Евгений Гаглоев – Пардус. Книги 1-9 (страница 87)

— А у меня хорошая новость, Бродяга! — сказала Ксения. — Мы с отцом скоро переезжаем в ваш район. Мало того, в новом году я буду учиться в вашей школе. Так что советую познакомиться со мной поближе.

— Это же здорово! — воскликнул Никита. — Надо будет познакомить тебя и с нашими отморозками!

— Не думаю, что они хуже тех, с кем я до этого училась!

— А почему ты зовешь меня Бродягой? — спросил он.

— Мне так нравится. К тому же ты и есть бродяга. Любишь ведь шляться по ночам? Знаешь что, я буду звать тебя Ночным Бродягой! Так еще лучше!

— Зови, как хочешь. Мне это даже нравится. — Никита допил воду и бросил стаканчик в урну. Ксения последовала его примеру.

Их вещи лежали на нижней скамейке трибуны. Подходя к своей сумке, Никита еще издали услышал настойчивый звонок мобильника. Вообще-то раньше он принадлежал Марине, но сестра недавно обзавелась новым смартфоном, а старый кинула с барского плеча Никите.

Звонил Артем Бирюков.

— В кафе наконец-то освободилось два места официантов, — сообщил он. — Мне сейчас Вероника звонила. Сегодня в шесть вечера нас ждут на собеседование.

— Отлично! — обрадовался Никита. — Я приду прямо туда!

— Не опоздаешь?

— Смеешься? Когда это я опаздывал?

— Всегда и везде! — сказал Артем и положил трубку. Никита возмущенно фыркнул.

И все-таки на встречу он опоздал: когда раздался следующий звонок Артема, Никита, свернувшись калачиком, безмятежно спал на диване в гостиной. Кот Апельсин мирно сопел рядом.

— Ты где ходишь?! — возмущенно крикнул Артем в трубку. Никита скатился с дивана, напугав кота, и взглянул на настенные часы. Было ровно шесть часов.

— Черт! — воскликнул Никита. — Уже лечу!!!

— Давай! Тебе повезло, что администратор кафе сам немного задерживается!

Никита лихорадочно заметался по квартире. Он умылся, причесал взлохмаченные вихры. Во рту ощущался какой-то странный привкус. Никита подумал и почистил зубы.

Выскочив из ванной, он едва не сбил с ног Марину. Похоже, она только что вошла в квартиру.

— Ты зрение и слух давно проверял? — сухо осведомилась сестра. Ее тон не предвещал ничего хорошего.

— А что такое? — не понял Никита.

— И он еще спрашивает! — разозлилась Марина. — Полтора часа назад я видела тебя возле парка! Ты шел по противоположной стороне улицы! Я кричала, махала руками, а ты даже не обернулся!

Никита удивленно на нее посмотрел.

— Правда? — растерянно произнес он. — Ты, наверное, что-то путаешь… Это был не я.

— Ага! А вот это ты видел?! Марина сунула ему под нос скейтборд.

— Ты потерял свою доску и даже не заметил! Хорошо, что я ее подобрала!

Тут Никита выпучил глаза и разинул рот. Он вдруг понял, что совершенно не помнит, как оказался дома. Марина тем временем прошла в кухню и открыла холодильник.

— Есть хочу, быка бы проглотила! — донеслось до Никиты. — Ничего себе! Вы что, коту уже все консервы скормили?! Я ведь только сегодня утром две банки купила!

Никита так и сел. До него вдруг дошло, что за странный привкус был у него во рту. Так пахли кошачьи консервы. Апельсин вышел из гостиной, сел напротив и с крайним осуждением уставился на хозяина.

— Блин! — выдохнул Никита. — Прости, Апельсиныч! Похоже, я съел твою недельную пайку… Хотя совершенно не помню этого. Что за чертовщина?

Однако он по-прежнему опаздывал. Никита кинулся в свою комнату за рюкзаком, затем выбежал в коридор. В этот момент в квартиру вошла мама.

— Ты уже дома, сынок? — обрадовалась Ирина Юрьевна. — А я тебе кое-что купила! Увидела сегодня в папином супермаркете и просто не смогла удержаться. Эта вещь идеально тебе подойдет!

Никита настороженно замер, охваченный самыми дурными предчувствиями. Мама всегда любила делать покупки. Она покупала одежду себе, отцу, Марине и Никите. Но зачастую купленные ею вещи приходилось нести обратно в магазин и обменивать на другие: не подходил то размер, то цвет. Как-то раз она подарила Никите нежно-розовую футболку с ядовито-желтыми джинсами. Он едва не спятил, когда увидел все это. У Марины, по ее признанию, от такого сочетания цветов практически случился эпилептический припадок. Благо, в супермаркете «Бальзак», где работал Игорь Николаевич, их семью хорошо знали, и с обменом никогда не возникало проблем.

Ирина Юрьевна торжественно протянула сыну большой пакет с эмблемой «Бальзака».

— Вот она! — сказала мама. — Иди-ка, примерь!

Она? Никита осторожно взял сверток и протопал в свою комнату.

В пакете лежала черная кожаная куртка. Крутая, навороченная, с металлическими заклепками и молниями, совсем как у настоящих байкеров. Никита даже застонал от восхищения. Он тут же натянул ее и подскочил к зеркалу. Куртка приятно облегала тело. Капюшон полностью покрывал голову. Накинув его, Никита мог спокойно гулять в другом своем обличье, не опасаясь быть кем-либо узнанным. Куртка идеально подходила для его ночных вылазок.

— Мама, я тебя люблю! — крикнул он.

Марина заглянула из коридора. Ее глаза тут же расширились.

— О! — завистливо выдохнула она. — Ну почему я не парень?! Я бы так круто смотрелась в этих шмотках, не то что ты! Ма! Купи мне завтра такую же!

Никита стащил с себя куртку, свернул ее и запихнул в рюкзак. Артем умрет от зависти, как только увидит! Затем он подхватил скейтборд, выбежал из дома и рванул в кафе «Рассвет».

На его счастье, администратор сам только что подошел. Он разговаривал с Артемом на террасе кафе, когда Никита подкатил к ступенькам и ловко соскочил с доски. Легостаев подкинул скейтборд ногой, поймал его на лету и сунул под мышку.

— Здравствуйте! — воскликнул он, взбегая по ступенькам. Администратор бросил на него презрительный взгляд. Он оказался долговязым и очень худым парнем лет восемнадцати, прыщавым, с жиденькими светлыми волосами. Его звали Захар, и он был сыном владельца «Рассвета».

— Сразу предупреждаю: опозданий я не потерплю! — важно изрек Захар, когда Никита и Артем вытянулись перед ним в струнку. Он смерил их взглядом и брезгливо поморщился. — Как и разгильдяйства! Усекли?

— Да! — одновременно сказали Никита и Артем.

— Вот и хорошо, — удовлетворенно кивнул Захар. — А теперь давайте на кухню! Я вас со всеми познакомлю!

Они прошли сквозь зал, где сидели посетители — просторное, залитое солнечным светом помещение, — и направились в сторону кухни. Захар шел впереди и показывал дорогу, попутно все объясняя. У него была очень неприятная манера говорить: нудно, высокомерно, растягивая слова.

— Тут у нас бар, а здесь уборная. А там гардероб…

Но внимание Никиты было приковано к Веронике Леоновой, появившейся в зале с блокнотом в руках. Не замечая Никиту и Артема, она подошла к посетительнице и сказала:

— Мы рады видеть вас в нашем кафе. Что будете заказывать? Посетительница — дородная женщина средних лет — украдкой показала на соседний столик и тихо произнесла:

— А можно мне то, что в тарелке вон у того господина? Вероника заговорщицки ей подмигнула:

— Да без проблем! Давайте я скажу ему, что его зовут к телефону. Он отойдет, ну а вы уж тут не зевайте!

Никита едва не расхохотался.

Вероника никогда не отличалась сообразительностью и частенько говорила глупости. В этом она была очень похожа на своих ближайших подруг Алену и Ларису. Но Никита вдруг с удивлением понял, что уже почти соскучился по их болтовне, хотя никогда не был в особо теплых отношениях с этой троицей. Хотя… Леонова была неплохой девчонкой. Повезло ей, что Захар не слышал, как она «беседовала» с посетительницей, а то бы вмиг потеряла работу. Вон, дородная дама уже залилась краской и принялась что-то быстро втолковывать Леоновой.

Кухня при кафе оказалась очень просторной и вместительной. Здесь одновременно, не мешая друг другу, могли находиться человек пятнадцать. Стены сияли белоснежным кафелем, широкие электроплиты были начищены до блеска, как и большие кастрюли на многочисленных металлических стеллажах.

Лариса Кирсанова в высоком белом колпаке радостно помахала парням поварешкой. Никита вспомнил, что она устроилась помощником повара. И повар находился здесь же, точнее, повариха — высокая полная женщина с румяным лицом, облаченная в белую форменную куртку.

— Знакомые все лица! — воскликнула Лариса.

Артем помахал ей в ответ. В кухню вошли Алена Кизякова с Вероникой. Никита только теперь разглядел, что на девушках была одинаковая синяя униформа с белыми кружевными передниками.

— Какие люди! — заулыбалась Алена. — Так вы тоже будете здесь работать?

— Надеюсь, у нас будет другая одежда? — заволновался Артем.

— А что, тебе пошел бы белый передничек! — хохотнул Никита.

— Ну-ка, тихо! — прикрикнул Захар. Он повернулся к девочкам: — Вы что, знакомы?

— Мы учимся в одной школе, — сказала Вероника.

— Вот как? Тогда вы им тут все и покажете! Захар хмуро посмотрел на Никиту.

— Можете приступать прямо сейчас, — сказал он. — А я послежу за вами, чтобы понять, кто на что способен!