Евгений Гаглоев – Имя мне Гнев (страница 47)

Казилов с хохотом отключил связь, разозлив Вику еще сильнее. Тем временем Степан, Егор, Алина и еще несколько студентов помогали размещать новую экспозицию. Под руководством кураторов они расставляли в витринах коллекцию керамических изделий – расписные кувшины, вазы и чаши, многим из которых было больше пяти веков. Затем сверялись с записями в каталогах и ставили перед экспонатами соответствующие таблички.

– Вчера снова видел эту таинственную Елену, – между делом сообщил Степан. – В парке. Не стал вам с Дашей рассказывать, у вас проблем хватало.

– Сестру Рыжего? – изумился Егор, плюхнувшись на стоявший поблизости стул. В руках он крутил большую круглую вазу с двумя ручками.

– Я уверен, что никакая она ему не сестра.

– А кто же тогда?

– Просто какая-то странная девчонка. Появилась из темноты и так же быстро исчезла. Нам даже не удалось толком поговорить.

– Это та, что ходила с вами в порт? – уточнила Алина.

– Та самая, – кивнул Степан. – Она будто наблюдает за нами со стороны. И у нее есть доступ в музей. Я видел ее здесь, когда погиб Константин Перелозов.

– Правда? – озадаченно уставился на него Егор. – Может, она тоже проходит здесь практику?

– Об этом я не подумал. А ведь хорошая идея, – оживился Степан. – Как бы это узнать?

– А есть ее фотография? – спросила Алина. – Имя? Фамилия? Можно было бы навести справки у Галины Вишняковой. Она почти всех практикантов из нашего университета знает.

– Фотографии точно нет, а имя может быть выдуманным. Но я узнаю ее, если увижу… Правда, днем в музее я ее точно не встречал, – задумчиво пробормотал Бузулуцкий.

– Кажется, у меня в телефоне есть групповые фотографии учащихся с разных кафедр, – вспомнил Егор. – При поступлении мы фотографировали группы ребят для сайта. Погоди, сейчас найду.

Не зная, куда деть вазу, он напялил ее на голову, словно панаму, вытащил из кармана телефон и начал искать в нем нужные фотографии.

– Кукушкин, это что такое? – раздался сзади строгий голос Гордея Борисовича Лестратова.

Егор торопливо обернулся, и в этот момент ваза съехала ему на переносицу, закрыв глаза.

– Я аккуратно, – заверил Гордея Егор. – Минутку.

Сунув телефон обратно в карман, он попытался снять вазу. И не смог.

– Ой, – пробормотал Егор. – Сейчас…

Обхватив вазу руками, он осторожно потянул ее вверх. Но ваза сидела как влитая. Среди практикантов послышались отдельные смешки, которые быстро переросли в громкий хохот. Степан, пытаясь помочь, схватил вазу за ручки и резко дернул.

– О-ой, – застонал Егор. – Только шею не сверни!

В самый разгар веселья в зал вошел Роман Кукушкин. Он с любопытством приблизился к ним и только тут разглядел, над чем все смеются.

– Да твою ж дивизию!.. – протянул Кукушкин-старший.

– Господин Кукушкин? – взглянул на него Лестратов. – Снова вы?

– Добрый день. Я хотел попросить вас отпустить со мной этих троих. – Роман показал на Степана, Алину и Егора, безуспешно борющегося с вазой. – Нас сегодня пригласили в полицию. Ничего серьезного, просто следователи хотят поговорить с ребятами.

– Я не возражаю, – ответил Гордей, едва сдерживая улыбку. – Только сначала снимите с него вазу. Экспонаты нельзя выносить за территорию исторического музея, у нас на этот счет довольно строгие правила.

– Да, разумеется, – кивнул Роман.

Он подошел к сидевшему на стуле Егору и легонько отодвинул Степана в сторону.

– Посторонись, сынок. У меня богатый опыт по извлечению этого охламона из разных ловушек, – сказал Кукушкин, взявшись за ручки вазы.

– Сынок! – фыркнул Егор. – А я тогда кто?

– Именно это я и пытаюсь выяснить последние восемнадцать лет, – вздохнул Роман и начал аккуратно поворачивать вазу по часовой стрелке, плавно стягивая ее с головы своего непутевого отпрыска.

Глава 50

Наслаждайся зрелищем!

Даша Решетникова не хотела оставаться дома, но отец настоял на том, чтобы она пропустила занятия в историческом музее.

Девушка уже успела пожалеть, что рассказала ему о дикой выходке Казилова. Отец сначала взбесился, а затем вдруг резко успокоился. И это его ледяное спокойствие испугало Дашу больше, чем его яростные вопли. Зная своего отца, она понимала, что, раз он так спокоен, значит, что-то придумал. И лучше никому не знать, что именно.

В исторический музей Даша рвалась вовсе не из-за практики (хотя и из-за нее тоже). Это было единственное место, где она могла беспрепятственно встречаться с Егором, ведь сразу после занятий в музее отец или мать увозили ее домой. Будто ей десять лет. Эти новые порядки сильно раздражали, но Даша ничего не могла поделать.

Утром она попросила отца вернуть ей телефон и ноутбук, но он в очередной раз отказал.

– Ты решил навсегда отрезать меня от внешнего мира? – разозлилась Даша.

– Лишь до тех пор, пока ты не образумишься. Для твоего же блага, – холодно ответил Владимир. – Читай книги, смотри телевизор. Все лучше, чем общаться с этим мальчишкой, который так и норовит втянуть тебя в неприятности.

– В неприятности меня втянул как раз тот, кого ты мне навязал! – возмущенно бросила она.

– С этим тоже разберемся, – буркнул отец и вышел из ее комнаты.

Даша с трудом сдержалась, чтобы не закричать. Но это ничего не изменило бы, оставалось только смириться. Поэтому, обложившись книгами, она погрузилась в историю Древнего мира. День пролетел незаметно, девушка провела его за книгами и просмотром новых сериалов.

Вечером, когда на улице стемнело, Даша начала переключать телеканалы в поисках какого-нибудь интересного фильма.

Ее комнату тускло освещал светильник, стоящий на тумбочке у кровати. Даше вполне хватало этого света. Вечером он придавал спальне особый уют. Внезапно ее внимание привлек какой-то шум снаружи. Она вздрогнула, повернулась к закрытому окну – и едва не уронила пульт от телевизора, увидев по ту сторону темного стекла знакомую улыбающуюся физиономию. Даша не поверила своим глазам. Егор Кукушкин сидел на дереве в метре от ее окна.

Он помахал ей рукой. Даша кинулась открывать окно.

– Откуда ты здесь взялся? – изумленно спросила она. – Сумасшедший.

– Просто очень сильно хотел тебя увидеть. – Егор перебрался с ветки на подоконник и перебросил длинные ноги в комнату. – Хотел убедиться, что с тобой все в порядке… – Он вдруг покачнулся. – Главное – не свалиться!

Даша схватила его за воротник и потянула на себя.

– Не волнуйся, – прошептала она, обняв парня за шею. – Я не дам тебе упасть.

Через мгновение Егор уже стоял рядом с Дашей, обнимая ее за талию. Склонив голову, он прижался губами к ее губам, и время замерло. Через несколько мгновений Даша с трудом прервала поцелуй, на цыпочках подошла к двери и повернула защелку замка.

– Теперь нам никто не помешает. Но как ты пробрался сюда?

– Это оказалось не так сложно. Охрана у ворот часто отлучается со своего поста, нужно было лишь немного подождать. А дальше уже дело техники.

Он снова обнял ее и зарылся носом в ее волосы.

– Если тебя кто-нибудь видел…

– Никто меня не видел. Я был осторожен, как ловкий черный кот, крадущийся за своей добычей, – сказал Егор.

И Даша улыбнулась впервые за весь день. Его синяки еще не прошли. Она обхватила руками лицо Егора, и они снова поцеловались.

– Ну как ты? – чуть позже спросила Даша. – Что происходит за пределами этого дома?

– Много чего, – сообщил Егор, присев на край ее кровати. – Сегодня я случайно надел на голову вазу, и ее с меня еле сняли.

– Что?! – расхохоталась Даша.

– А потом нас вызвали в полицию и засыпали вопросами о том, что произошло в Белогорах. Следователи основательно взялись за это дело. Но оно и к лучшему, если учесть все, что уже произошло.

– Давай не будем об этом? – предложила Даша. – Я так по тебе соскучилась. Лучше поговорим о чем-то приятном.

– Я только за, – тряхнул челкой Кукушкин.

Она потянулась и выключила прикроватный светильник.

Два часа спустя Егор Кукушкин выбрался из окна и, стараясь не шуметь, стал спускаться по стволу дерева. Даша, улыбаясь, провожала его взглядом. Он ловко перехватывал ветку за веткой, словно Маугли в старом мультфильме, и Даша вдруг поняла, что любит его. Его улыбку, веселый нрав и покладистый характер, его вечно взлохмаченные волосы и спортивное тело. И даже его легкую безалаберность. На нем и сейчас футболка была надета наизнанку. Даша хотела предупредить его об этом, но решила не кричать. Кто его сейчас увидит, а беспокоить криками обитателей дома не стоило.

Спрыгнув на землю, Егор на прощание помахал ей рукой, и она помахала в ответ, а затем закрыла окно. Оглядевшись, Кукушкин на цыпочках двинулся вдоль стены дома. Но, едва он повернул за угол, его грубо схватили за плечи, ткнули лицом в стену и завели руки за спину. На запястьях Егора защелкнулись холодные металлические браслеты, на голову опустился холщовый мешок. Все произошло в считаные секунды.

– Эй! – завопил Егор, но его уже тащили куда-то; ноги волочились по земле, он не успевал ими передвигать. – Что вы делаете?