Евгений Дес – Пугало (страница 23)

— Может быть, — улыбнулся Аах. — Елена, а что вас привело сюда? — вдруг спросил он, меняя тему.

Девушка от этого вопроса резко погрустнела.

— Я сказал что-то не то? — удивился Аах, повернувшись к музыканту.

— Нет… Просто… Плохие воспоминания.

— Елена когда-то жила в городе, в который ты идешь. Её мужем был мэр города, — пояснил Власик. — До поры до времени у них все было хорошо, но мало кто знал, что Елена носит проклятие. Когда у них с мужем родился ребенок, — мертвец указал на прижавшегося к матери щенка. — Мэр отвез их обоих сюда в лес и обрек на погибель. Он не захотел позора, а потому предпочел убить собственную семью.

— Когда, ррр, я вырррасту, я его убрррью! — грозно прорычал волчонок, вздыбив шерсть и навострив когти.

— Тише, мой хороший, тише, — мягко погладила сына по голове женщина. — Не нужно. Наоборот, я хочу сказать ему за это спасибо. Выгнав нас, он дал нам шанс на жизнь. Люди бы убили нас, если бы узнали.

— Но, марррма! Он пррросто насрр выбррросил!

— Я знаю, милый. Но пускай так, чем иначе, — пригнувшись, женщина поцеловала волчонка в макушку и прижала к себе.

Пугало молча за этим наблюдало. Оно понимало, вот оно — проявление любви, прямо перед ним. Но оно не понимало его природы. Чувства всегда были для Ааха непостижимой загадкой…

На следующий день с наступлением рассвета мертвец растворился в лесной чаще, а пугало вместе с волчонком отправились к городу. К удивлению Ааха, в лесу были крутые склоны и даже обрывы, среди которых волчонок легко ориентировался и указывал дорогу к городу. Вскоре лес закончился, и они вышли в поля, с которых город был виден как на ладони. Здесь они и расстались. Волчонок обнял нового друга и попросил возвращаться. Для пугала это стало новым моментом в его жизни. Почему-то ему было приятно. Аах не мог сам себе объяснить почему, но он отложил эту мысль. Когда-нибудь он обязательно вернется. Ведь у юного волка очень острые когти и ему стоит показать, как правильно, а главное, красиво, резать свою жертву.

Кивнув своим мыслям, он отправился к городу. Путь через поля до «Завета» занял оставшиеся полдня, а потому в город пугало входило уже в ночи. Фермеры на полях смотрели вслед странному путнику с неким недоумением, подозрением или страхом, если Аах проходил рядом с ними. Пугало не любило поля, а потому смотрело на них весьма недобрым взглядом, и люди это чувствовали. Собаки лаяли или прятались в будках, птицы взмывали вверх целыми стаями, сам ветер менял свое направление, неся с собой странный холод, совершенно несвойственный середине лета.

Войдя в «Завет», Аах осмотрелся. Город был крупным и даже обнесен стеной. Такая защита нужна была городу — с учетом того, что раз в год стабильно, в одно и то же время, в окрестностях начинали бродить немногочисленные мертвецы, избежавшие кремации.

К слову, за время путешествия Аах подметил, что бандитов совсем мало. Хотя, с другой стороны, неудивительно. Это в тех краях, откуда он пришел, нечисти еще туда-сюда, не особо много. А здесь — то вампиры, то гномы, то людоеды и медведи, то живые дома и проклятые ведьмы. Где здесь место для разбойников? А ведь он так хотел с ними поговорить. У пугала накопилось много-много вопросов, которые он хотел задать лицам, так любящим забирать у других все, чем они обладают.

Задумавшись над вопросами, как отыскать разбойников и где они обитают, пугало целенаправленно шло на источник тумана, медленно опускающегося на город. Люди не понимали, почему туман всегда приходит с востока, но Аах видел, что именно там обитает нужный ему дух. И именно из-за него город регулярно окутывает туман.

— Эй ты! — окрикнул пугало вооруженный человек.

— Да? — Аах посмотрел на спешащего к нему странно одетого человека.

— Ты кто такой? — грозно спросил страж закона, вынув из-за крепления на груди пистолет.

— Я? Аах.

— Что ты делаешь в нашем городе?

— Ищу дворника.

— Ч… что?! — удивился человек, отступив.

— А что?

— Ты охотник на нечисть? — с надеждой спросил человек.

— Нет, — мотнуло головой пугало.

— Тогда зачем тебе Дворник?

— А вы его знаете?

— Да о нем весь город знает!

— О! А подскажите, где мне его найти, — попросило пугало, стараясь говорить как можно вежливее.

— Прежде сними маску, странник, — сделав еще шаг назад, с угрозой в голосе потребовал человек.

— Хорошо, — сняв её с лица, Аах постарался как можно добрее улыбнуться.

Правда, он так никогда и никому раньше не улыбался, поэтому и улыбка вышла несколько своеобразной. От увиденного человек закатил глаза и, завалившись на спину, рухнул бревном на брусчатку.

— Ой… С вами все хорошо? — уточнило пугало у тела.

Но тело промолчало, а его жизненная сила очень быстро выветривалась из оболочки.

— Инфаркт, — раздался спокойный, очень холодный голос за плечом пугала.

Будь на месте Ааха человек, он бы как минимум получил шок, тем более если он был бы в курсе местных слухов.

Обернувшись, Аах увидел бледного старого мужчину. Седая борода, потертая куртка, старые солдатские сапоги, неоднократно штопаные штаны, на голове шапка-ушанка, а в руках старенькая, собранная из прутьев метла.

— Здравствуй, Аах, — призрак поднял на пугало пустой взгляд. — Я — Таур. И я тот, кого ты искал.

— Здравствуйте… — удивлено ответил Аах, ведь старик возник рядом с ним прямо из ниоткуда.

Разлитая вокруг энергия не давала пугалу точно чувствовать своего оппонента, но Аах точно знал, что рядом с ним очень-очень сильный призрак.

Подойдя к телу, Дворник шаркнул метлой, и труп исчез прямо на глазах у пугала. Зато появился где-то в стороне. Присмотревшись сквозь туман, Аах увидел еще два человеческих тела, сваленных под деревом, словно мусор.

— Ну что, проклятый? Зачем же ты меня искал? — Дворник оперся о собственную метлу и с безразличием смотрел на своего собеседника.

— Я хочу спросить об одном человеке. Несколько лет назад через город проходил мужчина… — Аах описал внешность фермера и внимательно посмотрел на призрака.

— Хм… Да, я его помню, — кивнул дворник. — Очень добрый человек. Я тогда был еще живой. Один из жильцов дома, ныне почивший, — кивнул он на кучку трупов в стороне, — толкнул меня с дороги, когда я оказался у него на пути. Твой фермер оказался рядом и помог мне подняться. Мне очень не хватало денег — на еду, на одежду, на жизнь в целом. Я уже тогда хотел покончить с собой. Но он поделился со мной. Купил мне вот эти самые сапоги, — Дворник демонстративно покрутил правой ногой, показывая обувь, — вместо моих дырявых, угостил едой. Он позволил пожить мне еще годик, за что ему огромное спасибо. Но зачем он тебе, Аах?

— Он был ко мне добр. И я хочу его найти. Просто найти.

— Хм… Он отправился дальше, на север. Тогда ходили слухи, что там живет некий чудотворец, которого охраняют люди от любых бед. Он их лечит от всех болезней, а люди отгоняют от него всяких недоброжелателей.

— А почему «ходили»?

— Потому что сейчас я точно знаю, что он там есть. Я не знаю, добрался ли твой человек туда, но шел он именно к нему.

— Спасибо вам.

— Не за что, — развернувшись, Дворник побрел дальше по дороге, периодически шоркая метлой по брусчатке.

Глянув на тела еще раз, Аах поспешно нагнал Дворника.

— Таур, вы сказали, что вам не хватало денег.

— Верно.

— Но я не понимаю, в каком смысле не хватало? Вы их ели?

— Нет Аах. Деньги — это меновая монета, на которую люди меняют все что угодно. Еду, вещи, даже друг друга. А определяет это их количество. Чем больше монет, тем больше ты можешь на них обменять, — несколько отстранённо ответил Дворник.

Ааху показалось, что Тауру совершенно нет до него дела, словно он погружен в одному ему ведомые мысли.

— Это те одинаковые металлические кругляшки?

— Да.

— Так вот зачем люди их собирают, — щелкнуло пальцами пугало, вытаскивая из кармана несколько монет, лежащих у него в кармане еще со времен встречи с бандитами. — Но Таур, зачем же вы убили себя?

— Потому что мне очень сильно их не хватало, Аах. Я был одинок, доброжелательно относился к людям, никому не желал зла. Но ко мне относились, как к мусору. А когда у меня кончились деньги, мне не осталось иного выхода, как покончить с собой.

— Вы могли их забрать у других, — не согласилось пугало.

— Нет, не мог.

— Почему?

— Просто не мог, Аах. Я не мог причинять людям вред, у меня просто не поднималась для этого рука.

— А сейчас?