизу вверх ударом в челюсть. Нижнюю просто разбили пополам, а верхняя, думаю, вполне смогла мозги на вкус попробовать.

Опять же — информация. Бьют здесь больно, но не стреляют.

Биомонитор меня кольнул уже дважды, но чуйка пока включаться не хотела. Процесс встряски генома начался, но пока маловато. Переглянувшись с мелким, я выключил фонарь, прошёл коридор и высунулся за угол. А, может, и не высунулся, потому что не видно ни черта. С одинаковым успехом передо мной может быть пустота, а может — старая каменная кладка.

Я моргнул несколько раз, пытаясь хоть как-нибудь разогнать сумеречное зрение. Вспомнил про капли «Крысоловов» и уже собирался их достать, как постепенно в разных углах помещения начали проступать едва заметные знаки. Не так ярко, как в подземельях Хардервайка, будто бы яркость скрутили больше чем наполовину, но разобрать их было можно. Только света они не давали. Я шёпотом призвал Аркашу и немного, попытав его, выяснил, что ультрафиолетовое зрение — это ещё один бонус от геномов ящериц. Просто настолько слабый и смешанный с возможностями шакраса, что система не выделила его в отдельный навык.