Евгений Гаглоев – Пардус. Жаждущие мести (страница 11)
Эдуард изумленно на него уставился. Луиза онемела.
– Ладно бы обвинения были ложными, – не унимался Аркадий. – Но ведь все правда! Эксперименты, подлоги, шантаж! А может, и убийства? В нашем доме постоянно ошиваются какие-то странные люди! Думаешь, я совсем ничего не вижу и не слышу? Чего стоит один только Ягуар, этот жуткий тип, покрытый шерстью! Один из результатов ваших экспериментов со Штерном?
– О, – спокойно произнес Эдуард. – А мальчишка показал зубы. Кто бы мог подумать?
– Хватит, – попыталась вставить Луиза.
– Ну почему же, – усмехнулся Эдуард. – Пусть выскажется. Нечасто у нас случаются такие откровенные разговоры!
– Мне неприятно тебя слушать, – устало произнес Аркадий. – Ты только и делаешь, что орешь на меня. Мне это осточертело.
Эдуард лишь улыбнулся.
– Неприятно слушать? – повторил он. – Что ж…
Он вдруг открыл дверь, сгреб Аркадия за шиворот и грубо вытолкнул его из машины.
– Тогда иди пешком, – жестко сказал Эдуард. – Тебе не придется выслушивать отца. А заодно подумаешь над своими словами и своим поведением. Поехали! – крикнул он водителю.
– Нет! – воскликнула Луиза.
Она выбралась из машины и встала рядом с сыном.
– Я тоже пойду пешком! – заявила она.
– Да неужели? – насмешливо произнес Эдуард. – Тебе тоже надоело меня слушать?
– И уже очень давно! – Луиза с грохотом захлопнула дверь.
– Тряпки! – презрительно бросил Эдуард.
Машина плавно тронулась с места. Аркадий и Луиза остались стоять у ворот школьного двора. Оба с ненавистью смотрели вслед внедорожнику.
– На метро? – спросила Луиза у сына.
Аркадий не сдержал грустной улыбки:
– В таком платье? Для метро оно явно не подойдет. Лучше вызовем такси.
– Ты прав, – согласилась Луиза и вытащила из сумочки мобильник.
Внедорожник Кривоносова приблизился к повороту. В этот момент дорогу ему преградил небольшой фургон. Все случилось так неожиданно, что машины едва не столкнулись. Раздался громкий визг покрышек.
Аркадий и Луиза удивленно уставились на происходящее.
Боковая дверь фургона отъехала в сторону. Внутри показался какой-то темный силуэт.
– Эй! – разъяренно крикнул Эдуард в окно. – Ты что творишь, мерзавец?!
И тут послышался очень странный звук. Тихий треск, поскрипывание, словно множество стеклянных кристаллов трутся друг об друга. На глазах у потрясенных Аркадия и Луизы внедорожник Кривоносова-старшего начал быстро покрываться толстой коркой льда.
В считаные секунды вся передняя часть машины обледенела. Задняя дверь распахнулась, перепуганный Эдуард мешком вывалился на дорогу и в ужасе пополз прочь. Внедорожник тут же полностью оброс ледяной шапкой, во все стороны от машины выдвинулись длинные, прозрачные, как сосульки, ледяные шипы.
Фургон резко сорвался с места и скрылся за поворотом. От обледеневшей, примерзшей к асфальту машины в воздух медленно поднимались клубы густого пара.
– Что… что происходит? – испуганно пролепетал Эдуард Кривоносов, сидя на тротуаре.
Аркадий и Луиза просто лишились дара речи, как и несколько школьников, наблюдавших за происходящим со двора.
А затем кто-то вдруг испуганно вскрикнул. Луиза и сама увидела, что их личный водитель так и остался в машине, намертво вмороженный в сиденье автомобиля, превратившегося в гигантскую глыбу льда.
– Что там происходит? – Ирина Клепцова стояла у открытого окна, когда Никита переступил порог редакции школьной газеты. – Я слышала чей-то крик!
– Я тоже, – подтвердил Артем. Он сидел на диванчике у стены и усердно что-то писал в своем блокноте. – Привет, Никит!
– Привет, – кивнул Никита. Он подскочил к окну и почти по пояс высунулся наружу, едва протиснувшись между рамой и мощной фигурой Ирины.
– Вижу! – воскликнула Клепцова, едва не оглушив Никиту. – Бирюков, хватай скорее фотоаппарат и за мной!
Она оттолкнула Легостаева и бросилась к двери. Никита едва не свалился.
– Прыткая какая, – покачал он головой.
– Еще бы! – согласился Артем. – Я удивлен, как она вообще не сиганула прямо в окно! Что она там увидела?
– Сейчас узнаем!
Никита и Артем помчались за ней. Артем немного притормозил, чтобы схватить со стола фотокамеру, но потом быстро догнал Легостаева на лестнице. Когда мальчишки выбежали в коридор, Клепцовой уже и след простыл. Лишь на нижнем пролете лестницы еще слышался громкий удаляющийся топот. Для своей комплекции Ирина передвигалась с устрашающей скоростью.
Они выбежали во двор и понеслись к воротам, у которых уже начала собираться толпа. Чтобы увидеть, что случилось, пришлось выйти за ограду. И только заметив причину сборища зевак, Никита застыл на месте.
Артем налетел на него сзади, не удержался на ногах и брякнулся на газон.
– Нельзя же так резко останавливаться! – недовольно буркнул он. – Предупреждать на…
И замер с открытым ртом, как и Никита, потрясенный увиденным.
Внедорожник, покрытый льдом, замерзший посреди проезжей части, представлял собой жуткое зрелище. А силуэт человека, видневшийся на водительском сиденье, выглядел еще ужаснее. Никита огляделся и увидел Кривоносовых. Все трое стояли в стороне, перепуганные и ошеломленные происходящим. Да ведь это их машина! И их личный водитель! Никита похолодел. Что же произошло? Как вышло, что в теплую солнечную погоду машина могла так обледенеть?
– Это совсем как тогда, на площади у «Амариллиса», – тихо проговорил стоящий рядом Игорь Лужецкий. – Замерзшая машина проломила стеклянную стену и свалилась прямо на площадь. Она разлетелась на осколки, будто какая-то ледяная фигура… Мы с Настей Михайловой гуляли там в это время…
Никита слышал об этой истории от Татьяны Пожарской. Так был убит отец ее лучшей подруги, глава компании «Амариллис». И виной всему стали метаморфы. Некто по кличке Холод.
Он снова взглянул на Эдуарда Кривоносова. Тот, похоже, тоже вспоминал о тех давних событиях. Лицо президента «Экстрополиса» посерело от страха, трясущиеся губы беззвучно шевелились. Никто из присутствующих не разобрал его слов, только Никите это удалось. Всего-то пришлось применить кошачий слух.
– Меня хотели убить, – лепетал Кривоносов-старший.
Артем поднялся с газона и вскинул фотокамеру, желая сделать снимок, но Никита закрыл его объектив рукой.
– Не стоит, – тихо произнес он. – Этот материал не подойдет для школьной газеты.
Глава девятая
Ревность к оборотню
Полиция появилась очень быстро, но гигантская толпа вокруг обледеневшей машины собралась еще быстрее. Казалось, на улицу высыпали все учащиеся школы и даже некоторые учителя. Инга Валерьевна и Елена Владимировна стояли в сторонке, Олег Павлович и Галина Петровна разговаривали с одним из криминалистов. Никита слышал, как тот советовал им убрать подальше всех учеников. Географ Людмила Афанасьевна созывала свой класс на урок, но ее никто не слушал.
Однако вскоре полицейские все-таки разогнали зевак, к большому неудовольствию последних. Место происшествия огородили желтыми лентами, всю улицу заполонили патрульными машинами. К тому же вскоре прозвучал звонок, и многим ученикам пришлось вернуться в классы.
Ирина и Артем пытались рассмотреть хоть что-нибудь из-за чугунной ограды школьного двора – ближе их не подпускали, – а Никита умудрился незаметно взобраться на дерево через дорогу от замороженного автомобиля. Он влез повыше, чтобы криминалисты его не увидели, и устроился так, чтобы не порвать форменные брюки и пиджак. Все-таки жизнь была куда проще, пока им не навязали обязательную школьную форму!
Его не замечали, но сам Никита видел и слышал все, что происходило внизу. Похоже, следователи сами не понимали, что случилось, но всячески старались не показывать этого. Они допрашивали Аркадия Кривоносова и его родителей, опасаясь приближаться к глыбе льда, от которой все так же поднимался пар. На жаре лед быстро начал таять, и по тротуару уже побежали мутные ручейки.
Затем на место происшествия явились «Перевертыши» – особый отдел Департамента безопасности, занимавшийся расследованием разных странных дел. Никита увидел своего двоюродного брата Панкрата Легостаева, возглавлявшего команду, и нескольких его подопечных – молодых парней и девушек в возрасте от шестнадцати до двадцати лет. Среди них Никита разглядел и Татьяну. Она казалась старше своих лет, вся такая собранная и деловая. На ней был темно-серый брючный костюм и черные туфли на низком каблуке. Точная копия Ксении Воропаевой внешне, но совсем другая внутренне.
Ксю была веселой, задорной и озорной, склонной к авантюрам. Татьяна почти всегда сохраняла серьезное выражение лица. Никита знал, что ей очень многое пришлось пережить. Наверное, поэтому девушка и стала такой твердой и решительной. Она по-прежнему жила в доме прокурора Павла Васильевича Воропаева, приемного отца Ксении, и Никита считал это немного странным. Татьяна заменила Павлу дочь. Интересно, кого он сам в ней видел, Ксению или все же ее сестру? Именно сестру, ведь Татьяна говорила, что все считают ее близнецом Ксении, потерянным много лет назад. О клонировании мало кто был в курсе, да и сама Татьяна не любила об этом говорить. Она предпочитала считать себя цельной и самостоятельной личностью, а не копией Инги Штерн, этого чудовища в человеческом облике.
«Перевертыши» принялись осматривать место происшествия. Татьяна вполголоса переговаривалась со своими коллегами по отделу, среди них был и Антон Василевский. Панкрат допрашивал свидетелей, все шло своим чередом. Полицейские эксперты обступили машину и начали ломать лед, чтобы добраться до тела водителя.