Евгений Додолев – Рамзан Кадыров, «Важная персона» (страница 2)

Начальник Информационного управления Главы и правительства Чеченской Республики Альви Каримов, продюсер «Важной персоны» Айсель Магомедова, Евгений Додолев.

«По религии наши мужчины, мусульмане, могут жениться еще три раза. Если он захочет, решится на это, то я согласна», – говорит, вздыхая, Медни.

Она также призналась, что с годами они становятся все ближе, гораздо ближе, чем в молодости. Медни Кадырова рассказала, что всегда чувствует настроение мужа, и даже если он не говорит, замечает, что что-то не так. Однако по приезду домой, эмоции его сменяются на положительные, даже после сложного дня.

«Он такой щедрый, романтик такой, часто любит баловать меня подарками, сюрпризами», – продолжает она.

Самым же драгоценным подарком она считает преподнесенный ей в день рождения букет горных цветов, собранный на вершинах лично мужем. Сейчас он, как реликвия, хранится в прозрачной шкатулке на видном месте.

Также Медни Кадырова рассказала, что пишет книгу о своей жизни и о жизни супруга, которую хочет подарить мужу».

2015.

В ожидании…

***

Теперь относительно упомянутого выше «поршика» (раз уж тема подарков прозвучала). Думаю, что там дело не в том, что презент случился «после интервью», а в том, что одарили не столько ТВ-сотрудника, сколько девицу.

Каждому свое.

У нас, например, – интервью, про которое пишут: «такого Рамзана Кадырова вы еще не видели».

Замечу, что на момент подготовки настоящей книги «дислайков» у этого сюжета на YouTube – столько же сколько и «лайков». Так что про «горящие пуканы» Михалыч не ошибся, подозреваю – реакция бурная.

Наш разговор с Рамзаном Кадыровым почти весь растащили на цитаты.

И «почти» в данной реплике – слово ключевое.

Итак.

«Комсомолка» и «Экспресс-газета» взяли фрагмент о музыкальных способностях лидера Чеченской республики:

«Люблю петь с детства, даже помню, как „Три танкиста“ и „В лесу родилась елочка“ пел на празднике».

«РИА-Новости» и Lenta.ru обратили внимание на пассаж о политических амбициях:

«Хочу закончить свою карьеру, будучи руководителем региона».

Владимир Путин с главой Общественного совета по контролю за восстановлением экономики и социальной сферы Чеченской Республики Алу Алхановым и первым заместителем председателя правительства Чеченской Республики Рамзаном Кадыровым, 2004.

ТАСС и Life процитировали ответ Рамзана на мой вопрос о традиции российской элиты отправлять своих детей в «лондоны»:

«Мои мальчики поедут учиться в Грозненский нефтяной технический университет или в Чеченский государственный университет. Мы можем сейчас им позвонить и спросить: „Хочешь поехать учиться на Западе или в Европе?“ Если один из них ответит „да“, я сразу напишу заявление и больше не появлюсь в обществе. Они настоящие, не парниковые, я уверен, что они не подведут ни меня, ни свой род».

«Царьград» и «Русская весна» детально воспроизвели реакцию Кадырова на вопрос, который я позаимствовал у Юрия Дудя:

«Путин красавчик?».

Но ни одно из сотен СМИ, цитировавших это интервью, не сочло возможным поведать о мнении «путинского пехотинца» (© Кадыров) относительно многоженства.

Ни разу не произнес такую фразу!

Симптоматично. Учитывая, что в «медийке» трудятся, как женщины, так и мужчины, можно сделать вывод, что тема некомфортная для нашего социума в целом.

В той же соцсети собирал вопросы для разговора. Многие советовали спросить про знаменитую фразу «Своего первого русского я убил в 16». Однако дело в том, что, во-первых, я знал, что это провокационный вброс Юлии Латыниной и Кадыров никогда этого не говорил, а во-вторых еще в 2016 году Рамзан ответил на этот вопрос Андрею Ванденко (с коим, между прочим, мы в 1992 году зачинали «Новый Взгляд» не без помощи одного из героев этой книги – Кирсана Илюмжинова). Андрей записывал беседу для ТАСС, где он ведет проект «Первые лица» и я, само собой, ознакомился с его работой перед поездкой в Грозный, цитирую:

«Никогда, нигде, никому, ни в шутку, ни всерьез не говорил, что убивал русских солдат. Ни разу не произнес такую фразу! Эти слова приписывают мне, они умышленно запущены в Сеть. Их тиражируют, прекрасно зная: это наглая ложь. Да, во время первой кампании я с оружием в руках был со своим народом. Маленький был тогда, глупый, но всегда находился рядом с отцом.

2011.

Помню, как забрали у боевиков и привезли в Грозный двух пленных солдат и одного контрактника, передали в штаб. Можно сказать, спасли. Муса Дадаев, он работает сейчас министром сельского хозяйства в нашем правительстве, тоже вырвал из рук бандитов и вернул федералам пленных контрактников. Он сказал тогда: «Мы не звери. Отнеситесь к ним по-человечески. Пусть едут домой, расскажут матерям и женам, что чеченцы защищают свою землю».

Конечно, можете решить, что Кадыров боится говорить правду, а то вдруг общество не так отреагирует. Будь я проклят, если не отвечаю, как было! Мне скрывать нечего. Повторяю, я ходил с отцом. Рядом… А он, как муфтий, спас жизни многих и многих военнослужащих».

***

Все три героя настоящего издания делают и говорят вещи, которые обретают статус резонансных.

Абсолютные харизматики, про истинные помыслы которых можно только догадываться.

В эфире «Важной персоны» я не только про многоженство со своими собеседниками говорил (хотя все трое высказывались по этому поводу), меня – прежде всего – интересовало отношение к такой controversial фигуре, как Сталин. Потому что все трое представляют народы, ставшие жертвой сталинской политики депортаций во время Второй Мировой Войны. А реакция на Иосифа Виссарионовича – лакмусовая бумажка сейчас.

РАМЗАН, ПЕХОТИНЕЦ ПУТИНА

ТВ-беседа для проекта «Важная персона» (канал «Москва 24»).

РЭП С ТИМАТИ

– Я знаю, что вы человек, который чтит традиции. А у журналистов есть традиция в декабре спрашивать про итоги года. Что в 2018-м году у Рамзана Кадырова было радостным, что его огорчило?

– Ну, я скажу, что больше было радостных дней, чем огорчений. У нас по всем направлениям очень хорошие показатели. И год мы закрываем удачно, несмотря на то что вокруг нашего государства и региона складываются определенные сложности. Мы в этом году, так скажем, дополнили республику еще одним городом, город Курчалой, и очень много сделали в городе Грозном.

Как вы знаете, в этом году (2018 – Е.Д.) Грозному исполнилось 200 лет и мы полностью заново восстановили около 500 дворов, все центральные дороги асфальтировали, строили детские площадки… Поэтому я считаю, что, исходя из той ситуации, в которой мы находимся в республике, у наших врагов не получилось заставить наше государство стать на колени.

– А кто наши враги?

– Запад, Европа. Они же давят нас санкциями. И это им нужно для того, чтобы народ восстал против государства, сказал, что, почему, что, где, когда. Нет, регионы не только выживают и даже показывают хорошие показатели.

– Вы проявили инициативу, о которой очень много писали. Вы вывозили вдов и сирот из Сирии и Ирака. И в 2018 году почему-то прекратили это делать. Почему? Вам посоветовали?

– Нет, наоборот, это самое нужное дело было. Женщины и дети не виноваты абсолютно.

Ну, определенные проблемы создавались нашими, так скажем, господами начальниками.

– У Кадырова один начальник есть, насколько я знаю – Путин.

– Ну, когда вопрос касается пересечения границы или возвращения бедных женщин, детей, определенные силы относятся с ревностью… Или у них больше информации, чем у Кадырова, что не нужно возвращать?

Хотя президент страны в прямом эфире заявил, что это необходимо. Я лично разговаривал с президентом по этому поводу, он сказал: не только надо возвращать их, и надо смотреть за ними и благоустроить их. Детей – в школу, садик; если нет жилья, помочь с жильем. Дал такое поручение совместно с Министерством обороны и с ФСБ.

Но те структуры, которые были обязаны в этом помогать нам, ну, так скажем, просто откладывают это в «долгий ящик». Это для нас большой минус. Наши женщины сидят в тюрьмах Сирии, Ирака, и суд им дает пожизненные сроки.

Это минус для нас. Если эти женщины виноваты, когда они приедут домой, пусть судят их по закону. А большинство из женщин выехали обманным путем.

У нас нет детских домов.

– А те дети, которых вывезли оттуда, что с ними стало, где они сейчас?

– Нормально живут.

– Есть те, которые в детских домах?

– У нас нет детских домов. Все они живут у родственников, абсолютно у них нет проблем. Даже первого ребенка, которого мы привезли – устроили: я с ним по телефону разговаривал, он хорошо учится и лучше, чем я, говорит на русском языке, очень умный красивый ребенок. И абсолютно никаких проблем нет. Живут, как обычные люди.

– Вы в свое время усыновили (вернее, ваша мама, но с вашей подачи, по вашей просьбе) двух мальчиков. Они же были из детских домов?

– Не двух, а одного. Он со мной рядом всегда, работает у меня помощником. Женат, имеет ребенка, красивая дочка, племянница моя.

– Про племянницу когда сказали, я вспомнил, что в соцсетях – и в Инстаграме, и ВКонтакте – очень много про племянника рассказываете. А в одном из интервью даже сказали, что любите племянника своего больше, чем своих сыновей. Мальчики не обиделись, или они интервью папины не смотрят?

У нас другой менталитет.

– У нас другой менталитет. На это чеченский мальчик не обижается.