Евгений Черносвитов – Сиреневые сумерки (страница 14)

Ты, ведь, не та! Хожу, иду Туда, где не был… Бреду в бреду, не зная меры! День проходит, снова вечер Пугает ночь и гаснут свечи. Я там опять, когда где не был! А передо мною – небо! Вот страх и трепет. Еще, что хуже? Я слышу лепет Младенца-мужа! Я свою непохожесть искал повсюду — В море неона и в дремучем лесу. Я не такой и таким не буду — До краев чашу полную несу! Не расплескать бы себя по дороге! Мне б запечь в ладони яйцо. В лесу – лешие, в неоне – боги… Здесь мой порог, а там – крыльцо!

Тоска

Не в защиту униженных Судьбой иль рассудком обиженных, Здесь скажу. Ни слова неясности В стремленьях напрасных, Средь теней тенью брожу. Где бы я ни был – с врагами, друзьями, Хоть богом, хоть чертом – печальна стезя! Вот вы, посудите, судите же сами… Пешка берет ферзя! День пролетел и снова вечер — Я снова один и она одна — Усталой рукой зажигает свечи И садится у окна. Вечер – какое странное время! И не день, и не ночь… Вот когда ощущаешь бремя И хочется сгинуть прочь! Я с тоскою на ты. Да я ей очарован… Она – цветок, цветок сорван! Ноет в груди, как зубная боль… Черт побери: что ж такое со мной? 8.III.63

Пятна чувств

А.Л.,И.Ч.

Ты приснилась нежна и прекрасна. Ты сказала – «тебя я люблю». Ты сказала – «страдаешь напрасно, Быть с тобою я очень хочу!» Целовал я тебя, дорогая, Упивался любовью твоей. Но, в объятьях твоих, дерзая Был не царь я, а жалкий плебей! Этот сон …он исчез на рассвете. Я проснулся в постели один. Простыня за кошмар мой в ответе — Кем же был я так страстно любим? Сны как женщины – лишь коварством прекрасны. Страдать заставляют они… Ощущения их неясны — На простынях оставляют следы! 10.III.63

Римме Пужаевой

Тебе