Евгений Гаглоев – Огненное проклятие демона (страница 13)

– Я знаю это, как никто другой, – тяжело вздохнул Денис. – И я не могу исправить прошлого. Но могу хотя бы попытаться спасти будущее.

Владимир Толоконников снова поник.

– Ты прав, я любил твою мать, – неожиданно признался он. – И всю жизнь ненавидел твоего отца за то, что он увел ее от меня. Иногда мне кажется, что я все еще люблю ее, несмотря на то что Елизаветы уже много лет нет на этом свете.

– А как же ваша жена?

– Марина? Я безмерно уважаю ее, но никогда не испытывал к ней тех же чувств, что к Елизавете. Нас поженили родители, этот брак был выгоден обеим сторонам. Я не возражал, мне было все равно. С Мариной мы прожили много лет, она родила мне прекрасную дочь, и я благодарен судьбе за этот подарок. Но любви между нами никогда не было.

– Но разве можно жить с человеком без любви? – удивился Денис.

– Ты еще слишком молод и многого не понимаешь. Нередко самые крепкие браки основаны вовсе не на любви, а на дружбе и взаимном уважении. Но иногда я все же ловлю себя на том, что думаю, как повернулась бы моя жизнь, если бы Елизавета осталась со мной. Об этом можно лишь догадываться…

– Вряд ли вас хватило бы надолго, – подумав, сказал Денис. – Мои родители стоили друг друга, а вы совсем не такой. В вас нет той ярости, страсти, склонности к неразумным поступкам и всяким безумствам, которыми они оба отличались.

«А еще ты никогда не убивал людей с помощью черной магии», – подумал Чернокнижец, но вслух этого не сказал.

– Может, ты и прав, – кивнул Владимир Семенович. – Время все расставило по своим местам. А ты… Ты очень похож на Игоря, так что я сразу понял, кто ты, при нашей первой встрече. Возможно, я был тогда излишне резок с тобой… Но я будто знал, еще тогда, что ты обязательно втянешь мою дочь в неприятности. Будто предчувствовал что-то плохое! И, как видишь, мои предчувствия меня не обманули. Вы с отцом – одного поля ягоды, в этом я нисколько не сомневаюсь. Игорь тоже сначала делал, а уж потом задумывался о последствиях своих поступков.

– Наверное, вы правы, – согласился Денис. – Чем больше я узнаю о своем отце, тем сильнее в этом убеждаюсь.

– Я не знаю, как вышло, что твои родители погибли. Но уверен, что либо твой отец был всему виной, либо то, что он совершил… Я сожалею об их смерти, все же когда-то мы были настоящими друзьями. Но сделанного уже и правда не вернуть. Видишь, какая злая ирония судьбы, Денис? Теперь, когда врачи бессильны, только ты можешь помочь моей Диане. И я прошу тебя… Умоляю… Верни мне дочь. – Голос Толоконникова дрогнул. Денису показалось, что Владимир Семенович сейчас расплачется. – Она – единственная, ради кого я живу. И если ты это сделаешь… Если у тебя все получится… Я готов смириться с твоим присутствием в ее жизни.

– Я постараюсь, – неуверенно пообещал ему Денис. – И спасибо вам за откровенность.

Толоконников лишь тяжело вздохнул. Денис никогда еще не видел его в таком подавленном состоянии и просто не знал, что еще сказать.

Попрощавшись, он торопливо зашагал к лифту, кивнув на прощание медсестре Полине. А Владимир Семенович тоже больше ничего не сказал. Он стоял у большого окна в конце больничного коридора, сильно ссутулившись, прислонившись плечом к косяку, и молча смотрел на солнце, медленно поднимавшееся над заснеженными вершинами далеких гор.

Глава 11

Откровенный разговор

Снежана Демидова жила в нескольких минутах ходьбы от клыковской больницы. Денис пересек улицу и, остановившись у высокой чугунной ограды поместья Демидовых, пытливым взглядом окинул респектабельный особняк из белого камня с широкой террасой и оранжереей, примыкающей прямо к дому.

В последний раз он был здесь во время той злополучной вечеринки, когда Снежана и Гульнара подмешали какую-то гадость в напиток, предназначенный Диане. Казалось, это было так давно, а ведь с тех пор еще и года не прошло. Но за это время столько всего случилось, что сейчас Денису и правда казалось, что все это происходило в какой-то другой жизни, когда и он был совсем другим.

Заснеженное поместье поразило его своим великолепием – это был один из самых красивых домов Клыково. Работники Демидовых отлично знали свое дело. Все дорожки в большом саду были очищены от снега, над ними возвышались изящные декоративные арки, увитые гирляндами из разноцветных лампочек. Сад украшали высокие ледяные скульптуры животных, по обе стороны от ворот стояли два одинаковых снеговика-привратника. Из каминной трубы над черепичной крышей особняка вился сизый дымок, значит, в доме точно кто-то находился. Широкий бассейн во дворе был накрыт брезентом и засыпан снегом, так что можно было принять его за заснеженную клумбу.

Денис подошел к кованой калитке и подергал массивную ручку в форме львиной головы. Калитка была заперта изнутри. Чернокнижец нажал кнопку звонка и, подняв голову, уставился в глазок камеры слежения, установленной над сводом чугунной арки. Пару секунд спустя магнитный замок щелкнул, и калитка отворилась. Чернокнижец кивнул невидимому наблюдателю и зашагал к особняку.

Дверь перед ним распахнул мажордом Демидовых, крепкий седовласый старик с осанкой, которой позавидовали бы многие ровесники Дениса. Он не помнил, как зовут дворецкого, но тот его, похоже, помнил очень хорошо. Сухо поприветствовав Чернокнижца, старик провел его в большую гостиную – ту самую комнату, где Диана едва не спустила Снежану с лестницы.

Снежана Демидова сидела на большом мягком диване, уютно поджав ноги и кутаясь в просторную вязаную кофту. Густые волосы пышными волнами рассыпались по ее плечам. Девушка с чуть заметной улыбкой смотрела на огонь, полыхающий в огромном камине. Отблески пламени отражались в ее глазах. Денис невольно залюбовался ею. Казалось, она еще больше похорошела со времени окончания школы.

– Чернокнижец? – Снежана отвернулась от камина и, прищурившись, взглянула на Дениса. – Удивил, ничего не скажешь. Но все же я рада тебя видеть. Садись.

– Привет, Снеж, – сдержанно поздоровался Денис, устраиваясь в кресле. Скипетр он упер в пол между ногами. – Отлично выглядишь.

– Будто я сама этого не знаю. – Снежана встряхнула густыми локонами. – Но спасибо. Давненько мы с тобой не общались. Сколько уже времени прошло с нашей последней встречи? Это ведь было на выпускном?

– Немного дольше, – подумав, ответил Чернокнижец.

– Точно! – вспомнила Снежана. – С того проклятого ритуала на каменном круге! Мы же после этого и парой слов не перекинулись.

– Именно. Да и на выпускном я мало с кем общался. Если честно, вообще постарался тогда уйти как можно скорее. Не было настроения для всех этих вечеринок.

– Ритуал… – тихо пробормотала Демидова. – А ведь и правда. Тогда что-то оборвалось между нами. Что-то хорошее, что удерживало всю нашу компанию вместе… Помню, что мы с ребятами изо всех сил старались поддерживать некое подобие былой дружбы, но все это была лишь жалкая показуха, верно? На самом деле именно той ночью мы и перестали быть друзьями. Все ушло безвозвратно.

– Ты права, и я очень сожалею обо всем, что случилось. Но на самом деле именно поэтому я и пришел.

– В состоянии Ди произошли какие-то изменения? – осведомилась Снежана.

– К сожалению, нет.

– Тогда что тебе от меня нужно?

Она говорила очень холодно, Денис отчетливо это понимал. От былого тепла в их отношениях и правда не осталось и следа.

– Ты и Вадим Репейников, – заговорил он. – Вы все еще вместе?

– Это странно, но да, – подтвердила Снежана, не сводя с него глаз. – Мы сейчас даже учимся в одном университете и живем в одной съемной квартире в Санкт-Эринбурге. Никогда бы не подумала, что у меня с этим клоуном может быть что-то общее, но вон как все сложилось.

– Ты его любишь?

– Возможно, – задумчиво произнесла Снежана, снова повернувшись к очагу. – Он ведь действительно хороший парень. В отличие от тебя.

Денис чуть заметно улыбнулся.

– Он из тех, кого знакомят с родителями, – согласился он. – А я из тех, кого зовут поучаствовать в черных ритуалах…

– Это ты верно подметил. Мы с Вадимом теперь почти не расстаемся, а когда это все же происходит, мне начинает его не хватать. Видимо, это и есть любовь… – призналась Снежана. – На самом деле тебе повезло, что ты застал меня здесь. Я не хотела приезжать в Клыково на эти выходные. Меня мама уговорила. С большей охотой я провела бы пару дней с Вадимом в Санкт-Эринбурге. Там всегда есть где поразвлечься в свободное время, не то что в этой глухомани.

– Я думал, он приехал с тобой.

– Говорю же, нет. Но к чему все эти расспросы?

– Я хотел поговорить с вами о той ночи на каменном круге, – пояснил Чернокнижец. – Со всеми вами, ведь мы все были там… Вся наша компания.

– А о чем тут говорить? Мне казалось, мы уже не раз все обсудили и с полицией, и с родителями, и между собой.

– Верно, но тут всплыли кое-какие новые факты. – Денис очень осторожно подбирал слова. – Ты ведь знаешь, на что я способен. И всегда это знала.

– Ты о своих странных фокусах? – ухмыльнулась Снежана. – Магия, ловкость рук и никакого мошенничества! Да, мы все в курсе. Про твоего деда в Клыково настоящие легенды ходят. Говорят, он был сильным знахарем или кем-то типа того.

– Но нет ли среди нашей пятерки кого-то, обладающего схожими способностями? – решил спросить напрямую Денис. – Вдруг ты что-то видела или слышала? Может, кто-то тоже умеет творить всякое, но старается этого не афишировать?