Евгений Додолев – Галина Брежнева. Судьба Советской Принцессы (страница 1)
Галина Брежнева
Судьба Советской Принцессы
Евгений Юрьевич Додолев
Они красят стены в коричневый цвет,
И пишут на крышах слова;
Имеют на завтрак имбирный лимон,
И рубль считают за два.
© Евгений Юрьевич Додолев, 2026
ISBN 978-5-0053-6105-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Дизайн обложки: Григорий Калугин.
Фото: архив Издательского Дома «Новый Взгляд»
Биографию Галины Леонидовны Брежневой, скандально известной дочери Генерального секретаря КПСС, и ее близких Евгений Юрьевич Додолев, знавший и саму «принцессу СССР», и всех ее мужей лично, рассматривает в контексте загадочных самоубийств и криминальных трагедий. Обнародована и версия главного военного прокурора Александра Филипповича Катусева, согласно которой смерть брежневского визиря Николая Анисимовича Щелокова была спланирована в недрах КГБ людьми, работавшими на члена Политбюро генерала Гейдара Алирза оглы Алиева. В основу книги легли материалы уголовного дела №18/58115—83 и воспоминания автора, известного журналиста перестроечной эпохи.
ОТ АВТОРА
Я не застал Галину Леонидовну Брежневу в ее звездный час. Познакомился с ней, как и с некоторыми другими членами семейства, в период так называемой перестроечной травли, коей сам был активным участником, увы. Повторю: яркую советскую принцессу не видел. Видел несчастное, спившееся создание. Тем не менее не могу не отметить, что это была женщина абсолютно богемного, а не номенклатурного склада. Не в той семье и не в ту эпоху родилась. Среди ее славных друзей, помимо пресловутого «стажера Большого театра» Бориса Ивановича Буряца, было много людей из советского шоу-бизнеса: Владимир Семенович Высоцкий, Иосиф Давыдович Кобзон, Муслим Магометович Магомаев, Махмуд Алисултанович Эсамбаев.
И первый муж ее, Евгений Тимофеевич Милаев, был эквилибристом. И второй — Игорь Эмильевич Кио тоже родом из цирка. Третий же, Юрий Михайлович Чурбанов, это по складу профессиональный комсак, номенклатура. Так же как и его приятель Игорь Николаевич Щелоков, отец которого был другом и фаворитом Генерального секретаря КПСС Леонида Ильича Брежнева.
С точки зрения морали все эти люди были ничуть не хуже предыдущих или нынешних обитателей политолимпа.
Да, нарушали закон. Но так было принято. Испокон веков закон писан не для элиты. Люди из брежневского клана стали заложниками межклановой борьбы на Старой площади.
При этом они, персонажи этой книги, были по большей части людьми с понятиями. Ни одного из них нельзя назвать законченным мерзавцем, каждый чем-то был хорош. Нет, они не были идеальными с точки зрения канонов нравственности. Однако по-своему были и остались достойными. Достойными хотя бы того, чтобы рассказать про них правду. Без публицистических наездов.
Чурбанов, Брежнева-Милаева, Щелоков
Другое дело, что нелепо выставлять их лишь жертвами следственных придирок. Конечно, крали кремлевские вельможи не отраслями и скважинами, как ныне, а усадьбами и бриллиантами. Да, взятки порой были смешные по сегодняшним стандартам. Вышитая золотом тюбетейка или часы из Гохрана. Сейчас часы за миллион долларов почти любой столичный префект может себе позволить. Однако основы российской коррупции именно тогда и формировались. Изменились масштабы казнокрадства, но нравы-то, увы, те же самые. Современная коррупция, как из гоголевской шинели вышла из чапана (халата), изготовленного на Бухарской золотошвейной фабрике для известного советского чиновника. Об этом и рассказ.
Евгений Витальевич Миронов в роли Бориса
Когда я узнал, что роль Буряца в мини-сериале «Охотники за бриллиантами» будет исполнять Евгений Витальевич Миронов, то решил, что надо издать эту рукопись. Миронов, слов нет, актер замечательный. Но мне-то довелось с Борис-Иванычем общаться (с подачи Тельмана Хореновича Гдляна в 1987 году): там совершенно иная энергетика, зрители, увы, видят персонаж бесконечно далекий от оригинала. И Буряца вовсе, по мне, не был роковым красавцем.
Впрочем, я видел его, опять же, как и его любовницу Галину Милаеву, не в лучшей форме, — сразу после возвращения в столицу из сибирской ссылки. Во время отсидки в Саяногорске Борис заболел блефаритом, вызванным клещом демодекса, поражающим глаза: цыган потерял почти все ресницы. Из-за этого его темно-зеленые глаза казались выпученными а-ля Надежда Крупская. Невысокого роста. И с весьма солидным «мамоном» — округлым животиком. Так что миф о его неотразимой красе, подозреваю, взялся из грамотной подачи скорее: Борис роскошно одевался, носил шубы до пят да шелковые халаты с драконами, черную широкополую шляпу, бархатные пиджаки, которых в СССР-то никто не видел, джинсовые куртки на молнии, остроносые сапоги на каблуках, рубашки с жабо, сапоги норковые. Про него, кроме этого, широкой публике известно немногое. Кстати, во многих источниках даже фамилию загадочного цыгана пишут с ошибкой, через «е» (Буряце).
В одной из газет прочитал:
Да и с Чурбановым, чей паспорт я хранил до 1992 года, мне довелось беседовать, когда на нем была лагерная роба, а не генеральский мундир. На этот контекст поправку все же делать необходимо.
Я воспроизвожу события согласно материалам уголовного дела №18/58115—83 и собственным воспоминаниям. Это не значит, впрочем, что эти источники безукоризненны и беспристрастны. Но зато вполне аутентичны.
В хорошей физической форме я помню лишь племянника Галины, Андрея Юрьевича Брежнева. Ему не было и 30, когда он лишился должности атташе Управления международных экономических организаций Министерства иностранных дел СССР из-за репортажа «Наследнички» (в известинском приложении «Известий»), где я описал сцену в санатории ЦК КПСС «Ай-Даниль», свидетелем коей стал летом 1988 года. Совершенно не готов был к таким последствиям публикации, о чем и сказал внуку Леонида Ильича, когда тот приехал в редакцию «Смены», где я тогда работал, чтобы узнать, кто же его «заказал».
Сделал с Андреем лояльное интервью для «Взгляда»
Они никак не могли поверить, что журналисты добровольно и с энтузиазмом сводили счеты с коммунистическим режимом, поскольку тот душил свободу слова семь десятилетий.
Галина с отцом
Позднее я сделал с Андреем лояльное интервью для «Взгляда». А вот с его богемной теткой-алкоголичкой лишь записал аналогичную беседу. Кремль закрыл программу до того, как я успел смонтировать материал. Ни разу, не сенсационный. Существенный момент: это НЕ биография Брежневой, здесь скорее обозначение политического + медийного фона жизненного пути «принцессы». И, кстати, заголовок про принцессу придумали в издательстве; я бы никогда эти записки так не назвал — здесь слишком мало про кого-либо из упоминаемых персон, чтобы выносить конкретное имя выносить на обложку. Ну, у издательства, очевидна, своя задача, у меня своя — напомнить контекст уголовного дела, герои коего были чрезмерно демонизированы в перестроечную эпоху и столь же романтизированы ныне.
РАЗДЕЛ I. РЕТРОСПЕКЦИЯ
ПОПЫТКА ПЕРЕВОРОТА (ЩЕЛОКОВ VS АНДРОПОВ) — 1
Брежнев и Щелоков
10 сентября 1982 года, 9 часов 45 минут.
Министр внутренних дел Николай Анисимович Щелоков получил у Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева карт-бланш на трехсуточное задержание недавнего (ушел с поста 26 мая) председателя КГБ СССР Юрия Владимировича Андропова для «выяснения обстоятельств антипартийного заговора»
Тайный разговор министра-любимца с «дАрАгим Леонид Ильичом» длился… три с половиной часа. О беспрецедентной операции не проинформировали других членов Политбюро. Даже министра обороны Устинова.
Хотя Щелоков, придя в столь ранний час домой к своему старинному товарищу (благо жили в одном подъезде дома №26 по Кутузовскому проспекту), видимо, не сомневался в том, что получит «о’кей». Именно поэтому в двух дворах на Кутузовском накануне ночью были врыты (на выездах из арок) пять бетонных столбов. А с деревьев в соседних дворах спилены ветви якобы коммунальными службами (в двух точках намеревались разместить снайперов, но времени не хватило, Щелоков не без оснований предполагал, что Андропов в союзе с азербайджанскими чекистами, лояльными Алиеву, может сыграть на опережение… так и произошло).
Однако столбы-блокираторы были установлены (срыты лишь 23 октября, не до того было). То есть оставался ровно один маршрут для атаки щелоковских ребят, который и был размечен на картах командиром спецбригады в шесть утра, за несколько минут до визита министра домой к генсеку. Всемирная история могла бы пойти по другому сценарию, если бы советские менты выиграли тогда битву со своими заклятыми партнерами — чекистами.
Впервые о событиях осени 1982-го — попытке государственного контрпереворота в СССР накануне смерти генсека Леонида Ильича Брежнева — мне рассказал Юлиан Семенович Семенов.
Гулянка с Юлианом Семеновым
Писатель неоднократно встречался с бывшим работником МИД СССР Игорем Юрьевичем Андроповым.