Евгений Гаглоев – Имя мне Тьма (страница 49)

Наталья вошла в дом с мечтательной улыбкой на губах и прекрасным букетом в руках, а Роман провожал ее заинтригованным взглядом.

Но затем в его кармане зазвонил сотовый телефон. Это был Егор.

– Пап, ты только не волнуйся! Мы со Степаном сейчас в полиции, – быстро протараторил он.

– Что? – ошалело воскликнул Кукушкин. – Что вы там делаете?

– Нас подозревают в убийстве. Ты не мог бы сюда приехать?

Глава 55

Дурная компания

Допрос продолжался уже почти час. Сначала Степана Бузулуцкого и слегка потрепанного Егора Кукушкина, который, к счастью, почти не пострадал при падении, допрашивали вместе, затем развели по разным кабинетам, и разговор продолжился.

Степану снова и снова приходилось отвечать на одни и те же вопросы. Он знал, что это такая специальная полицейская тактика. Следователь пытался подловить его на лжи. Юрий Карамзин специально спрашивал у него одно и то же, фиксируя все его ответы, но Степану уже приходилось проходить нечто подобное. Он не в первый раз оказался в полицейском участке и на все повторяющиеся вопросы следователя давал одинаковые ответы.

– Почему вы сразу не позвонили в полицию, а поехали искать Рыжего самостоятельно? – жестко спросил Карамзин.

Степан упер локти в край стола и устало опустил голову, закрыв лицо ладонями.

– Рыжий не стал бы общаться с полицией. Он удрал бы сразу, едва вас увидев. А я хотел узнать правду.

– Куда же делась его сестра?

– Елена? Она исчезла сразу, как только мы выбежали на крышу. Может, испугалась. Больше я ее не видел.

– Испугалась, что ты и ее столкнешь с кровли? – тут же спросил Карамзин.

– Я никого не сталкивал!

– Хочешь сказать, он сам спрыгнул? А не слишком ли высокие там были перила ограждения для такого прыжка?

– Его точно сбросили, я сам видел. Кто-то перебросил Рыжего через ограждение кровли.

– И куда же затем делся убийца?

– Его я тоже больше не видел. Возможно, он сбежал, когда я подошел к краю крыши.

– Отчего же он и тебя не скинул следом? – недоверчиво прищурился следователь.

– А что я ему сделал? К тому же вы ведь уже приехали к тому времени. Может, вы его спугнули.

– Не слишком складно у тебя выходит, ты ведь и сам это понимаешь, – недовольно сказал Карамзин. – Была сестра, да исчезла. Был убийца, но испарился. А хочешь узнать, как все это выглядит с моей точки зрения? Ты был в сговоре со всей этой шайкой. Спланировал все после того, как пришел на практику в исторический музей и увидел, сколько разного добра там хранится. Быстренько разработали план ограбления, ты подсказал им, через какие входы лучше попасть в музей. А может, сам и впустил их через служебный вход.

– Но это неправда! – возмущенно воскликнул Степан.

– Погоди, я же просто рассуждаю. Итак, ограбление состоялось. Только награбленное вы не поделили. Видимо, столько заработали, что кто-то не захотел делиться? Вот и поубивали друг друга. Первого, может, и случайно. Подрались, и он свалился на рельсы. А других уже специально, ведь это только первое убийство трудно совершить. Остальные уже гораздо легче. И теперь все достанется только тебе одному как самому умному и мозговому центру всей операции.

– Что за бред вы несете? – раздраженно выдохнул Степан.

– А по-моему, все сходится. Ты ведь с этими ребятами с детства знаком. Вас постоянно задерживали за хулиганство и мелкие кражи. И что теперь? Ребятки выросли и решили себя в чем-то более крупном попробовать? С Перелозовым вот не все понятно. Он тебя насквозь видел, сразу всем сказал, что по тебе тюрьма плачет. Я бы решил, что ты его и прикончил, но камеры наблюдения ничего не зафиксировали… Экая незадача!

– Вы сильно ошибаетесь, – упрямо твердил Бузулуцкий. – Я здесь совершенно ни при чем. А как вы сами там очутились так вовремя?

– Пообщались с дружками покойного Валентина Баранина. Тебе он известен как Мясо.

– Покойного? – вскинул брови Степан.

– Хочешь сказать, что не в курсе? Ему шею сломали в одном занюханном кабаке в портовой зоне.

Степан тут же понял, что это о нем недавно говорила Елена. Значит, это был Мясо… И теперь он тоже мертв.

– Вот его приятели нам и подсказали места, где можно всех подельников поискать, – продолжал следователь. – Мы сначала к дому Рыжего приехали. Если ты правду говоришь, то, похоже, вскоре после вашего ухода. Никого не обнаружили и отправились к этому заброшенному складу. Ну и поспели как раз вовремя, когда ты его с крыши сбросил.

– Да не сбрасывал я никого! – разозлился Степан. – Я говорю правду, и больше мне тут добавить нечего!

Но Карамзин его будто не слышал. И все начиналось с самого начала. Степан уже с трудом сдерживался, хоть и понимал, что надо сохранять спокойствие. Карамзин только и ждал момента, когда он выйдет из себя.

Следователь долго еще мучил бы его расспросами, но тут в дверь постучали, а затем, не дожидаясь ответа, в кабинет вошел Роман Кукушкин. За ним маячил Андрей Чехлыстов, молодой коллега Карамзина.

– Не наговорились еще? – весело спросил Кукушкин. – А я вот приехал сюда за сыном, ну и этого заодно решил забрать.

– На каком основании? – гневно спросил Карамзин.

– Они официально задержаны? – поинтересовался в ответ Кукушкин.

– Пока нет…

– Значит, у вас нет права держать их здесь. Они ведь уже на все вопросы ответили?

– И не по разу, – буркнул Степан.

– Вот и достаточно.

– А это уже не тебе решать, – прорычал Карамзин.

Но Романа это нисколько не испугало.

– Свидетели дали показания и могут быть свободны, – спокойно произнес он.

За спиной Романа Андрей Чехлыстов делал Карамзину какие-то странные знаки.

– Ну что еще? – взвился следователь.

– Юрий, прекращай, – тихо сказал Чехлыстов. – Отпускаем пацанов. Указание свыше.

– Свыше? – недоверчиво нахмурился Карамзин. – Это как?

– Это я с начальством договорился, – не стал скрывать Роман. – Старые связи, знаешь ли. У руководства я всегда был на хорошем счету. Степан, иди к Егору, ждите меня в машине.

Степан с опаской взглянул на следователя Карамзина. Тот медленно багровел от ярости. Степан вскочил из-за стола и быстро вышел из кабинета.

Но сам Роман уходить не торопился. Кукушкин устало вздохнул, прошел в глубь комнаты и сел на стул, где только что сидел Бузулуцкий, а затем поманил внутрь и Андрея Чехлыстова.

– Что-то еще? – ледяным тоном осведомился Карамзин. – Еще о чем-то с начальством успел договориться?

– Ребят, я же вас отлично понимаю, – спокойным тоном сказал Кукушкин. – Сам когда-то был в вашей шкуре. Но уверяю вас, мои парни тут совершенно ни при чем. А то, что самовольничали и никому ничего не сообщили, так я сам с них за это три шкуры спущу.

– Откуда такая уверенность в их невиновности? – недовольно спросил Юрий.

– Потому что своего Егора я прекрасно знаю, он тот еще баламут, но и мухи не обидит. Вы же его сами видели. Сидит в порванной футболке, с синяком на лбу, клоун клоуном, да еще в волосах куча дохлых пауков. Какой из него убийца?

– Речь не о нем, – буркнул Карамзин.

– Степан… – Кукушкин тяжело вздохнул. – Он, конечно, сложный парнишка, но я и в нем уверен.

– Почему ты так его опекаешь?

– А потому что больше некому, – пожал плечами Роман. – Вы его подноготную успели изучить?

– Не совсем, – честно признался следователь. – Уж больно папочка толстая!

– Тогда сейчас сам вам все расскажу. Мальчик, который выжил. Термин незнаком?

Карамзин озадаченно нахмурился, затем покачал головой.

– О нем когда-то все журналисты писали, – пояснил Роман. – Естественно, настоящего имени Степана им никто не сообщил, чтобы парня уберечь, вот они и придумали ему прозвище.

– Не слишком долго думали, видимо.