Евгений Гаглоев – Пардус. Книги 1-9 (страница 460)

— Нет! Села на новую диету, — испуганно пробормотала Яна. Она не хотела признаваться Ирине в своем слабоволии. — Наверное, она так на меня действует.

— Охота тебе себя уродовать? — поморщилась Ирина.

— Наоборот, — горячо возразила Яна. — Это сейчас я не красавица. Мне действительно нужно немного похудеть.

Ирина покачала головой и двинулась дальше. Яна радостно вздохнула и снова повернулась к зеркалу.

Едва дождавшись окончания занятий, она тут же отправилась в "Институт красоты". Яну все сильнее разбирало любопытство и беспокойство. Поэтому, едва войдя в кабинет доктора, она принялась делиться с ним своими опасениями: особых перемен нет и вес остается прежним; она проверяет каждый вечер. Но вот кожа становится все более и более дряблой. Она уже думает, не начать ли скрывать шею под толстым шарфом. А на теле — вообще ужас. Там кожа стала грубой и бугристой, словно корка гигантского апельсина.

— Это пройдет, — успокоил ее доктор Ковригин. — Нужно немного подождать.

— Надеюсь на это, — вздохнула Яна.

Второй раствор, который влили в ее вены, был ярко-синего цвета. Третья сыворотка оказалась ядовито-желтой. Яна снова легла на жесткую кушетку, и Феликс Ковригин поставил ей капельницу. Время прошло так быстро, что она даже не заметила.

Когда все закончилось, Ковригин измерил ей температуру, давление, а затем отправил Яну домой.

— Придешь ко мне в понедельник, — сказал он. — Я тебя осмотрю.

— К понедельнику я уже похудею? — с надеждой спросила Яна.

Ковригин загадочно улыбнулся.

— Посмотрим, — сказал он.

Яна отправилась домой. Ее слегка покачивало, но она не обращала на это внимания. Наверное, так и должно быть. А вот жжение под кожей ей не очень нравилось. Раньше такого не было. По венам словно тек расплавленный свинец.

Девочка добралась до дома на метро и первым делом отправилась под душ. Сделав воду похолоднее, она почти час простояла под струей, но жжение так и не прекратилось. Напротив, только усилилось.

А может, она просто простудилась? Оттого и слабость, и головокружение. И этот странный жар. Яна выбралась из ванны и подошла к зеркалу. Увидела свое отражение и потрясенно замерла.

На нее смотрело незнакомое распухшее и одутловатое лицо. Шеи не видно вовсе, казалось, голова растет прямо из плеч. Кожа стала толстой и грубой, она крупными складками расползалась по всему телу. Живот обвис и начал сползать на бедра.

Яна в ужасе бросилась в прихожую, набрала номер доктора Ковригина. Но он не отвечал, в трубке слышались лишь длинные гудки. Что делать? Вызвать врача? Но чем он может ей помочь? Да и потом ей придется слишком многое объяснять.

Яна добрела до кухни и выдвинула ящик стола, в котором хранились лекарства. Она сунула подмышку градусник, затем проглотила пару таблеток жаропонижающего.

Как не вовремя! Завтра в школу, а потом еще придется отбывать наказание, назначенное завучем Казаковой. Пару недель назад девочка случайно опоздала на урок, и Нелли Олеговна не преминула этим воспользоваться. Она выждала, пока Давыдова успокоится и забудет про свое опоздание, и только потом объявила приговор — навести порядок в женской раздевалке бассейна. Если Яна не появится, завуч нажалуется отцу, а у него сейчас и так хлопот хватает. Ей просто нельзя сейчас болеть.

Девочка поднесла градусник к глазам и судорожно всхлипнула. Тридцать девять градусов! Яна перепугалась не на шутку. Она проглотила еще пару таблеток, затем отправилась в свою комнату и легла в постель.

Может, утром ей станет немного легче?

К воротам заброшенного зоопарка Лия подошла в назначенное время. Райончик был тот еще, в таких лучше не появляться после наступления темноты. Но она все же пришла, собрав всю свою волю в кулак, и даже не позвала с собой никого из подружек. Приглашение казалось очень странным, а Лия не хотела давать повод для лишних сплетен. Алиса и Дуня, хоть и считались ее лучшими подругами, никогда не умели держать язык за зубами. Лучше уж самой разобраться, в чем дело. А потом уже решать, посвящать еще кого-то в эти дела или не стоит.

Вокруг медленно сгущались сумерки. Лия зябко поежилась в легкой ветровке и настороженно огляделась по сторонам. Она никого не видела. Может, это была чья-то глупая шутка? Но кто мог так подшутить над ней? Она решила подождать десять минут и, если никто не появится, со спокойной совестью отправиться домой. В этот момент ее окликнули. Лия резко развернулась и никого не увидела.

— Я здесь, — снова послышался тихий голос.

— Где? — с недоумением спросила Лия.

— За оградой, — последовал ответ.

Она пригляделась и действительно увидела за зарослями по ту сторону изгороди темный силуэт. Человек помахал ей рукой:

— Иди сюда, не бойся.

— С чего ты взял, что я боюсь? — вскинулась Лия.

Она протиснулась между двумя раздвинутыми прутьями решетки и бесстрашно шагнула на территорию старого зоопарка. Затем пробралась между кустами и вышла на небольшую полянку.

Семен сидел на скамейке. Это действительно был ее брат, Лия сразу его узнала. Он слегка похудел, осунулся, давно не мытые светлые волосы стояли торчком. Семен улыбнулся и поманил ее к себе. Лия медленно приблизилась, с опаской разглядывая его. Он был босиком. Одежду Семену заменяла какая-то грязная черная хламида, похожая на средневековый плащ. Он кутался в нее, словно в одеяло. Когда он снова помахал Лие рукой, она вдруг поняла, что под тканью он полностью голый.

— Это… Это и правда ты? — потрясенно выдохнула она. — Но как?! Откуда ты взялся?

— Долгая история, — хмуро ответил Семен. — Может, присядешь?

— Что случилось? Почему ты в таком виде? — Лия опустилась на скамейку рядом с ним. — Ты знаешь, что все считают тебя погибшим?

— Столько вопросов, — холодно сказал брат. — Я не готов пока ответить на все. Сколько времени прошло с моего отъезда?

— Год!

— Тогда все понятно, — кивнул он. — Я многого не помню. Если вкратце, то меня ранили на поле боя. Очнулся уже в госпитале, да только не в обычном. Это была какая-то исследовательская лаборатория. В обычных больницах пациентов не держат в стальных клетках, закованными в цепи…

— Что? — ужаснулась Лия. — Тебя взяли в плен?

— О нет, куда интереснее, — покачал головой Семен. — Над нами проводили какие-то эксперименты. Я теперь даже не знаю, кто я такой на самом деле. Но очень скоро это выясню.

— Почему ты позвонил мне, а не пришел домой?

— Не хотел тревожить родителей раньше времени. — Семен поднялся на ноги и подтянул сползший балахон. Теперь Лия разглядела, что это обычный кусок грязного черного брезента. — Отец и мать привыкли видеть меня в лучшем виде, а сейчас я мало похож на себя прежнего. Я сильно изменился…

— Изменился? — прищурилась Лия, пытаясь его разглядеть. — Что с тобой?

— Лучше тебе не знать. Да и родителям тоже… А пока мне нужна одежда. Для этого я и позвал тебя. А еще еда. Много еды.

— Но ты можешь просто пойти со мной…

— Нет! — злобно рявкнул Семен, и Лия подскочила на скамейке. — Только не сейчас! Придется тебе, милая сестричка, поухаживать за мной.

— С какой стати? — разозлилась Лия.

— А у тебя другого выбора нет. Я могу запросто превратить твою жизнь в сущий ад, если откажешься. И ты знаешь, что я слов на ветер не бросаю.

Лия знала. Он и раньше частенько портил ей жизнь, выставляя в дурном свете перед родителями. Девушка проглотила подступивший к горлу ком.

— Чего ты хочешь? — глухо спросила она.

— Пока не так много, ты вполне все сможешь устроить, — ответил брат. — Завтра буду ждать тебя в это же время на этом же самом месте. Я временно обитаю в одном из павильонов тут неподалеку. Принесешь мне что-нибудь из моих старых вещей. Родители ничего не выкинули?

— Смеешься? Они превратили твою комнату в музей! — фыркнула Лия. — На полках стоят все твои награды и дипломы, в шкафах до сих пор хранятся все твои шмотки и обувь.

— Вот и славно. Принесешь мне спортивный костюм, куртку и пару кроссовок. А еще мяса.

— Мяса? — вскинула брови Лия. — Не думаешь ли ты, что я отправлюсь в магазин?

— Отправишься как миленькая, — заверил ее Семен. — Мне нужно свежее мясо, желательно с кровью. Теперь я питаюсь только им. Особая диета…

Лия взглянула на брата с нескрываемым ужасом.

— Что с тобой сделали?! — воскликнула она.

— Очень скоро я это выясню, — уклончиво ответил Семен. — Память быстро возвращается, я многое начинаю припоминать. Видимо, сыграло роль отсутствие постоянных капельниц и инъекций. А теперь иди. Жду тебя завтра.

— А если я не приду?

— Придешь, — ухмыльнулся Семен. — В противном случае я выжду момент, когда родителей не будет дома, и сам приду к тебе. Но тогда ты не обрадуешься.

В следующее мгновение он взмыл в воздух и с треском исчез в кустах позади скамейки. Лия даже не успела толком рассмотреть, как он это сделал. Ей показалось, что она видела несколько черных извивающихся жгутов, выстреливших над ее головой. Но в сумерках и не такое могло померещиться.

Лия медленно поднялась со скамейки и на негнущихся ногах зашагала домой. Это действительно был ее брат, но он стал еще более чужим, чем прежде. От него веяло холодом и опасностью. А его последние слова… Он сумел ее напугать. Одежду и обувь она ему принесет, с этим проблем не возникнет, но вот свежее мясо… Придется пошарить в холодильнике, вдруг домработница успела сходить в магазин.