Евгений Гаглоев – Пардус. Книги 1-9 (страница 387)

— Предатели! — выдохнул Тимофей.

Другие псы, поняв, что оборотень им не по зубам, дружно навалились на новую жертву.

Тимофей упал на колени, закрыв голову руками. Вокруг него щелкали челюсти, во все стороны летели капли слюны. Никита подскочил к товарищу и начал расшвыривать обезумевших собак. Одна из псин, пролетев со свистом, рухнула в бассейн. Вторая сшибла с ног обоих охранников. Тогда Тимофей тоже начал отбиваться, пытаясь подползти поближе к ограде. Его одежда висела клочьями, на голых участках тела виднелись кровоточащие следы от укусов.

Никита отогнал двух оставшихся доберманов, взвалил Тимофея на спину и быстро начал карабкаться на забор.

— Стреляйте, идиоты! — крикнула Лидия охранникам. — Не дайте им уйти!

Но растерянные секьюрити медлили. Тогда Лидия громко выругалась, выхватила у одного из охранников пистолет и выстрелила вдогонку мальчишкам.

Никита спиной ощутил, как дернулся Тимофей. На шею Легостаева пролилось что-то горячее.

Белохвостикова издала торжествующий вопль.

Никита спрыгнул по ту сторону забора и помчался к фургону, спрятанному в ельнике. Рывком отодвинув дверь, он уложил Тимофея на пол салона.

— Ты как? — шепнул Никита.

— Плохо, — выдохнул Ликой, корчась от боли.

Никита разодрал его куртку и повернул парня на бок. Оказалось, что пуля пробила плечо и прошла навылет. Из двух отверстий сочилась кровь.

— Где эти два урода?! — простонал Тимофей.

Никита огляделся. Ни Ампера, ни Форкиса в фургоне не было.

— Сбежали!

— Замечательно! — иронически произнес Тимофей. — Просто отлично! Помоги мне сесть за руль, надо сваливать отсюда!

— А ты сможешь вести?

— Попробую… Все равно ничего другого не остается…

— Ты уже водил раньше?

— Помоги мне! — Тимофей пополз в сторону кабины. — Если, конечно, сам не хочешь на водительское сиденье.

Никита, как мог, перетянул его плечо оторванным от куртки рукавом. Уроки ОБЖ не прошли даром, он помнил, как накладывать жгут. Тимофей быстро слабел, бледнел прямо на глазах, но тем не менее сумел завести машину.

Фургон резко сорвался с места и, петляя от обочины к обочине, покатил прочь. Незакрытая дверь захлопнулась сама на одном из поворотов.

— Зачем ты вернулся за мной? — расстроенно проговорил Никита. — Тебе надо было бежать с остальными! С собаками я бы справился!

— Сказал же, я своих не бросаю, — упрямо произнес Тимофей, щурясь на дорогу. — Объясни лучше, кто она такая? Почему охотится за тобой?

— Метаморф, — ответил Никита. — Ты видел, на что она способна. Очень злобная тетка! Я узнал ее секрет, и теперь она делает все, чтобы я унес его с собой в могилу!

— Что-то она не слишком таится, — заметил Тимофей. — Устроила такое представление! У меня едва барабанные перепонки не лопнули!

— Да, но она скрывала свое лицо. Ты ведь ее не узнал?

— Нет.

— А я знаю, кто она на самом деле. Это ее и бесит!

— Понятно, — кивнул Тимофей. — Хочет сохранить инкогнито.

— Ей есть что терять. Поэтому она и рвется меня прикончить.

Фургон уже ехал по старой части города.

Тимофей выглядел все хуже. Наконец он остановил машину на обочине и обессиленно отвалился на спинку сиденья.

— Я больше не могу, — тихо признался он.

— Ты теряешь много крови, — вне себя от тревоги проговорил Никита. — Тебе срочно в больницу надо!

— Смеешься? — Тимофей поморщился от боли. — Какая больница? У меня огнестрельное ранение. Они сразу вызовут полицию, и тогда мне несдобровать. Бабушка меня прикончит… Лучше позвони Бажину…

Он вытащил из бардачка телефон и бросил его Никите.

— Держись, — сказал Легостаев, нажимая на кнопки.

— Стараюсь, — тихо ответил Тимофей.

Никита набрал номер Эраста Григорьевича.

— Ну что там у вас? — недовольно осведомился Бажин.

— Мы попали в ловушку! — сказал Никита. — Ампер и Форкис скрылись, а Ликой ранен!

— Товар? — поинтересовался адвокат.

— Какой товар?! — разозлился Никита. — Это была ловушка! Нет никакого товара! Мы едва не погибли, в Ликоя стреляли, он истекает кровью! Вы что, не понимаете?

— Я понимаю, что вас постигла неудача, — сухо ответил Бажин. — Разбирайтесь сами со своими проблемами. У меня сейчас важная встреча.

— Что?! — изумился Никита. — Но Ликой…

— Он сам виноват в том, что случилось, — отрезал адвокат. — Ему следовало быть осторожнее. Все, я кладу трубку. Позже поговорим.

И он отключился. Никита потрясенно уставился на телефон.

— Что он сказал? — тихо спросил Тимофей.

— Чтобы мы сами разбирались со своими проблемами.

— Это на него похоже, — скривился Тимофей. — Мы нужны ему только для грабежей. А если нас пристрелят, он и пальцем не шевельнет. Ладно, справлюсь так. Ты только перевяжи меня потуже…

— Да ты спятил! — воскликнул Никита. — Я не собираюсь сидеть тут и ждать, пока ты истечешь кровью!

— А что нам остается?

— Я знаю что! — уверенно произнес Легостаев.

И набрал номер Татьяны Пожарской.

Глава девятая

Тропа войны

Эраст Григорьевич опустил телефон в карман пиджака и с вежливой улыбкой повернулся к своим гостям.

— Так на чем мы остановились, господа?

В кабинете Бажина, где он обычно принимал клиентов, на мягких диванах и в креслах сидели профессор Штерн, его дочь Инга, Персефона и Гектор Сэнтери. Боец со скучающим видом стоял за креслом Эраста Григорьевича и разглядывал посетителей. Перед встречей Бажин рассказал ему о каждом из гостей и велел вышвырнуть из кабинета любого при первых же признаках агрессии.

— С этими типами шутки плохи, — заявил Эраст Григорьевич. — Кто знает, что они выкинут в самый неподходящий момент, а у Рашпиля и его подопечных сегодня выходной. Особое внимание удели дочери Штерна, она — монстр в человеческом облике.

Однако гости не показались Бойцу такими уж страшными. Тощий старик в пенсне с дымчатыми стеклами, сидевший так прямо, будто кол проглотил. Холеный красавчик в стильном черном костюме, поигрывающий тростью с серебряным набалдашником, и сопливая девчонка лет двенадцати, похожая на фарфоровую куклу-гот в черных кружевах. Какой от них вред? Инга Штерн также не выглядела опасной. Скорее, наоборот. Бойцу показалось, что она сильно больна. Девушка сидела на диване, расслабленно откинувшись на мягкую спинку, ее лицо было очень бледным, под глазами залегли темные тени. Она то и дело промокала носовым платком пот, крупными каплями выступавший у нее на лбу. Профессор Штерн периодически бросал на дочь обеспокоенные взгляды. Бажин, увлеченный беседой с Сэнтери, ничего не замечал.

— У вас какие-то проблемы, господин Бажин? — осведомился профессор Штерн после звонка.

— Ничего такого, с чем бы я не справился, — отмахнулся Эраст Григорьевич. — Вернемся лучше к нашим делам.

Боец слегка напрягся: он расслышал в трубке взволнованный голос Никиты. Парни явно попали в серьезную переделку. Илья осторожно нащупал в кармане мобильник. Он решил позвонить Тимофею, как только Бажин попрощается со своими опасными клиентами.

— Мы искали команду крепких, надежных людей, — холодно произнесла Персефона Сэнтери, — и нам назвали ваше имя, господин Бажин. Мы слышали о "Пентакле". Способности ваших подопечных впечатляют.