Евгений Филимонов – Любовь и НЭП (страница 3)

– Лермонтов, – раздался звонкий девичий голос.

– Правильно, дочка. Умница.

Все повернулись посмотреть, кто же в их деревне такая знающая. Курносая девушка с тугой русой косой смущённо, будто оправдываясь, пробормотала:

– У нас книжка есть с его стихами…

Дружные аплодисменты заставили её поднять глаза и улыбнуться. А Аким Сергеевич продолжил:

– Вы, очевидно, спросите: а причём здесь Лермонтов? Не буду отнимать ваше драгоценное время и сразу скажу, что Лермонтов и Столыпин троюродные братья. Величественное родовое древо Столыпиных поднялось из глубины российской истории. В родственных связях с ними были Суворовы, дворяне Оболенские и Извольские. Многие предки Столыпина были талантливыми воинами, землевладельцами, поэтами, политиками. Уникальные способности предков унаследовал Пётр Аркадьевич. Он войдёт в историю России, как подлинный патриот и великий реформатор, поднявший нашу Родину на пьедестал лидера европейских государств! Помяните моё слово, вы будете гордиться своим бывшим губернатором.

Докладчик замолчал, не решаясь объявить голосование. Самый, видимо, понятливый в зале решил помочь ему и громко предложил:

– Поясни нам, Сергеич, с чего начинать-то?

– Позвольте, друзья, сначала полюбопытствовать, кто же все-таки возьмётся за новое дело?

Федот поднял руку первым. За ним робко, по одному, по двое стали поднимать руки другие односельчане. Желающих набралось не столь уж много – примерно третья часть присутствующих, но Аким Сергеевич остался довольным.

– Очень вам признателен за доверие, – сказал он удовлетворённо. – Но каково! Большая часть из вас так и не оценила заботу государства. Осторожность не помешает, решили вы. Может быть, вполне может быть, но я убеждён, что в скором времени община прекратит своё существование, и все будут трудиться на своей земле в своё удовольствие.

А, впрочем, не всё ещё упущено. Желающим достаточно подать заявление через старосту, и они становятся хозяевами находящейся в их пользовании земли. Вот и вся премудрость, господа! Если же вы захотите прикупить землишки через Крестьянский банк, нужно будет оформить паспорт, кстати, без согласия общины, и написать заявление. Подробности дела вам расскажет староста. Так что пожалуйте к нему, господа, и в добрый час!

Собрание зашумело, оживилось. Люди стали что-то обсуждать и собрались было расходиться, как вдруг раздался громкий молодецкий голос:

– Аким Сергеевич! Последний вопрос, если можно.

– Нуте-с… – Аким Сергеевич внимательно посмотрел на молодого кудрявого парня в белой косоворотке, поднявшегося с места.

– Не лежит душа к земле. Хочу работать на заводе. Как быть? Подскажите куда обратиться.

Все утихли и переглянулись. Было интересно, что же ответит государственный служащий.

Федот в эту минуту вспомнил, как ещё в школе читал книгу Майн Рида о приключениях юных охотников в дебрях Африки. Тогда мечтал он выучиться в каком-нибудь городе на геолога и ходить с ружьём в экспедиции по земле России и земле других стран. Но, когда он вырос, мечте этой сбыться не довелось – не пустила земля. Все его бывшие мытарства по этому поводу пронеслись в голове за одно мгновение. Теперь ему любопытно было услышать ответ грамотного чиновника.

Аким Сергеевич задумался на секунду, развёл руками и, как бы рассуждая, сказал:

– Бывает… Бывает, батенька, и такое. Уж лучше в молодости это понять и изменить свою жизнь, чтобы потом не мучиться и не кусать локоток-то. Вполне возможно, что вы, батенька, талантливый механик или электротехник, а может быть будете владеть другим техническим ремеслом – кто знает. Многие изобретатели и учёные вышли из крестьянской среды – взять, хотя бы Ломоносова. В любом случае вас ждёт прекрасное будущее. Вам, любезнейший, надо будет получить паспорт, выбрать профессию и сменить место жительства. И мой вам личный совет: сначала обучитесь в техническом лицее делу, к которому у вас лежит душа. Вы ещё молоды, потом будет поздно. Успехов вам!

– Спасибочко! – радостно закричал парень и поспешил, видимо, к старосте.

Люди поблагодарили Акима Сергеевича за убедительный доклад и радостные новости и стали потихоньку расходиться. Федот глубоко вздохнул, сожалея о несбывшейся мечте, тряхнул головой, как бы отгоняя навязчивые мысли и постарался думать о делах предстоящих. При полной неудаче и разочаровании, всё же остаётся надежда на лучшее!

Так Федот Калинкин с семьёй оказался на свободном хуторе Гладков. На деле все эти обещания оказались не такими уж складными. Общинное житие с незапамятных времён укреплялось в сознании крестьян и имело непреложную силу закона. Но в процессе развития общественные отношения постепенно изменялись в сторону демократических принципов.

Ветер первых лет революции донёс до крестьянства пьянящий запах независимости и свободы. Участие в общинных сходах заметно упало. Общественные дела становились в тягость. Угасали постепенно солидарность и коллективизм. Новый закон, позволяющий вольный выход из общины, способствовал ослаблению её Морального кодекса. Многие крестьяне занимались предпринимательством, и общинные принципы тормозили их деятельность. И теперь, когда свободные крестьяне вышли на хутора и выселки, конфликты между общиной и ними стали переходить черту закона. Это была явная, почти безнаказанная преступность.

Общинники на хуторах ломали технику, пускали скот на поля, жгли посевы. По каждому делу разбирались в жандармерии, но найти виновников не удавалось и дело закрывали. Были случаи, когда сам Столыпин и его помощник Кривошеин выезжали на место преступления, и дело сдвигалось с мёртвой точки, но большинство случаев потрав и им подобные оставались безнаказанными. За многие годы проблема обострилась, и её стала решать Русская группа в Петербурге на конференции Международного союза криминалистов.

Федот в те смутные времена занимался борьбой, имел хорошую физическую подготовку и состоял в обществе охотников района. Для защиты хуторского хозяйства от общинных супостатов, он организовал курсы по обучению односельчан приёмам самообороны. Создал бригаду гладковцев с круглосуточным дежурством и их почти не трогали. Теперь его мечтой стало вырастить сына и обучить его бойцовскому искусству, чтобы смог он защитить от врагов свою семью, родную землю и священную Родину!

Гром небесный

Вечером того дня, когда родился Костя, в избу Калинкиных стали заходить хуторяне, желающие поздравить их с рождением сына. Мать Федота и его тёща – две молодые бабушки – радостно встречали гостей:

– Доброго здоровья, уважаемые, раздевайтесь, проходите. Посмотрите на богатыря нашего, Костика…

– Всех вам благ, – отвечали им односельчане, чуть кланяясь.

В опочивальне в белоснежной постели, расслабившись, бледная, но счастливая отдыхала жена Федота – Анна. Рядом на большой подушке, завёрнутый в пелёнки, лежал живой комочек с широко открытыми и удивлёнными глазками. Костик смотрел по сторонам и изучал подаренный ему новый мир. Близкие родственники, чуть приоткрыв дверь опочивальни, справлялись о здоровье и поздравляли счастливую молодую маму. Поднимали руку и, часто шевеля пальцами, улюлюкали, приветствуя таким образом крепкого малыша. Мужики по двое, по трое заходили на кухню и, глядя на образа, осеняли себя крестным знамением.

– Доброго здоровьица, Федот Антипыч, – говорили они, протягивая мозолистые ладони.

– Здорово, милейшие, присаживайтесь, – отвечал хмельной Федот и, пожимая руки добрым соседям, указывал на широкую лавку у стола.

Он садился рядом, наливал прозрачный самогон, настоянный на каких-то душистых кореньях, выслушивал поздравления, счастливо улыбаясь и чуть пригубив, ставил свой стакан на стол.

– Извиняйте, мужики… Мне хватит… Ужо дел полно…

Мужики понимающе кивали и, опрокинув стакан в широко открытый рот, начинали закусывать и о чём-нибудь рассуждать. Задержавшись «чуток», как они говорили, рассыпались в благодарностях и, крепко пожав на прощание счастливому отцу руку, довольные, уходили.

Прошёл почти год приятных забот о малыше. Федот, чтобы научить сына ходить, придумал необычный способ: поставил Костика рядом с табуреткой, а сам чуть подальше опустился на колени и поманил его к себе. Малыш протянул руку навстречу отцу, но идти не решился. Федот прекратил этот эксперимент и занялся с сыном другими играми. Но спустя пару часов вновь попытался научить Костю сделать первый шаг. На четвёртый раз малыш решился и шагнул к отцу в объятия.

Костик задорно смеялся вместе с отцом. Анна восхищалась находчивостью мужа и радовалась удачному результату. Мама Федота, молодая бабушка, тоже испытывала гордость за сына. И всё бы хорошо, да счастье, бывает, под ручку с неприятностью ходит.

Прошло немного времени с тех пор, и вот в одну из ночей с Костиной бабушкой Натальей произошло странное событие, которое она всю жизнь вспоминала с содроганием. Среди ночи она сквозь сон услышала гром небесный. Проснувшись, уселась на край кровати и стала прислушиваться. Но в доме царило полное безмолвие. «Пригрезилось», – решила она и снова забралась под одеяло. Не успела Наталья закрыть глаза, как гром с явным грохотом повторился. Она вскочила с кровати, перекрестилась и почувствовала сильное сердцебиение. «Откуда зимой может быть гром? – мелькнуло в голове, – наверно вновь померещилось». Но тревожное чувство не покидало её. Одевшись, она вышла на улицу, чтобы увидеть ясное небо и разогнать свои сомнения. Но пред ней предстали в вышине тёмно-серые тучи и еле-еле пробивающийся сквозь них синий свет луны. И ни в одном окне хуторских домиков не горел свет – все мирно спали. Тишину нарушал лишь лёгкий ветерок, играющий с её серебристыми локонами, выглядывающими из наскоро надетого пухового платка.