Евгений Гаглоев – Пардус. Книги 1-9 (страница 92)

— Теперь припоминаю, — соврал Никита. — И когда вы уезжаете?

— Сегодня вечером.

— Уже сегодня?! — снова подскочил Никита. — И надолго?

— На три недели. Будешь жить, как король! По всем вопросам обращайся к Марине. Только не забывай кормить кота. И если будешь устраивать вечеринки, постарайся не разнести квартиру.

— Какие вечеринки? У меня нет на это времени.

Никита понуро опустил голову. И вдруг уловил едва ощутимый запах гари. Парень похолодел. Он задрал край футболки и принюхался. Запах не мог исходить от него, так как он вчера целый час провел в душе, соскребая с себя сажу и помои. Что же это?

— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Игорь Николаевич.

— Ты ничего не чувствуешь?

— Нет… А должен?

В прихожей заскрежетал замок входной двери. Вскоре до них донесся голос Марины.

— Есть кто-нибудь дома?!

— Есть! — крикнул отец.

Марина вошла в кухню. Запах гари усилился настолько, что у Никиты засвербело в носу.

— Господи! — испуганно воскликнул Игорь Николаевич. — Ты что, спалила квартиру Андрея?! И снова собираешься жить с нами?

— Очень смешно! — скривилась Марина. — Но на этот раз вам повезло. Он меня пока не выгнал! Я только что с места пожара, собирала там материал для статьи!

— Что сгорело? — поинтересовался отец.

Но Никита уже знал ответ.

Марина включила телевизор, стоящий на холодильнике, и нашла канал, где передавали последние новости.

— Вот! — кивнула она, когда на экране возникли обгоревшие развалины.

Никита сразу узнал это место. Кое-где еще клубился дым. Территория была огорожена, в кадре то и дело мелькали пожарные.

«При разборе завалов обнаружено тело владельца здания, Александра Федорова, — сообщил диктор. — Некогда известный ученый-фармацевт, последние годы Федоров работал в институте психиатрии „Геликон“, также совсем недавно сильно пострадавшем от огня. В сгоревшем здании была оборудована подпольная лаборатория. Чем занимался Федоров — неизвестно, следствие только началось. Связаны ли эти два пожара — покажут результаты расследования…»

Камера скользнула по дымящимся развалинам. Вдруг на экране показалось лицо Панкрата Легостаева.

— Опять он тут! — воскликнула Марина. — Значит, снова дело нечисто! Знаете ли вы, что наш дорогой двоюродный братец работает следователем в особом отделе Департамента безопасности? В особом отделе!!!

— Нет, — удивленно произнес Игорь Николаевич. — Я думал, он обычный следователь…

— Вот и для меня это стало сюрпризом! Особый отдел занимается только самыми исключительными делами! — Марина выключила телевизор и уселась за стол. — Пусть репортеры говорят что хотят! Я-то знаю, что этот поджог — дело рук Савицкой, как и в случае с «Геликоном»! — заявила она.

Никита опять подавился яичницей и закашлялся.

— Где бы узнать подробности? — задумалась Марина. — Может, все-таки стоит навестить родственничка?

— Марина, почему тебя постоянно тянет на уголовщину? — укоризненно спросил Игорь Николаевич. — Не лезла бы ты в это дело! Пиши себе о каких-нибудь презентациях. А то, не ровен час, попадешь в неприятности.

Никита думал о том же. Сестра была очень упрямой и въедливой. Он уже не раз успел пожалеть, что пообещал тогда Виннику передать ей бумаги, которые открыли бы правду о деятельности «Экстрополиса». Марину нельзя втягивать в это дело. Она сразу ухватится за него, готова будет горы свернуть, лишь бы докопаться до правды. А эти люди очень опасны. Самым лучшим выходом было бы анонимно подбросить документы главному редактору газеты. Именно так Никита и решил поступить. Осталось только дождаться посылки от Винника.

Тем временем отец закончил завтракать и стал собираться на работу.

— Ты обещал узнать о «спящей красавице», — шепнула Никите сестра. — Как успехи?

— Я поговорю с профессором завтра вечером, — пообещал Никита. — Мне и самому интересно, что это такое.

«Если не забуду, — добавил он про себя. — Может, у меня уже склероз прогрессирует? Как можно забыть о том, что родители уезжают на три недели?!»

Он отправился в свою комнату, вырвал из блокнота листок и написал на нем: «В одиннадцать вечера поговорить с профессором Винником. Псевдоним Знающий!» Затем Никита сложил бумажку и бросил ее в свой рюкзак. Туда же он положил рамку с фотографией Ксении, найденную в сгоревшей лаборатории.

Пора было отправляться на стадион.

Анатолий Сергеевич Авдеев был сегодня не в духе. Он пожаловался, что съел что-то не то и его слегка мутит. Поэтому тренировка окончилась очень быстро. Авдеев лишь заставил ребят пробежать десять кругов по стадиону, а затем очень поспешно удалился, держась обеими руками за живот.

Никита и Ксения взобрались на самый верх трибуны, сели на скамейку и блаженно расслабились под теплыми лучами солнца.

— Теперь можно и поговорить, — сказал Никита.

— О чем?

— Ты знакома с человеком по фамилии Федоров? Ксения задумалась:

— Нет… Хотя погоди! Это не тот, о ком сегодня говорили в новостях?

— Именно, — кивнул Никита.

Он поведал ей обо всем, что случилось вчера. Ксения молча слушала его, широко раскрыв глаза, а затем тихо произнесла:

— Кошмар… А почему я должна знать этого Александра Федорова?

Никита порылся в своем рюкзаке и протянул ей фотографию в рамке.

Девушка просто остолбенела.

— Это… Это не я! — потрясенно прошептала она. — Это не могу быть я! Это… О господи! Помнишь девочку, моего двойника, похороненную на деревенском кладбище? Ее звали Татьяна Федорова! Она — приемная дочь этого ученого! Это она здесь сфотографирована!

Никита шлепнул себя по лбу.

— И как я сразу не догадался?! — воскликнул он. — Точно! Все сходится! Но какое странное совпадение…

Ксения вытащила фотографию из рамки и перевернула. На обороте было что-то написано. Никита придвинулся ближе и прочитал:

— Складская, восемнадцать! Это что, адрес?

— Складская, — задумчиво повторила Ксения. — Это ведь улица в портовой зоне. Там одни только склады да ангары. Что там может находиться?

— Не знаю, — проговорил Никита. — Но собираюсь выяснить это.

— Я пойду с тобой.

— Но…

— Никаких «но», Бродяга! — твердо сказала Ксения. — Для меня это очень важно, важнее, чем для тебя. Отправимся прямо сейчас! — Она вскочила со скамейки и вдруг замерла. — Ах, черт! Я же обещала отцу сходить в магазин за продуктами!

— А мне уже в «Рассвет» пора, — сказал Никита.

— Тогда давай встретимся сегодня вечером? — предложила Ксения. — Когда стемнеет. И вместе узнаем, что расположено по этому адресу.

На том и порешили. Ксения отправилась по магазинам, а Никита поспешил на работу. Так поспешил, что пришел на час раньше намеченного времени.

— Что-то ты сегодня рано, — подозрительно сказал Захар, когда Никита вбежал в кафе. Затычка с кислой физиономией стоял за барной стойкой и пересчитывал наличность в кассовом аппарате.

— Можно, я начну прямо сейчас, но уйду пораньше? — спросил Никита. — У меня родители сегодня уезжают. Хочу успеть попрощаться.

— Ладно, — милостиво кивнул Захар. Он посмотрел на настенные часы. — Часиков в шесть можешь быть свободен.

— Спасибо! — поблагодарил его Никита и побежал переодеваться.

В кухне он увидел лишь Ларису Кирсанову, хлопочущую у большой плиты. Она следила сразу за шестью огромными кастрюлями, в которых что-то кипело и булькало. Позади нее на специальном стеллаже стояло несколько противней с только что испеченным печеньем. В помещении витали такие ароматы, что Никита даже зажмурился от восторга.

— Ты настоящий спец по кулинарии! — сказал он Ларисе. — Кто бы мог подумать, что совсем недавно все это было лишь непонятным набором продуктов!