Евгений Долматович – Зловещие воды. Антология (страница 6)

Изо всех сил пытаюсь сопротивляться, но бороться с неизбежностью водоворота невозможно. Вода глухо булькает и вспенивается.

Перестаю что-либо понимать. Есть ли где-то в этом мире верх и низ, земля и небо, право и лево…

Не дышать! Как можно дольше сохранять остатки воздуха! Но зачем? Для преодоления следующего мучительного этапа?

С неожиданной силой вспыхивает яркий свет. Луч лазера нацелен на мою черепную коробку. Ещё секунда, и макушка улетит в результате моментальной лоботомии.

Но центрифуга выплёвывает меня на огромную раскаленную сковородку. Ору как сумасшедший. Что-то впивается в бедро, впрыскивая яд. По телу растекается вязкость. Превращаюсь в опавший лист. Теперь, раскачиваясь на поверхности, плавно следую по воле волн, которые заносят меня под мост, в прохладу. Там дальше — свет, свет… мягкий, приглушенный… сознание безвозвратно покидает мое тело.

— Яшка!

Хватаю сознание, держу крепко.

Хочу открыть глаза. Надеюсь, получится.

— Яшка! Слышишь меня?

Получилось!

У неё мокрые волосы. Пытаюсь поднять руку, потрогать…

— Слава богу!

Глаза закрываются. Веки не держат.

— Ленка…

Вместо ответа — удаляющийся звук босых ног и Ленкин крик из чёрной бездны:

— Он пришёл в себя!

Какие-то голоса…

Озарение! Меня спасли!

— Я в больнице? — язык еле ворочается.

— Пока в медпункте. Но скорая едет.

Бригада врачей, капельница, каталка, нервный отсвет синей мигалки.

Выезжаем. В маленьком окошке мелькает кусок ярко-оранжевого пластика.

Сквозь обшивку скорой пробивается громкоговоритель. Вспоминаю мужика в костюме фиолетового осьминога.

— Самая длинная горка в Европе! Две секунды свободного падения! Даже испугаться не успеете! Море эмоций!

Звонок. Ленка кричит над самым ухом.

— Ага, прикинь! Пока мы катались, этого придурка солнце по башке ударило! Он? Да ни в какую не захотел! Ссыкло!

Мне обидно. И я не ссыкло.

Поправлюсь — обязательно скачусь! Каких-то две секунды… А потом пляж и ракушки, белые с перламутровым отливом.

Ступени под воду

Роман Чёрный

Мы отдыхали у моей тётки в Искитиме: шашлычки, водочка, походы в лес за грибами (правда, не нашли ни хрена) и прочие деревенские развлечения. Можете презрительно ухмыляться, мол, очередное быдло выбралось на природу, бла-бла, мне плевать. После адского сезона на работе — самое то. Днём помочь чуток тётке по огороду, потом в душ и вперёд, наслаждаться красотами родного края. Главное, не забыть мясо с утра замариновать.

Купаться ездили на Новосибирское водохранилище, где заброшенный водозабор, подальше от людных мест. Если вы сами оттуда, то знаете: там ещё здоровая бетонная дура на берегу стоит, цилиндр такой размером с дом, сложенный из плит. Местные его Колизеем называют. Благо бодренькая Серёгина «Нива» позволяла добраться, а то дороги там не очень, мягко говоря. Зато лес чудесный, вода почти без водорослей и нет лишних глаз. Вот там-то, на этом райском берегу, Светка с Эльдаром и кончились. И я вместе с ними за малым не остался.

Ни Сергей, ни менты мне тогда так и не поверили. Напрямую не обвиняли, но смотрели странно. Мусора ещё ладно, а вот Серёге я этого до конца так и не простил. Ещё общаемся с ним, а куда деваться, ведь работаем в одной конторе. Но дружба после того лета куда-то подевалась. Наверное, тоже там осталась, в сырых коридорах под поверхностью водохранилища.

Первой это заметила Светка, не зря Эльдар её глазастой называл. Она уже сбросила шорты с футболкой и осталась в купальнике.

— Ой, это чего там, плот какой-то, что ли?

Я как раз выгружал рюкзаки и снарягу из багажника. Выпрямился, прикрыл глаза ладонью, посмотрел. Вода на солнце сильно блестела, толком ничего не разобрать, но вижу — чёрное что-то вдалеке, типа платформы. В том месте водохранилище не очень широкое, противоположный берег видно этакой тёмной полосой. А эта хрень была ближе к нашему пляжу, метрах где-то в шестистах.

— Может и плот. Да не, маловат. Потом посмотрим, помоги лучше. Палатку умеешь ставить?

Она, естественно, не умела. Ну да дел там немного, в шесть рук быстро разбили лагерь, поставили две палатки: одну для нас с Серым, вторую для голубков, на другой стороне поляны, чтобы не мешали нам спать своей романтикой. В тот раз мы планировали провести на берегу две-три ночи, ну или пока комары не сожрут.

Сразу натянули тент, сложили очаг из кирпичей, нарубили дров на первое время и пошли купаться. Выпили чуток, понятное дело. Короче, про «плот» этот вспомнили только на закате.

— А ты свой бинокль не прихватил, случайно? — Серый щурился, пытаясь рассмотреть тёмный предмет среди волн.

— Не-а, на столе остался.

— Давайте просто доплывём да поглядим, — предложил Эльдар.

Я как раз приземлился на бревно и стругал палочку дедовской финкой, без которой в походы не хожу, и что-то делать было категорически лень. Я так и сказал.

— Лень мне. Лодку ещё надуть надо.

— Да чего там плыть-то, так доберёмся, своим ходом. Интересно же.

— Сдурел?! Я тебе дам «своим ходом»! — всполошилась Света. — Не пущу.

— Не, Эльдар, — присоединился я к голосу разума, — тут далековато всё же, а я не КМС по плаванию. Плюс выпили уже, темнеет…

— Паш, а птичка твоя где? Заводи, полетаем!

Паша — это я. А птичка у меня в любой поездке с собой, да и полетать всегда готов, чего уж. Слазил в палатку, распаковал свою гордость, китайский Fimi X8, взлетел. Отошли в тень под деревья, чтобы не бликовал экран. Повёл низко над водой. Ничего, ничего, ничего… Вот оно. Мы увидели… Да ни черта мы толком не увидели, на самом деле. Ещё и видео начало тормозить, я забеспокоился, как бы не потерять коптер.

— Паш, это чего такое? — Эльдар наклонился над телефоном, загородив мне при этом обзор вихрастой башкой.

— Вижу не больше твоего. Даже меньше, ты голову-то убери.

— Квадрат какой-то, — задумчиво пробормотала Света. — Как у Малевича.

Действительно, по воде будто плыл совершенно плоский, полностью чёрный квадрат.

— Спустись пониже?

— Куда уж ниже-то.

Но я всё же снизился, буквально до метра. Солнца ещё хватало, но поверхность геометрически идеального квадрата оставалась чернее ночи. Хотя…

— Это что, ступеньки там? Чуваки, да это люк какой-то! Офигеть!

Да, это был долбаный люк, прямо посреди воды. В свете садящегося солнца я успел разглядеть железную стенку, всю в потёках, и уходящий куда-то вниз ряд ржавых скоб, прежде чем картинка окончательно превратилась в слайд-шоу и прервалась. Матерясь, я стал остервенело жать на кнопку возврата домой и высматривать над водой свою птичку. Но хрен там плавал, соединение потеряно.

— Мать твою! Серёг, тащи насос, будем лодку качать.

— Прямо сейчас, что ли?

— Нет, блин, через неделю! Ты знаешь, сколько такой коптер стоит? Даже бэушный.

— Он, наверное, прямо в эту дырку упал, — Света сочувственно смотрела на мои метания по берегу. — Мог и уцелеть.

— От капель там есть защита, но если в воду сел, то кранты, — расстройству моему, должен сказать, не было предела.

Подошёл Серый с компрессором, я снял с крыши «нивы» лодку. Когда надулась, бегом поволок её к воде.

— Я с тобой сплаваю, — вызвался Сергей.

— Лады, я на вёслах. Чёрт, фонарь же ещё нужен, — я снова нырнул в палатку.